Чтение онлайн

– Нет. Чтобы восстановить его; оно уже было свергнуто... в какой-то степени. На этот момент положение Эйдулы по-прежнему ограничено нашими законами и Конституцией. На данный момент... но ненадолго. Мы считаем, что у нас есть время до рождения вынашиваемого ребенка, чтобы спасти мою мать; после этого она станет препятствием для планов Эйдулы. Так что она, несомненно, назначит его премьер-министром, и он или граф Нью-Мадрид, - голос Роджера ни разу не дрогнул, несмотря на твердость в его глазах, когда он произносил титул своего отца, - будет назначен регентом для ребенка. И тогда она умрет... и переворот Эйдулы будет завершен.

– Это все предположения, - сказал Сриетот.

– Да, - признал Роджер.
– Но это обоснованные предположения. Мать никогда бы не вступила в союз с Эйдулой, и я определенно не был замешан в перевороте. На самом деле, я был полностью лишен связи с внешним миром, когда это произошло. Она также ненавидела и поносила моего биологического отца... который теперь всегда рядом с ней, и который также является биологическим отцом ее будущего ребенка. Учитывая все это, психологический контроль - единственный разумный ответ. Согласны?

– Ты веришь, что это так, - сказал фенур.
– И я согласен, что логика внутренне обоснована. Это ничего не доказывает, но...

– Это правда, - пророкотала Чок Рал.
– Мы осознаем это.

– Я вляпался по уши, - пылко сказал Мордас Дрен.
– Я знаю, вы, ребята, думали, что здесь вам нужен человек, но это настолько не в моей лиге, что я хотел бы провести чистку мозгов и промыть это. Иисус!
– Его лицо на мгновение исказилось, и он крепко зажмурился.
– Эйдула - это змея. Его пальцы есть в каждой корпорации, которая пытается выбить наши двери. Если он станет императором... Это то, о чем ты говоришь, верно?

– В конце концов, - сказал Роджер.
– Что еще хуже, мы не думаем, что это сработает. Более вероятно, что империя распадется на конкурирующие фракции. И без императрицы, чтобы стабилизировать это...

– И насколько это было бы плохо?
– спросила адмирал альтари. Затем она дернула своей массивной головой в человеческом стиле.
– Да. Я согласна, это было бы плохо. Святоши захватили бы территорию, увеличив свою и без того огромную ресурсную базу. Если бы им удалось заполучить и часть вашего флота, мы бы столкнулись с серьезными обязательствами по обороне на другой границе. И это мое профессиональное мнение, что империя действительно распалась бы. В таком случае, хаос - это слишком мягкое слово.

– Влияние на торговлю было бы... неоптимальным, - сказал Сриетот.
– Но если ты попытаешься вернуть свою мать на трон и потерпишь неудачу, результаты будут теми же. Или, возможно, еще хуже.

– Не... точно.
– Роджер переводил взгляд с одного представителя Альянса на другого.
– Если мы попытаемся и потерпим неудачу, и обнаружится, что мы те, кто мы есть, тогда следы Эйдулы будут полностью заметены. Очевидно, что все это время это был я, и в этом случае у него было бы гораздо больше шансов удержать ситуацию под контролем. Репутации дома Макклинток был бы нанесен серьезный ущерб, и эта репутация была бы одной из тех вещей, которые противостояли бы ему. Если на меня официально возложат ответственность за все, то на самом деле он будет в лучшем положении, чтобы заменить мой Дом с точки зрения легитимности и общественной поддержки.

– Только в том случае, если наружу никогда не просочится ни слова о том, где вы были на самом деле во время первоначальной попытки переворота, - указал фенур.

– Да.

Чок Рал наклонилась вперед и долго смотрела на Роджера.

– Ты хочешь сказать нам, что в случае неудачи ты намерен скрыть тот факт, что не виновен в организации первого государственного переворота?
– сказала альтари.
– Что ты скорее запятнаешь репутацию своего Дома на все времена, чем позволишь обнародовать эту информацию.

– Да, - повторил Роджер.
– Обнародование этого привело бы к разрушению империи. Я бы предпочел, чтобы мой Дом, с тысячелетним почетным служением человечеству, запомнился только моим позором, чем позволил случиться этому. Более того, вашему Альянсу - вам троим и тем, кто еще будет посвящен в тайну, - придется хранить ее, если не вечно, то очень долго. В противном случае...

– Хаос на границе, - сказал Дрен.
– Иисус Христос, ваше высочество.

– Я не зря попросил старших политиков, - сказал Роджер, пожимая плечами инженеру.
– Добро пожаловать в джунгли.

– Как ты собираешься скрывать правду?
– спросил Сриетот.
– Если тебя схватят? Некоторые из вас, что бы ни случилось, будут схвачены, если вы потерпите неудачу.

– Потребовались бы согласованные усилия, чтобы распространить информацию в любой форме, которой можно было бы поверить, за пределы экрана безопасности, который выставит Эйдула, если мы потерпим неудачу, - подхватил Роджер.
– Мы просто избежим согласованных усилий.

– А твои люди?
– спросила альтари, указывая на персонал.
– Ты действительно доверяешь им следовать этому безумному приказу?

Роджер напряг челюстную мышцу и был вознагражден приземлением каблуков на обе свои ноги. У Депро давление было немного больше, чем у О'Кейси, но они наступили практически одновременно. Он закрыл глаза и на мгновение перевел дыхание, затем откинул руку назад и собрал каждую прядь волос в линию.

– Адмирал Чок Рал, - сказал он, глядя альтари в глаза.
– Вы воин, да?

Элеонора была слишком опытным дипломатом, чтобы поморщиться; Депро и Джулиан - нет.

– Да, - прорычала адмирал.
– Знай, человек, что даже задавать этот вопрос - оскорбление.

– Адмирал, - спокойно сказал Роджер, встречая ее гневный взгляд за взглядом, - по сравнению с самым последним морским пехотинцем, который у меня есть, вы не знаете значения этого слова.

Огромная альтари поднялась со своего кресла с рычанием, похожим на крошащиеся гранитные валуны, и охранница в углу выпрямилась. Но Роджер просто указал пальцем на Сриетота.

– Скажи ей!
– рявкнул он, и фенур ткнул одной рукой в резком, повелительном жесте, который оборвал яростный ответ альтари, как гильотина.

– Правда, - прошипел он.
– Истина, и вера в эту истину настолько сильна, что она подобна огню в комнате.

Ящероподобное существо полностью повернулось к похожей на медведя альтари и помахало такой же маленькой ручкой своей гораздо более крупной коллеге.

– Садись, Чок Рал, садись. Принц горит правдой. Его солдаты - даже женщина, которая ненавидит быть одной из них - все они горят правдой этого заявления.
– Он оглянулся на Роджера.
– Ты ступаешь на опасный путь, человек. Известно, что при такого рода оскорблениях альтари впадают в то, что у вас называется неистовством.