Чтение онлайн

По дороге в аэропорт Джулиет ждала от Тересы расспросов о посещении клуба, но после единственного упоминания об этом девушка больше ничего не сказала.

В гидроплане герцог сидел рядом с пилотом. Когда они прибыли на Вентерру, день уже клонился к вечеру. В порту их ждала машина, за которой сидел Мигель, но герцог решил сам отвести девушек на фазенду, предоставив своему шоферу место рядом с собой; Тереса и ее компаньонка ехали на заднем сиденье.

Джулиет не удивилась, что после такого насыщенного событиями дня герцог посоветовал Тересе пообедать у себя в комнате. Сам он не собирался обедать дома. Джулиет было любопытно, куда он ушел. Вероятно, не последнюю роль в планах герцога сыграла Эстелла Винсейро. Джулиет удалилась к себе в комнату, но у нее совсем не было аппетита. Когда Консуэло принесла обед, девушка съела лишь несколько кусочков омара и фрукты.

Напряжение прошедшего дня долго не давало ей уснуть. Поздно вечером Джулиет услышала, как машина герцога подъехала к дому.

Как только она вернулась на Вентерру, встреча с отцом отошла на задний план и даже казалась уже какой-то нереальной. Теперь по крайней мере, она могла не волноваться за Розмари и ее родителей. Роберт Линдсей, кажется, понял, что у его дочери такой же твердый характер, как и у него самого.

В последующие два дня Джулиет герцога встречала очень редко. Он почти все свое время проводил на плантациях, встречался с управляющими, и вообще жил своей жизнью. Однажды фазенду де Кастро навестила Эстелла. Она пришла в то время, когда Тереса отдыхала после обеда, и Джулиет была вынуждена выслушивать очередной рассказ о планах сеньоры, которые та намерена осуществить, когда выйдет замуж за герцога.

Тереса все реже бывала теперь в обществе сестры Медисон. Кажется, девушка сама начала понимать, что настоящие движения гораздо полезнее ее обычных упражнений. Она уже научилась держаться на воде, а с помощью резинового круга могла достаточно энергично двигаться. Джулиет была абсолютно уверена, что очень скоро Тереса попросит костыли, и тогда жизнь к ее ногам начнет возвращаться. Теперь уже было неважно, чем была вызвана неспособность ходить: травмой позвоночника, которую никто не обнаружил, или психологической блокадой, как думали врачи. Тереса так давно не вставала на ноги, что просто забыла, как нужно ходить и как удерживать равновесие. Джулиет чувствовала, что когда Тереса сделает первую попытку встать на ноги, выздоровление пойдет очень быстро.

Как-то утром фазенду навестил Франсиско Вальмос, и в его присутствии Тереса просто расцвела. Джулиет, зная, что Франсиско симпатизирует им, побуждала его проводить больше времени наедине с Тересой. Джулиет надеялась, что его общество поможет смягчить девушке горечь потери, когда бракосочетание герцога и Эстеллы действительно состоится.

Честно говоря, похоже, только Франсиско обладал даром вселять в Тересу уверенность. Он говорил комплименты по поводу ее красивого загара, который теперь покрывал ее ноги, восхищался ее прелестным платьем или новой прической, придуманной для нее Джулиет.

Они сидели втроем и пили шоколад, когда необычно рано вернулся герцог де Кастро. При виде Франсиско у него сразу помрачнело лицо, хотя герцог и достаточно вежливо приветствовал молодого человека и даже сказал ему несколько ничего незначащих фраз. Но глаза герцога смотрели холодно и настороженно, и Джулиет очень удивилась, когда он обратился к ней:

— Сеньорита! Я бы хотел поговорить с вами у себя в кабинете, если у вас найдется для этого время, конечно! — Последние слова он произнес с явным сарказмом.

Джулиет вопросительно взглянула на Тересу, но та лишь пожала плечами.

— Я к вашим услугам, сеньор, — сказала она, вставая.

Джулиет последовала за герцогом в дом — через холл в его кабинет, куда она не входила с первого дня своего приезда. Герцог подождал, пока девушка войдет, потом решительно закрыл дверь и быстрым шагом подошел к столу. Одетый в костюм для верховой езды, в темно-зеленую шелковую рубашку, расстегнутую на груди, он был необыкновенно красив, и даже угрожающее выражение лица не могло лишить его привлекательности.

— Садитесь, — холодно сказал он, и Джулиет сразу же села, скорее потому, что от слабости в ногах едва ли смогла бы стоять.

— Что-то случилось, сеньор? — неуверенно спросила она, ощущая некоторую напряженность обстановки.

Герцог остановился у стола, достал из коробки сигару и не спеша закурил, не спуская с девушки пристального взгляда. Потом он спросил:

— Скажите мне, сеньорита, зачем вы приехали сюда?

Джулиет вздрогнула. Что он хотел этим сказать? Неужели каким-то образом узнал ее настоящее имя?

— Я… я не понимаю вас, сеньор, — дрогнувшим голосом сказала девушка. — Вы же знаете, зачем я приехала сюда. Чтобы помочь Тересе.

— Да неужели? — Его язвительный тон задел Джулиет за живое.

— Вы же не будете отрицать, что я помогла ей? — возмущенно воскликнула она.

Герцог пожал плечами и не ответил. Потом вдруг сказал:

— Вы, конечно, помните, что ваш испытательный срок подходит к концу?

Джулиет опустила голову.

— Да, я помню об этом сеньор.

Он нахмурился.

— Должен вам признаться, сеньорита, что ваше поведение вызывает у меня беспокойство. Несмотря на вашу бесспорную дружбу с моей племянницей, у меня сложилось впечатление, что ее тяжелое состояние было не единственной причиной, которая привела вас на Вентерру.

Джулиет вспыхнула.

— Что вы хотите этим сказать, сеньор?

Герцог резко опустил руку на стол, так что Джулиет вздрогнула от неожиданности.

— Хорошо, сеньорита. Вы всегда утверждали, что любите говорить открыто. Я последую вашему примеру. Вы приехали на Вентерру, так как были уверены, что здесь вам непременно представится возможность съездить на Барбадос для встречи со своим… любовником!

Если бы не серьезность положения, Джулиет рассмеялась бы над этими словами.

— Он вовсе не мой… любовник, сеньор, — стараясь сохранять самообладание, сказала она.

Герцог недоверчиво посмотрел на девушку.

— Рассказывайте это кому-нибудь другому, — язвительно произнес он. — Неужели вы рассчитывали, что я вам поверю!

Неожиданно Джулиет рассердилась. Даже если бы она и встречалась на Барбадосе со своим приятелем, какое герцогу до этого дело? Как он смеет устраивать допрос?

— То, что я делаю в свое свободное время — мое личное дело, сеньор! — сердито бросила Джулиет. — Если вы так обращаетесь со всеми вашими служащими, то нет ничего удивительного, что вам так трудно их подбирать!

— Что вы имеете в виду? — Голос герцога звучал подозрительно спокойно.

— Я имею в виду Лору Уэстон — мне рассказали, как мисс Уэстон увлеклась вами и из-за этого была уволена! Может быть, эту историю выдумали, чтобы скрыть ваше собственное неблаговидное поведение! — Еще не успев произнести эти слова, она уже поняла, что сама им не верит, но Джулиет хотелось выплеснуть всю свою боль, которая в ней накопилась, и она уже не думала о том, что наносит кому-то незаслуженную обиду.