Чтение онлайн

– Полностью.
– Голос Бич был хриплым, а ее глаза блестели от непролитых слез.
– И я сделаю все, что вам нужно, чтобы этот день настал. Я клянусь.

– Хорошо, - сказал Роджер и улыбнулся.
– Я рад, что мне не пришлось выламывать винты с накаткой.

– Привет, Шара, - сказала старший сержант Косутич, просунув голову в каюту Депро.
– Идем. Нам нужно поговорить.

Косутич теперь тоже была блондинкой, хотя и не такой эффектной, как Депро. Она также была своего обычного роста, с такими же короткими волосами и более скромной грудью. Она была более коренастой, чем раньше - и выглядела как тяжелоатлетка, что было на самом деле более или менее так, как она выглядела раньше, - но ее походка теперь была немного более... женственной. Депро подозревала, что дело было в более широких бедрах. Трансформация не изменила ее тазовые кости, но добавила мышц с обеих сторон.

– Что Джулиан думает о новом образе?
– спросила Депро.

– Ты имеешь в виду "Том"?
– сказала старший сержант тоном легкого неодобрения.
– Вероятно, то же, что Роджер думает о твоем. Но "Тому" не достались большие базуки. Я уловила лишь намек на ревность по этому поводу.

– Что такого для мужчин в светлых волосах и сиськах?
– сердито спросила Депро.

– Сатана, девочка, ты действительно хочешь знать?
– рассмеялась Косутич.
– Серьезно, объяснения расходятся и достаточно причудливы, чтобы сторонники теории заговора десятилетиями счастливо болтали сами с собой. Самой ранней была фиксация на "мамочке" - мужчины хотят вернуться к грудному вскармливанию. Это просуществовало недолго, но в свое время было популярно. Мое личное мнение связано с различием между шимпанзе и людьми.

– Какое отношение к чему-либо имеют шимпанзе?

– Ну, ДНК шимпанзе и человека действительно близки. По сути, люди - это всего лишь ответвление шимпанзе. Даже после всех незначительных мутаций, которые произошли с тех пор, как мы покинули планету, у людей все еще меньше изменчивости, чем у шимпанзе, и на диаграмме ДНК мы просто попадаем как довольно незначительная модификация.

– Я этого не знала, - сказала Депро.
– Почему ты знаешь?

– Признаюсь, что церковь Армы должна объяснять это по ходу дела, - пожала плечами Косутич.
– Понимание истинных мотивов людей делает это намного проще. Взять сиськи.

– Пожалуйста!
– сказала Депро.

– Согласна, - улыбнулась Косутич.
– У шимпанзе их нет. Человек, по сути, единственное наземное животное с ярко выраженными молочными железами, которые большей частью не функционируют. Посмотрите на корову - это впечатляющее вымя почти полностью функционально и служит для выработки молока. Сиськи? Ха! Их... визуальный аспект, скажем так, не имеет почти ничего общего с производством молока как таковым. Это означает, что в нашей эволюционной истории для них есть какая-то другая причина, и одна из теорий заключается в том, что они развились исключительно для того, чтобы удержать самца рядом. Человеческие самки не проявляют признаков своей фертильности, а человеческим детям требуется, условно говоря, много времени, чтобы достичь зрелости. Постоянное присутствие мужчины рядом помогало ранним человеческим и дочеловеческим женщинам в воспитании детей. Самцы, вероятно, приносили какую-то пищу, но их основной целью была защита территории, чтобы можно было приносить пищу. Кроме того, человеческие самки также являются одним из немногих видов, испытывающих оргазм...

– Если нам повезет, - заметила Депро.

– Ты хочешь услышать дальше или нет?

– Прости. Продолжай.

– Итак, это была причина для самки не слишком расстраиваться, если самец постоянно хорошо проводил с ней время. И это была еще одна причина для мужчин оставаться рядом. Сиськи были визуальным знаком, который говорил: "Трахни меня, оставайся здесь и защищай эту территорию". Конечно, это не может быть доказано, но это соответствует всем реакциям самцов на них.

– Да, - кисло сказала Депро.
– Все эти реакции. Они все еще заноза в... спине.

– Конечно, и в наши дни они практически так же полезны, как аппендикс, - сказала старший сержант.
– С другой стороны, они по-прежнему отлично подходят для того, чтобы делать парней глупыми. И это то, о чем мы собираемся поговорить.

