Чтение онлайн

– Знаешь, Роз, – попыталась разлепить глаз Селия, вытирая кончиком пальца проступившую слезу из-за раздраженной слизистой. – Не одна я изменилась. Ты тоже меняешься. Становишься более бестактной, хотя я всегда относилась к тебе с пониманием и уважением, даже если некоторые твои поступки были на грани безумия.

Это был тот самый случай, когда чаша терпения переполнялась, и острые, не лишенные истины слова выливались наружу.

Гирадез взметнула хмурый взгляд к подруге и уже открыла рот, чтобы возразить, но осознав, что та была права, смягчилась, поджав губы.

– Извини, – выдохнула девушка, вернувшись к сборам. – После бывшего я и правда сама не своя. Не могу пока взять себя в руки.

На Розе расставание отразилось несколько иным образом, нежели на Веласкес. Если первая не умела мириться с одиночеством и заводила общение то с одним парнем, то с другим, чтобы подсознательно доказать себе, что с ней все в порядке, то Селия наоборот считала время без отношений тем самым периодом, когда можно все переварить, переболеть, полюбить себя и двигаться дальше. Но каждый справлялся по-своему, и именно поэтому Веласкес никогда не осуждала подругу: если ей так было проще, то пусть.

– Это не должно оправдывать твое неуважение по отношению к другим людям, – продолжала между тем Веласкес, очерчивая контур губ карандашом цвета кофе с молоком. – Ты хотела, чтобы я была откровенной, тогда я буду откровенной.

На этих словах Селия повернулась к Гирадез и, закрыв карандаш колпачком, отбросила его на тумбу.

– Я устала от всего этого дерьма и не хочу снова выяснять отношения. Поэтому давай просто закончим разговор и будем относиться друг к другу более бережливо. Мы обе достаточно пережили. Нечего травмировать друг друга еще больше.

Конечно, Роза и не подозревала, о каком конкретно «дерьме» шла речь. Не она была причиной в масштабе, но тоже привносила неприятный осадок после необдуманных слов и выходок.

Селия говорила без колебаний. Часто находясь в окружении аристократов, девушка научилась уверенно излагать мысли без страха осуждения. С близкими это проявлялось лишь в тех случаях, когда нервны дребезжали подобно гитарным струнам под пальцами рок-музыканта. И если сейчас Веласкес была настолько красноречива, значит, наступил тот самый случай.

– Договорились, – только и ответила Гирадез.

Перед уходом подруги обнялись, отчего-то задержав дыхание и застыв так на какое-то время. Как если бы безвозвратно отпускали обиды и ощущали тяжесть душевных терзаний друг друга.

Дверь захлопнулась, оставляя Селию одну. В этот же момент зазвонил телефон.

– Ало, – девушка прижала мобильный к плечу правым ухом и продолжила наносить макияж.

– Зря ты не поехала с нами, – голос старшей Веласкес звучал с наигранной досадой. – Многое упускаешь.

– Главное, что вы с папой отдыхаете, – губы Селии дрогнули в улыбке. – А я еще успею, не переживай.

– Ай! – отмахнулась женщина. – Вредная девочка.

– Какую родили, – Веласкес усмехнулась. – Мам, можно я тебе перезвоню попозже? У вас ведь все в порядке?

– Да, конечно. Ты на работу?

– Ага. Готовимся уже ко второму подряд грандиозному мероприятию.

– Уверена, ты сделаешь все в лучшем виде. Иначе и быть не может.

– Спасибо, мам. Я перезвоню.

– Хорошо. Береги себя, родная.

Как только вызов отключился, ноги девушки подкосились, и ее пригвоздило к полу. Удерживаясь руками за край тумбы, Селия пыталась сдержать рвущийся наружу поток слез. Жизнь, как и она, трещала по швам, намереваясь выпустить наружу тотальный переворот от настигшего разочарования.

Веласкес сама была виновата в том, что допустила мысль, что Дамиан на самом деле являлся нормальным человеком. Да, в клубе он предотвратил надругательство, но не было бы и предпосылок, не появись наемник на судьбоносных радарах. Бланко не дал отцу Селии попасть за решетку, однако, и то произошло из-за игр богачей грязного бизнеса, а Дамиан тем или иным образом снова был с этим связан. Но при всем ужасе его деяний…

Это ощущалось больно. Подталкивало к апатии. Словно невидимая, связующая нить оборвалась, не успев сложиться в прочный узел.

Девушка глубоко вдохнула и выдохнула. Так несколько раз.

Она сильная. Она не позволит сломать себя кому-либо и чему-либо.

С этими мыслями Веласкес вновь вытянулась в полный рост, пересекаясь с собственным взглядом в зеркальном отражении. Впереди поджидала серьезная работа, и Селия выложится на полную.

Вместе с тем девушку не покидало непонятное, стойкое предчувствие – Дамиан не отступится. Сердце неистово хотело, чтобы это оказалось правдой, но разум яростно протестовал.

Будь, что будет.

– Скидочку для постоянных клиентов сделаете? – грязная ухмылка растянулась на лице низкорослого мексиканца после того, как тот довольно провел рукой по белоснежному товару, расфасованному в маленькие пакетики.

Внушительных размеров картонная коробка, распахнутая и являвшая всем присутствующим склада содержимое, стояла на металлическом столе. По правую сторону, скрестив руки на груди, находилась Карла. Она курила, как обычно, при помощи мундштука, и взгляд ее выражал презрение.

– Никаких скидок, – выдохнула Марино, стряхнув пепел.

– Я твой преданный клиент, дорогуша. Таких надо ценить и одаривать порой приятными бонусами.

– Либо покупай за мою стоимость, либо катись, Армандо, – отчеканила Карла. – Ты и представить себе не можешь, насколько я дорогая.

Мужчина провел рукой по лицу, после чего недовольно плюнул блондинке под ноги. Она опустила взгляд на носки своих туфель, обтянутых крокодиловой кожей, но подбородок по-прежнему был высокомерно вздернут.

Сделав глубокую тяжку, Карла кивнула своим подчиненным. Те тотчас двинулись к мексиканцу и грубо взяли его под руки. Он же, попытавшись высвободиться, получил резкий удар в живот и согнулся, застонав от боли.

– Ты сдурела? – еле выговорил Армандо. – Совсем берега попутала?

– Это касается тебя, но никак не меня, – ответила Марино, медленно, подобно дикой пантере, осознающей свою прыткость, подходя к скрученному мужчине. – Разве можно попутать берега, если они оба принадлежат тебе?