Чтение онлайн

– Думаешь, он захочет отомстить? Не смеши меня! Он несколько лет знал, что жена спит с его лучшим другом! Днем притворялся другом Кирилла, втайне ненавидя его, клялся тебе в своей верности, утаивая, что твоя дочь обладательница пары милых рожек, а ночью ложился спать с женой, которую еще днем отодрал лучший друг! Черт! Моисей? Да что происходит? Твоя дочь жила с этим придурком, зная, что он *бет ее лучшую подругу, и молчала! Буба тоже закрывал на все глаза и молчал. Он предатель дважды. Как муж и как твой подчиненный. Только почему он молчал? Ему же это было выгодно! Шепнул бы тебе и все. На следующий день его головная боль в виде Кирилла исчезла бы. Но он молчал.

– А Яна? Почему молчала она?

– Потому что боялась, что ты скажешь, что был прав, насчет Кирилла!

– Черт! Откуда ты все это знаешь?

– Моисей, я просто слышу то, что люди думают. И мне этого достаточно! Хочешь совета? Хорошо. Не отпускай Бубу, держи его рядом, чтобы всегда был на виду! Дай ему звено, поручи, чтобы навел там порядок! Займи его! Но никогда не спускай с него глаз!

– Может…

– Нет, не может… Он рано или поздно приведет тебя туда, куда следует! Ты не забывай, что в твоей «семье» есть дыра, в которую сливается так много нужной информации! И займись штатом? Перетряси, послушай, посмотри!

– Олег? Займись? – стариковская рука так крепко сжала мое запястье, что я на автомате тряхнул рукой, чтобы освободиться.

– Моисей! Я не готов влезать в это! Мне не нужно пристальное внимание ментов! А благодаря выходкам твоих бойцов вы все под лупой!

– За сколько ты сможешь отсеять гнилье? Ты же понимаешь, что бумаги бумагами, а люди иногда просто ошибаются.

– Черт! Давай так, соберем их всех в одном месте? С семьями? А я посмотрю. Но на этом все.

– Договорились! Когда?

– Так говорят, что у тебя открывается ресторан под открытым небом… – я затушил сигарету, с силой смяв мягкий фильтр.

– Да, сегодня открытие для прессы.

– Перенеси на завтра, а сегодня сгони их всех туда.

– Я сегодня улетаю в Баку, не смогу…

– Поручи Лазарю, с этим-то он справится?

– Да, с этим точно справится, – я впервые услышал, как Моисеев рассмеялся, отчего его лицо покрылось глубокими морщинами, а голубые глаза засверкали.

– Ну? Завтрак готов, – в дверях стояла Яна, всячески игнорируя меня.

– Кофе сварила? – я снова бросил взгляд на пачку сигарет, это становится привычкой. Смотрю на нее и хочется закурить… Хочется занять руки, рот и мозг.

– Да, мистер Зануда.

– Кролик! Тебе, конечно, можно все, но не забывай, что мы в гостях! – Моисей вышел за дочерью.

– Я в этой квартире провела столько времени, сколько он не провел с момента покупки. А хозяин не тот, кто записан в свидетельстве, а тот, кто живет здесь. Поэтому, это еще большой вопрос, кто хозяин этой квартиры, – Яна пожала плечами и поставила передо мной кофе, а Моисею чашку зеленого чая. – А тебе нельзя кофе.

– Ты, что? Положила сахар в мой кофе? – я сморщил лицо, как только отпил ароматной жидкости.

– Да! Ты так любишь, – она снова пожала плечами. – Пей, так вкуснее! Пей!

Черт! Кулаки сжались от желания запустить чашку в стену за ее спиной. Заноза сидела, положив голову на плечо отца и не отводила от меня глаз.

– Сегодня прием в «Глории», поэтому приготовься, а Лазарев приедет и заберет тебя, а я, как только вернусь, приеду сразу в ресторан! – Моисей прижался губами ко лбу дочери, Яна поморщилась, видимо, от колючести бороды.

– А кто меня заберет из универа?

– Что? – я поставил на стол пустую чашку, как понял, что на меня смотрят две пары голубых глаз. – НЕ-Е-Е-Е-ЕТ!