– О?
– тон Депро стал явно настороженным. Они добрались до каюты старшего сержанта, и она была удивлена, увидев ожидающую их Элеонору. Начальница штаба тоже подверглась модификации и теперь была довольно тощей рыжеволосой девушкой.

– О, - подтвердила Косутич. Она закрыла люк и махнула Депро на сложенную кровать рядом с Элеонорой, которая посмотрела на нее с выражением, в котором задумчивость и решимость смешались с чем-то, что Депро не совсем хотела бы видеть.

– Нимашет, я буду откровенна, - сказала начальница штаба через минуту.
– Ты должна выйти замуж за Роджера.

– Нет.
– Сержант быстро встала, сверкая глазами.
– Если это то, о чем ты хотела поговорить, ты можешь...

– Сядьте, сержант, - резко сказала Косутич.

– Вам лучше не использовать мое звание, когда говорите о чем-то подобном, старший сержант!
– сердито огрызнулась в ответ Депро.

– Я сделаю это, если оно влияет на безопасность империи, - ледяным тоном ответила Косутич.
– Садись. Давай. Сейчас же.

Депро села, свирепо глядя на старшего сержанта.

– Я собираюсь изложить это очень тщательно, - сказала ей Элеонора.
– И ты собираешься выслушать. Тогда мы это обсудим. Но сначала выслушай меня.

Депро перевела сердитый взгляд на начальницу штаба. Но она также скрестила руки на груди - осторожно, учитывая некоторые недавние изменения - и чопорно откинулась на спинку кровати.

– Кое-что из этого остается в силе - или имеет значение - только в том случае, если мы добьемся успеха, - сказала Элеонора.
– И кое-что из этого, возможно, имеет непосредственное отношение к нашей надежде вообще выполнить миссию. Первый пункт касается всего - как текущей миссии, так и долгосрочных соображений. И этот момент заключается в том, что прямо сейчас на плечах Роджера в буквальном смысле лежит тяжесть империи. И он любит тебя. И я думаю, ты любишь его. И его снедает мысль о том, что он может потерять тебя, что порождает всевозможные пугающие варианты.

Удивление Депро, должно быть, было заметно, потому что начальница штаба поморщилась и помахала рукой в воздухе.

– Если он потерпит неудачу, - сказала она, - если мы примем программу правительства в изгнании, и он станет просто каким-то парнем, который был почти императором, ты выйдешь за него замуж, не так ли?

Депро смотрела на нее каменным взглядом в течение двух или трех ударов сердца, затем вздохнула.

– Да, - призналась она.
– Черт. Я бы сделала это за секунду, если бы он был "просто каким-то парнем". И, чтобы можно было сделать именно это, я настраиваю его на неудачу, не так ли?

– Ты обрекаешь его на неудачу, - согласилась Элеонора, кивнув.
– Не говоря уже о том, что это усугубляет душевные страдания, в которых он сейчас находится. Конечно, не то чтобы я хоть на мгновение подумала, что ты намеренно делала что-то такое. Иногда ты недостаточно манипулируешь для своего же блага, и ты, конечно, так не думаешь. Но эффект один и тот же, намеренно это или нет. Прямо сейчас он, должно быть, задается вопросом, в глубине ночи, действительно ли быть императором - что, как он знает, он ненавидит - стоит того, чтобы потерять тебя. Я представила альтернативный план правительства в изгнании, потому что подумала, что это хороший план, на который следует смотреть как на альтернативу. Именно Джулиан и старший сержант впоследствии указали на последствия этого плана. Ты хочешь, чтобы на трон воссел принц Джексон? Или, что более вероятно, шестистороннюю войну?

– Нет, - тихо сказала Депро.
– Боже, что бы это сделало с Мидгардом!

– Вот именно, - сказала Косутич.
– И с полусотней других миров. Если Эйдула займет трон, все внешние миры станут не чем иным, как источниками материалов и рабочей силы - пушечным мясом - потому что он и его приспешники обескровят их досуха. Если только во время войн их мимоходом не остановит ядерная бомба.

– Итак, на его плечах тяжесть империи, - повторила Элеонора, - и он теряет тебя. И есть лазейка, в которую он может спрятаться и которая избавит его от обеих этих проблем. Получается, что это убежище означало бы очень плохие вещи для империи, но мужчины не рациональны в отношении женщин.