Награда Бешеного
Шрифт:
— Выходит, спасая меня, вы решили искупить свою вину перед Савелием? Вы представляете, какой опасности вы себя подвергаете?
— Пока никакой! — Лана улыбнулась.
— Не понял. То есть как это — пока?
— Пока вы меня не выдадите!
— Кому? — воскликнул Воронов.
— Рассказову!
— Ничего не понимаю. При чем здесь Рассказов?
— План вашего освобождения принадлежит лично Рассказову!
— Рассказову?!!
– Воронов даже вскочил со стула. — Либо у меня что-то с головой, либо… — Он потер лоб.
— Нет-нет, с моей головой все в порядке. — Лана виновато вздохнула. — Встреча на дороге не была случайной, я действительно должна была войти с вами в контакт, привести к себе домой, дать специальный наркотик и все выяснить. Но Рассказов вдруг изменил план и приказал своим людям захватить вас, чтобы самому попытаться разговорить вас, но что-то у него не вышло, и он решил вернуться к первоначальному варианту. А чтобы у вас не возникло никаких подозрений на мой счет, он и придумал этакое дерзкое вызволение из плена.
— Но почему вы мне все это говорите? Это тоже часть плана? — нахмурился Воронов.
— Господи! Вы же такой умный! И Савелий это не раз говорил. Я давно уже приняла решение и вожу Рассказова за нос: он и не подозревает, что действует не по своей, а по моей, точнее сказать, по нашей схеме!
— Нашей? — На миг Воронов снова подумал, что объявился Савелий, и едва не назвал его имя вслух.
— Ну да, нашей: моей и вашего приятеля Дональда Шеппарда?
— Вы с ним знакомы?
— Он появился у меня сразу же после вашего пленения.
— Мне следовало бы догадаться! — воскликнул Воронов. — И где же он сейчас?
— Появится с минуты на минуту: он нас подстраховывал на случай, если что-то пойдет не так.
— Так и расцеловал бы вас! — радостно вскричал Воронов.
— Кто-то мешает? — кокетливо спросила Лана.
Воронов молча приблизился к ней, обхватил лицо ладонями и несколько минут смотрел в ее глаза, полные нежности и ожидания. Затем медленно прильнул к губам. Девушка, словно заждавшись поцелуя, ответила страстно, жадно и чувственно.
Ей вдруг показалось, что этого момента она ждала с тех самых пор, когда впервые увидела Воронова. Что-то всколыхнулось в груди, по всему телу пробежала нервная дрожь. Эта дрожь передалась и Андрею: он еще крепче прижал ее к себе, ласково погладил по спине.
— Боже мой! — шептали ее губы.
— Милая!
— Милый!
— Сколько я думал о тебе…
— Я чувствовала это…
— Это не сон?
— Нет, это действительно я, а это мои губы! — На этот раз девушка сама прильнула к его нетерпеливым губам…
Они настолько увлеклись друг другом, что не видели, как дверь в комнату тихо приоткрылась — заглянул Дональд Шеппард. Увидев нежную сцену, он тихонечко прикрыл дверь, выждал немного и только потом осторожно постучал.
— Мог бы и не спешить! — прошептала огорченная девушка.
— А кто это? — не понял Воронов.
— Как кто?! Дональд Шеппард!
— Собственной персоной! — пробасил тот, заполняя собой всю комнату. — Дверь нужно закрывать, когда хотите уединиться!
— Ну, здравствуй, приятель! — улыбнулся Воронов, и они крепко, по-мужски обнялись.
— А ты неплохо выглядишь! — усмехнулся тот. — Я думал, тебя там помнут, а ты, похоже, посвежел, отдохнул!
— А тебе и завидно!
— Есть немного, — признался Дональд, и они рассмеялись. Затем он повернулся к Лане: — Выходит, Рассказов заглотил наживку?
— По самые «не могу»! — Лана довольно хихикнула.
— Вот и отлично, а то мой шеф всю плешь мне проел: вынь да положь ему Воронова!
— Майкл? Как он?
— Через час сам услышишь: у нас с ним связь!
Личная просьба Президента Америки
Уже при въезде на мост перед проходной атомной станции, несмотря на поздний час, полковник Джеймс с Савелием встретили целое скопище полицейских машин. Каждого подъезжавшего останавливали и тщательно осматривали, их тоже остановили, но тотчас подозвали шерифа. Тот подошел в сопровождении какого-то мужчины в штатском.
— Представитель Президента: специалист по чрезвычайным ситуациям!
— с явной насмешкой прошептал полковник. — Сейчас отведет меня в сторону, чтобы выяснить, кто ты и чего тебе здесь нужно.
— Что, может возражать против моего участия? — нахмурился Савелий.
— Во всяком случае, попытается. Но я готов отразить его нападки. Как говаривал наш общий знакомый: меня на мякине не проведешь! — Майкл хитро подмигнул.
— Привет, полковник! — хмуро бросил представитель Президента, скользнув недовольным взглядом по Савелию, потом представил шерифа: — Это господин Стадиум, шериф Форест Хиллс. Я могу с вами переговорить?
— Здравствуйте, господин представитель Президента! — Майкл снова усмехнулся: — Почему бы и нет?
— Я могу узнать, кто это с вами? — тихо, едва ли не на ухо, шепнул Перкинс.
— Это один из самых лучших российских профессионалов по борьбе с террористами! Я бы даже сказал: международного класса! — спокойно ответил полковник.
— У нас что, своих профессионалов не хватает? — ехидно спросил тот.
— Специально его никто не приглашал: он здесь находится по своим делам, но могу вас заверить, что в данной экстремальной ситуации, в которой мы оказались, нам крупно повезет, если этот парень согласится нам помочь, — с пафосом произнес полковник Джеймс.
— Вы не знаете, кто несет ответственность за операцию по обезвреживанию этого террориста? Может, вам напомнить?
— Вы! И я прекрасно это помню! Однако мне бы хотелось…
— А меня не интересует, чего бы вам хотелось! — грубо оборвал Перкинс, затем повернулся и громко приказал: — Шериф Стадиум, прошу удалить из городка всех посторонних. Городок объявляется секретной зоной на весь период операции по обезвреживанию террориста! То есть до тех пор, пока существует реальная угроза взрыва!