Чтение онлайн

АЮ, пишет Вам ученик 7-го класса. Заставило меня написать Вам, знаменитому врачу и психологу, то безвыходное положение, в которое я попал.

Сначала немного о себе: отличник, занимаю призовые места на городских олимпиадах, хороший спортсмен (был им), пользуюсь авторитетом среди одноклассников..

Такой я сейчас. В начальных классах я был совсем другим. Часто пропускал уроки, не выполнял домашние задания, имел лишь две четверки за учебный год.

К концу второго класса я понял, что учусь для себя. Чем настойчивее буду овладевать знаниями и прописными истинами, тем больше у меня будет шансов пробиться в люди в будущем. Понял, и вкоренную изменил свою жизнь, идеалы, цели.

С тех пор прошло уже много лет, но я по-прежнему остался верен своим идеалам..

Все было бы хорошо, и я бы вам не написал, если бы не сломал ногу… Это стало причиной самой большой беды в моей жизни. Почти весь учебный год пролежал в больнице, сильно отстал по немецкому и ряду других предметов. С первых дней в школе учителя начали меня подготавливать к тому, что придется остаться на второй год.

Да, я и сам знаю: с такими знаниями за седьмой класс мне в восьмом делать нечего.

После выписки начал усиленно заниматься, но если даже и до конца года сохраню этот темп, то все равно не успею пройти программу. Что мне делать?! Смириться и остаться на второй год?! Но это для меня равносильно самоубийству! Целый год будет вычеркнут из моей жизни! Целый огромный год!

А где его потом взять?

Передо мной встала проблема: как ускорить обучение в несколько раз. Чтобы ее разрешить, я обратился к медицине, к гипнозу. Мне стоило большого труда подобрать соответствующую литературу. Но где достать человека, который смог бы мне помочь? Ведь таких людей очень мало! С этим вопросом я отправился к знакомому библиотекарю. К моему удивлению он принес из читального зала Вашу книгу… Я не понял сначала, чем мне может помочь аутотренировка. Ведь ей надо долго заниматься, а времени у меня в обрез.

Размышляя так, я невольно перелистывал книгу, и вдруг… На стр. 19 мой взгляд упал на следующие строки: "Один нечаянно загипнотизированный мною парнишка.."

Несколько секунд я сидел остолбенело, как вкопанный. Держать в руках ключ к решению самой большой в моей жизни проблемы и не видеть его!!!

Шесть часов потребовалось, чтобы прочитать книгу, и вот я уже пишу Вам, пишу, а сам волнуюсь, вдруг Вы откажетесь?

Я прошу вас, дорогой АЮ, сделать следующее: записать свой голос со всеми словами, паузами, расстановками, как во время Ваших сеансов. Только слова подберите, пожалуйста, с таким расчетом, чтобы они были употреблены с целью ускорения восприятия информации. Голос запишите на магнитофонную ленту и вышлите мне.

Я буду слушать вас, а ваши пассы и жесты мне заменит сила воли и настойчивость.

Я уверен, что они Вхместе с вашей записью будут представлять мощное оружие обучения. Заранее согласен о результатах этого опыта сообщать Вам ежемесячно; ведь после того, как я пройду программу седьмого класса, я и далее буду заниматься с помощью гипноза.

Поторопитесь, пожалуйста, с ответом, ведь от него будет зависеть дальнейшая моя судьба, и я, естественно, буду волноваться. Прежде чем мне ответить, подумайте. Ведь практически все, о чем я Вас прошу, Вы можете сделать. И пусть то, что написано здесь, останется строго между нами, об этом я не говорил даже с мамой. До свидания.

Деньги лежат в конверте.

АЮ, я работаю на стройке, мне 25 лет. Прочитал Вашу книгу, помогла выжить, спасибо. Но сейчас о другом..

Выступал у нас год и восемь месяцев назад гипнотизер Лапотков. Я был на пяти его сеансах, под гипнозом оказался три раза. Выходил вместе с другими загипнотизированными на сцену. Что там делалось со мной, почти не запомнил, но ребята, бывшие со мной и не уснувшие, рассказывали..

Удивительные дела! Превратил меня Лапотков в римского императора Нерона, сказал: "Приказывай, император".

И я произнес, оскалившись:

— Отрубить голову кариатиде!

