Чтение онлайн

– Есть причина, по которой Панер получил роту Браво, - отметил Розенберг.
– Никто лучше не подходит для того, чтобы привлечь молодого панка. Но все же где, черт возьми, они были? Корабль так и не добрался до Левиафана; от них никаких следов.

– На Мардуке, - ответил Катроне.
– Я не понял всей истории, но они были там долгое время - я могу это сказать. И Панер вымуштровал его там. Я взглянул на то, что есть об этом в базе данных.
– Он покачал головой.
– Много хищников, много варваров. Я не знаю точно, что произошло, но за принцем повсюду следует примерно рота с лишним варваров. Они маскируются под официантов, но вы можете сказать, что они солдаты. И у них были некоторые проблемы с одним из плотоядных животных, которых они используют в пищу. И этот Роджер...

Он снова покачал головой.

– Рассказывай, - сказал Марино.
– Я бы хотел услышать, что в этой хорошенькой головке есть кое-то помимо одежды и чувства моды.

Катроне рассказал всю историю, закончив убийством атула.

– Послушайте, я не склонен дрожать и убегать, - закончил Катроне.
– Но эта проклятая штука потрясла меня. Это была просто масса когтей и клыков, и Роджер даже не моргнул - просто расправился с ним. Удар, подсечка, готово. Каждое движение было будто отрепетировано, как если он проделывал это две, три тысячи раз. Идеальное движение с мышечной памятью. Много практики, и есть только один способ, которым он мог бы этого добиться. И быстрый. Просто самый быстрый человек, которого я когда-либо видел.

– Чтобы он мог сражаться.
– Марино пожал плечами.
– Рад, что в нем все-таки хоть капля Макклинтока.

– Более того, - сказал Катроне.
– Он быстрый. Достаточно быстрый, чтобы он мог бы оставить нас всех стоять и позволить напасть на нас. Эта тварь, вероятно, растерзала бы одного из нас, а затем либо наелась бы, либо ушла. Он мог бы убежать, пока она жевала, но он этого не сделал. Он твердо стоял на своем.

– Это не его работа, - отметил Розенберг.

– Нет, но у него было оружие и подготовка, - сказал Тутейн, кивая.
– Верно?

– Верно, - сказал Катроне.

– Есть шанс, что это была подстава?
– спросил Марино.

– Может быть, - признал Катроне, пожав плечами.
– Но если так, что это говорит нам о мардуканцах?

– Что ты имеешь в виду?
– сказал Розенберг.

– Если это была подстава, то один из них получил тяжелый удар, - отметил Катроне.
– Это не убило его, но я уверен, что это было жесткое касание и укус. Если они это подстроили, то сделали это, зная, что эта штука может их убить. Подумайте об этом. Ты бы сделал это, если бы Александра попросила тебя об этом?

– