Чтение онлайн

– Мда... понятно. Увы, Элеонора, все не так просто. Я не утверждал, что мне ничего не будет, я просто сказал, что с последствиями справлюсь. Не в первый раз. А они, эти последствия, будут. Никому не дано попирать волю богов безнаказанно. Ты готова принять наказание? А что касается ритуала, то здесь все просто - на некоторое время я просто накину на свою лабораторию одно древнее заклинание. Оно скроет нас от богов, так никто не поймет, что произошло.

Лера струхнула в душе, но скроила каменное лицо и спросила недрогнувшим голосом:

– Так что там с наказанием? Поконкретнее? Чтобы уж быть готовой.

Александр вздохнул:

– Элеонора, боги... они, мягко скажем, непредсказуемы в своих решениях. Есть общие каноны, но куда весы их настроения склонятся в той или иной ситуации, нам знать не дано. Да, боги не вмешиваются в жизнь живых, это строжайше запрещено, причем ими же самими, иначе в мире воцарился бы хаос. Но и закрыть глаза на откровенное неповиновение они не могут.

– При чем здесь это?

– Никто не в силах предугадать, каким будет наказание. Оно будет и будет серьезным, но в детали тебя не посветит даже оракул. Ты либо рискнешь и узнаешь, либо... не станешь рисковать и будешь жить долго и счастливо. Я не слишком уважаю богов, скажем так. Все эти ритуальные пляски с церемониями не для меня. И мне не страшно принять наказание.

Лера потрясенно воззрилась на Александра.

– Но как такое может быть? А праздники? Жертвоприношения? Ежегодные дары? Это же обязательно!

– Не слежу за этой лабудой. Уже и забыл, когда и что у них там празднуется. Не обессудь.

У Леры отвисла челюсть. Как это - забыл? Как это - не уважает? И до сих пор жив? Последнюю мысль она озвучила вслух.

– Очень просто. Повторюсь, я слишком силен. Там, за Гранью, все совершенно по-другому. И я стал другим.

– Давно?
– сварливо поинтересовалась Лера.

– Давно. Около сорока лет назад.

– Таак, - нехорошим тоном протянула она.
– А сколько вам лет вообще?

– Не так много, как ты думаешь. Просто я в свое время слишком спешил жить и в итоге оказался там, откуда сумели вырваться лишь единицы.

– И все-таки?

Александр что-то подсчитал в уме и ответил:

– Выходит что-то около восьмидесяти.

– Отлично сохранились, - брякнула Лера.
– Для старика.

– Время за Гранью течет по-другому, точнее, там такого понятия как время нет вообще. А последние сорок лет я провел, путешествуя между нашим миром и тем.

– И даже седины почти нет, - придирчиво осмотрев его шевелюру, пробормотала Лера.
– Мне бы так...

Александр приблизился к Лере.

– Можно устроить. Это несложно, на самом деле. Всего лишь маленькое заклинание, и ты продлишь себе жизнь. Только это и в самом деле тебе надо?

– Я не просила долгой жизни. Мне и внешности сногсшибательной хватит.

– В восемьдесят лет выглядеть на тридцать? Двадцать? Пятнадцать?
– спросил Александр, и было заметно, что ему хочется добавить "И эта туда же... почему все так скучно-однообразно?"

– А так можно?
– азартно поинтересовалась Лера.
– Прям вот чтобы на двадцать?

– Можно, - кивнул Александр.
– Еще одно маленькое заклинание. Что предложишь взамен?

– В смысле? В какой такой замен? Это же простое заклинание, вы сами сказали. Или лично вам за труды?

– Я сказал, что оно маленькое, - занудно уточнил Александр.
– Я не говорил, что оно безобидное. Я не говорил, что оно не потребует от тебя платы. Хочешь - разумом, хочешь - здоровьем, хочешь - силой, удачей, будущим потомством.

– К-как п-потомством?
– обалдела Лера.
– Каким таким потомством?

– Детьми, внуками, да хоть правнуками. Кого не жалко. Время не имеет значения, заклинание свое возьмет.

– За возможность выглядеть молодо я должна буду заплатить? Какое же это волшебство?

– Злое, - усмехнулся Александр.
– Точное, как часы. Безжалостное. Говоря другими словами, совершенно обычное. Не пойму, что тебя так удивляет.

– Никогда не слышала про это.

– Заклинания немного другого порядка и только. Из разряда запрещенных. Об этом не принято распространяться.

– Но почему сразу запрещенных? На мой взгляд, это вполне безобидное, свойственное многим женщинам, желание. Значит, и заклинание тоже должно быть безобидным. Простым и легким. Разве нет?

Александр мог бы многое сказать о женской логике вообще и о логике своей жены в частности, но не стал, и Лера выставила ему сразу десять баллов за сдержанность.

– Вопрос в цене, Элеонора. Обычно запрещенные заклинания потому и считаются запрещенными, что за них, помимо прочего, приходится платить. Мы уже как-то говорили, что эти заклинания - ни хорошие, ни плохие. Они просто немного другие, и их, по счастью, очень немного.

– А кто плату устанавливает? Кто вообще сказал, что именно за это заклинание нужно расплачиваться?

– Есть вещи, в которых необходимо соблюдать баланс. Это законы волшебства, и не нам с тобой их оспаривать. Понятно?

– Просто принять на веру?

– Но мы же поступаем так в большинстве случаев, не правда ли? Просто не замечаем этого. Это все? Я могу быть свободен?
– прозвучало это с откровенной издевкой.

– Последний вопрос.

– Ну?

– Мне так взаперти и сидеть до часа икс?

– Да, - коротко ответил он и был таков.

Лера с размаху плюхнулась на кровать и саданула кулаком по одеялу.

Глава 7. О неприятных открытиях.

Матвей пришел домой и сразу же заперся в своей комнате. Эйфория, охватившая его после того, как он осознал, что Елена Ивановна ни о чем не догадалась и час расплаты откладывается на неопределенный срок или отменяется вовсе, схлынула. Его охватила звериная тоска - он понять не мог, как вообще решился на подобный шаг. Что с ним произошло? Убить человека из-за косого взгляда и предвзятого отношения?

"Это был не я, - внушал себе Матвей, раскачиваясь на стуле все с большей амплитудой, рискуя либо треснуться лбом об стол, либо упасть спиной на пол.
– Это кто-то другой в меня вселился и командовал моим телом. Я бы никогда такого не сделал. Я бы никогда и не подумал... не осмелился... не сделал... Это против моей воли! Я не хотел! Я не убийца!"

Ему было очень важно убедить себя в том, что он невиновен, что он не при чем. Сам факт убийства отрицать не получалось, но отрицать свое намеренное участие в нем - сколько угодно. Не в силах усидеть на одном месте, Матвей подскочил, как ужаленный, и пронесся по комнате, вцепившись руками в волосы и выдрав изрядный клок, но даже не поморщился от боли.