Сам я этого абсолютно не помню. Про Нерона ничего не читал, только в школе по истории, кажется, проходил, а что за кариатида такая, вообще понятия не имел. Потом прочитал в словаре иностранных слов.

Был на этом же сеансе собакой, лаял из конуры, метался на цепи; был петухом, кукарекал и хлопал крыльями, то есть руками, себя по бокам, клевал, искал червяков..

Был Эйнштейном, принимал какую-то делегацию, произносил малопонятную чушь про мировые катаклизмы. И Гулливером был, разговаривал с лилипутами, поднимал на ладони, что-то там для них строил, корабли из моря вытаскивал. Ребята говорили: ходил на цыпочках, ноги поднимал, чтобы не раздавить..

..А вот это запомнил сам: когда Лапотков меня разбудил и спросил: "Как вас зовут?" — я сказал с полным убеждением: "Сергей Неронович Гулливер" (а я Сергей Петрович Конягин), и не мог долго понять, почему все мои лилипуты вдруг жутко выросли и так страшно смеются.

Решил больше гипнозу не поддаваться. Попросил Николая, напарника моего, щипать меня и толкать в следующий раз, если потянет в сон. И действительно, на четвертом сеансе опять куда-то поплыл, еще до начала счета. Только при одном взгляде на этого Лапоткова уже глаза заволакивает, особое у него лицо, хотя вроде бы неприметное..

Уже почти отключился, тут Николай мне изо всех сил начал уши крутить и тереть, как пьяному. Оклемался я, а Николай мой сам застывать начал, как свечной воск, минуты через две, я его тоже едва открутил..

На пятом сеансе держались за руки, слегка выпив для поднятия духа, щипали друг друга, продержались нормально.

После этих сеансов я так и хожу у нас в общежитии под прозвищем "Сергей Неронович Гулливер". Отшучиваюсь: "смотрите у меня, кариатиды поотрубаю".

Вам все это наверняка мало интересно — наэкспериментировались, навидались и не такого. А вот я просто заболел, заболел гипнозом. Не в смысле плохого самочувствия, нет, все нормально, работаю, учусь в заочном политехническом, собираюсь жениться.

Но гипноз стал для меня просто какой-то навязчивой идеей, дни и ночи думаю, не могу успокоиться, забросил даже любимую гитару… Вошло в голову, что я должен сам овладеть гипнозом. Во что бы то ни стало! До такой степени, как этот Лапотков, и даже сильнее! — чтобы всякого мог погрузить в гипноз не только по его желанию, но и против его воли, вот так, да!..

(Кстати, потом мы узнали, что Лапотков этот никакой не психолог, а то ли разжалованный тренер, то ли сокращенный актер. И будто бы его несколько раз выволакивали вдребезину пьяным из ресторана нашего райцентра, а потом посадили..)

Уже больше года я занимаюсь гипнозом сам, ищу литературу, изучаю… Почти каждый день провожу хоть какой-нибудь опыт над кем-то из окружающих или над собой. Стою, например, у стены, смотрю в точку, пока не начинаю непроизвольно падать назад — одно из моих упражнений, придумал сам… Просто не в своей тарелке себя чувствую, если не по-гипнотизирую — вот подсел, а?..

Первое время ничего не получалось. Усаживал, укладывал моих испытуемых — ребят с работы, из общежития, из соседних дворов — так и эдак, ходил вокруг, делал пассы, гладил, бубнил, считал, приказывал, глядя в глаза, и прочее — никакого толку, одно ржанье — все начинали ржать, и я ржал, как идиот, вместе со всеми.

А потом прорвалось… Начало получаться!

..В первый раз испугался ужасно: вижу во время счета, что у одного из моих подопытных: глаза начинают мутнеть, лицо разглаживается, веки опускаются… Едва досчитал, сразу же даю команду: "Проснуться", — а он не просыпается! Не шевелится!

Меняю внушение: "Проснешься при окончании счета в обратном порядке и хлопке в ладоши". Проснулся мой хлопец, но глаза еще минут пять были мутными..

В другой раз после рабочего дня посадил троих наших ребят на бетонную плиту с упором ног в землю. Сам встал напротив. Приказал смотреть мне прямо в переносье не отрываясь. Начал внушать жестко: "Сейчас тела ваши будут тяжелеть, будут деревенеть..