– Ну, она же учится прямо напротив твоего дома. Пусть потусуется с тобой? – Моисей хлебал зеленый чай и морщился.

– Я буду весь день с Лазарем.

– Вот и хорошо! Олег даст тебе ключи от квартиры, после учебы сразу сюда! Как закроешь за собой дверь, то отзвонись. И купи себе что-нибудь? Позвони Миле. Пусть привезет новые тряпки. Повеселись, доча. А теперь, идем? – Моисей встал из-за стола, потянув за собой Янку, которая расплылась в широчайшей улыбке. И что-то подсказывает мне, что это не от тряпок…

Я барабанил пальцами по кожаной оплетке руля, внимательно наблюдая за массивными дверями серого здания. Опаздывает. Уже на три минуты. Еще две минуты.

110 секунд.

Зачем я приехал? Ведь тут идти пару минут, а у подъезда ее встретит консьерж, который жадно «скушал» хрустящую розовую банкноту, согласившись проводить девушку до двери.

95 секунд.

Сейчас я должен быть в ресторане, чтобы посмотреть место, куда скоро явятся парни Моисея. Я уже был на полпути, когда развернулся, возвращаясь в город. Головой понимал, что ей ничего не грозит сейчас. Никто не станет нарушать устаканившееся равновесие. Тот, кто замешан в похищении, доволен тем, что Моисей остановился, перестав рыть землю. Они замерли и успокоились.

30 секунд.

Теперь дело за малым. Нужно понять, чего конкретно хотели от «папы». Ну, и найти эту свинью. А я найду…

– Наконец-то, – выйдя из машины, прислонился к двери, наблюдая за Янкой. Она выбежала из универа, перепрыгнув через порог, затем засмеялась, отбросив с лица волосы небрежным движением руки. Она была не одна, в окружении однокурсниц… И не только! Какого черта? Яна продолжала заливаться смехом, стоя в окружении девчонок и нескольких парней.

– Да! – рявкнул я, снова садясь в машину, чтобы ответить на звонок разрывающегося телефона.

– Ты где? Обещал помочь с приемом, а сам свинтил куда-то, – визжал Лазарев. – Камеры установили. Нужно посмотреть расположение.

Я слышал слегка возбужденную речь Лазарева, но не слушал. Виски пульсировали, кровь бурлила и пенилась, больно ударяя в голову. Не в силах оторвать глаз от крыльца, на который высыпали толпы студентов, на ощупь нашел пачку сигарет и закурил. Как только никотин смешался с адреналином в крови, выдохнул. Огромный клуб дыма с силой ударился о лобовое стекло и отрикошетил обратно, окутывая лицо. Но даже сквозь кружевные изгибы дыма прекрасно был виден тонкий силуэт девушки. Она стояла в коротком сарафане, едва прикрывающем колени. Широкая юбка колыхалась от ветра, играя с длинными ногами. Верхняя часть, наоборот, казалась настолько тесной, что при каждом движении из декольте выглядывало кружево белья. Яна обнимала себя руками, стараясь согреться. Компания смеялась, что-то эмоционально обсуждая. Яна размахивала руками, трогала волосы, то перебрасывая их через плечо, то убирая за спину. Все мужские взгляды следили за каждым движением ее рук, волос…

– Скоро буду. Только вот закончу дела, – отбросив трубку, даже не понял, как рука упала в центр руля, клаксон заверещал, распугав голубей, клюющих семечки в парке.

Яна, конечно, обернулась. Ее щеки вмиг покраснели, а розовые губки растянулись в улыбке. Она попрощалась с одногруппниками и побежала по ступенькам вниз, не отрывая от меня глаз. Но потом резко развернулась и направилась к набережной. Недолго думая, я выскочил из машины и последовал за ней. Янка перепрыгивала лужи, обходила кучки ярких листьев, направляясь к мосту через речку, иногда запрыгивала на поребрик, балансировала, помогая себе руками. И смеялась. Просто смеялась. Откуда все это в ней? Преследуя, я только и мог смотреть на ее стройные ножки. Рельефная линия икры, тонкие щиколотки… Легкая ткань платья играючи скользила по ногам, обтягивала попку, подчеркивала тонкую талию. На улице было довольно прохладно, Яна потирала руки ладонями, словно разгоняла кровь, чтобы согреться.