Ноги будут врастать в землю. Как корни, ноги начнут врастать в землю… Вы одеревенеете, одеревенеете… Вы не сможете оторвать ноги от земли… Ноги врастают в землю.

Закончил внушение. Велел попробовать подняться. Двое поднялись, один легко, другой тяжело. А третий не может.

Сидит, как прикованный. Продолжает на меня смотреть, не отрываясь. Я ему: "Ну все, хватит. Теперь вставай. Все, конец". — А он все сидит. Пытаюсь поднять… Действительно, будто в землю врос! Невозможно оторвать, свинцовая тяжесть. Глаза стеклянные… Втроем подняли его с ребятами — начали расталкивать, торхмошить. А он не реагирует, как вкопанный стоит.

— "Витька, ты что?" — Ни звука. — кончай прикидываться". — Молчит. — "Ну, давай поговорим. Ты что сейчас чувствуешь?" — Молчит, только пытается промычать что-то. Речь отнялась. Целый час так простоял, крутились мы вокруг, так и эдак… Я внушал: "Говори! Можешь говорить!" — никакого толку, ни слова. А ему домой идти, жена ждет, ребенка из садика забирать..

И тут осенило, вспохмнилось: надо же его снова усыпить, как делал Лапотков, меняя программы внушений, сперва опять усыпить!

Посадил, дал команду "Закрыть глаза, спать. Спать. Спать глубоко, спокойно.." Смотрю — задышал ровнее, порозовел. Внушаю: "Сейчас сможешь легко говорить. Отвечай мне, как себя чувствуешь?" — "Нормально".

Тут ребята вздохнули, а с меня градом пот.. — "Теперь на счет десять проснешься. Говорить будешь легко".

Проснулся. Речь нормальная. О том, что с ним было, не помнит. Сколько времени прошло, не имеет понятия. Втроем домой проводили. Ничего не сказали..

После этого случая с месяц ни над кем никаких экспериментов не проводил, зарекся. А потом опять на чертов гипноз потянуло, не смог себя превозмочь.

Да и просили ребята — показать чудеса. Уже поняли: что-то есть и во мне… Старался поосторожнее. Кое-что прочитал, кое-что понял… Знаю, что не имею никакого права экспериментировать над людьми, но это сильнее меня. Я должен превзойти Лапоткова!

Однажды вечером у небольшого пруда за стройплощадкой собралось нас семеро, в том числе две девчонки, Люся и Вера, отделочницы, и одна женщина постарше, Анна Ивановна, бетонщица. Две бутылки имелось. Развели костерок, хотели уже начать обычное, как вдруг Вера мне: "Ты бы, Нероныч, бутылку заколдовал сперва". Николай: "Чтоб не горькая была". — "Нет. Чтоб не пить. А то все одно… Нероныч может и без вина опьянить".

Анна Ивановна: "Да уже Гулливер наш колдуном заделался, это точно". Я: "Без вина напоить могу. А куда его девать потом?"

Люся: "В землю закопаем до праздников". Николай: "За нами не пропадет".

Беру из костра обугленную палочку. Поднимаю вверх. Приказываю неотрывно смотреть. Слушать внимательно… Начинаю счет..

И тут вдруг что-то со мной случилось. Почувствовал, что тело мое потеряло вес и, как бы приподнявшись над землей, начинает медленно покачиваться, совершать странно знакомые движения руками, ногами, шеей… Будто танец какой-то… А вместо обычных слов — другие начали вырываться, непонятные, но знакомые. Помню отчетливо, как ребята тоже начали в такт мне покачиваться и что-то произносить. Ритм стал убыстряться, каким-то жестом я поднял их, пошли вокруг костра, быстрее, быстрее — пляска и какая-то песня или заклинание, что ли, с совершенно особенным, непередаваемым ощущением!..

Не переставая двигаться, подкладывали дрова в костер, обхменивались жестами, восклицаниями, ели в движении… Вдруг Николай хватает лопатку, встает на четвереньки и быстро-быстро начинает копать. Хвать бутылки — и в яму, забросал землей, завалил камнем. А глаза сверкают, как угли..

..Очнулись все разом после какого-то единого звука: "А-ха-ва-а-а-ах!.."

Друг на друга смотрим обалдело. Потом в хохот — все разом, и ну рассказывать наперебой, кто что пережил. У всех и разное и одно… Николай сказал, что был негром африканского племени, у которого бог леопард, и плясал пляску леопарда, а закопанные бутылки — черепа двух казненных колдунов. Анна Ивановна была маленькой девочкой. В своей родной деревеньке под Костромой собирала землянику, грибы, козу домой загоняла. Люська была русалкой, Верка — лебедем..

А про меня все дружно сказали, что как только я встал напротив них, так начал светиться каким-то голубоватым светом: над головой и от рук вроде сияния, потом прибавилось золотистого. Вот в этот миг в них и вспыхнуло… Подобное больше не удавалось.

Удается, правда, другое. Уже у троих ребят из нашего общежития снял тягу к куреву. Одного парня из моей бригады, вот этого самого Витю, освободил сразу и от головных болей и от пьянки. Очень сильно он поддавал, уже выгонять собирались. (Сам после трех сеансов не пью, но курить продолжаю.)

У одной женщины из поселка снял страх. (На нее напали вечером хулиганы, не могла после этого выходить из дома. Собирались уже в психиатрию класть.)

Ребятишкам-подросткам, над которыми издеваются, внушаю смелость, уверенность в своей силе. И представляете — один такой мой «пациент», Санька, хилый и вялый парнишка, "козел отпущения", после третьего сеанса пошел в секцию самбо. Теперь его побаивается и шпана.

С ним у меня, кстати сказать, в первый раз получился и опыт мысленного внушения… У него очень быстро наступает расслабление всех мышц, "восковая гибкость" и полная нечувствительность к боли. Можно колоть руку иглой — никакой реакции, кровь почти не выходит. Но отключения памяти не происходит, все потом вспоминает, говорит "видел сон".

Погрузил в гипноз. Приказал открыть глаза и смотреть внимательно на меня. — "Сейчас я буду представлять цифры, буквы, слова, картины и передавать тебе, прямо в твой мозг. Ты тоже будешь все ярко видеть и называть.." Из восьми цифр: 3, 7, 1, 9, 2, 5, 0, 6 — он верно назвал все, крохме двойки и нуля — вместо него 10. Я хотел дать еще несколько, но почувствовал, что больше не смогу рисовать их в воображении, перешел на буквы. Из десяти семь, тоже неплохо, хотя может объясняться и случайностью..

Но самым убедительным (не для науки, для меня только) было внушение образов.

Сперва я представил себе вольно бредущую по прерии лошадь, мустанга-иноходца, помните эту повесть? Кажется, Сетон-Томпсон? — Как раз в возрасте Саньки я прочитал про этого мустанга и влюбился в него, пытался даже рисовать. И вот вспоминаю — рисую в себе, как бы сам делаюсь мустангом, забыл о Саньке… А он вдруг улыбается и говорит: "Конь!" — меня даже дрожь взяла..

Маленький передых — велю опять закрыть глаза и расслабиться. Снова открыть..

Не знаю сам, почему, всплыло перед глазами лицо моей первой любви. Еще до армии..

Мы с Анютой вдвоем в парке, на скамейке. Теплая ночь… Опять забываю про Саньку, смотрю в себя, в нее… А он начинает медленно отводить глаза, и гляжу — вспотел. "Что? Что увидел?" — Сад… Луна… Лавка какая-то… Целуются… Папиросы.."

..Извините, на этом месте надолго остановился, не мог писать..

Прошло три с половиной месяца..

..Сейчас я гипнотизирую только тех, кто попросит меня об этом, и если чувствую, что могу помочь. (Уверенности нет никогда..) Достал копию старой книги "Черная магия". Отвратительный бред, сжег эту пакость. Уже нет желания гипнотизировать людей против воли, наоборот, понимаю: дикое это было желание, злобное. Тогда, после Лапоткова — хотелось доказать самому себе..

Думаю теперь, что способность гипнотизировать — свойство не исключительные, а присущие всем, только в разных степенях. На низших ступенях ничего не видишь, кроме привычного. А на высших — другие миры.

Скоро получу диплом инженера-строителя. К будущей специальности равнодушен, но… Второе высшее образование? Я и этот-то диплом едва вытяну.

Если не найдется совета, то, может быть, Вам будут просто любопытны некоторые детали моей гипнотической болезни. Она прошла, но еще не совсем.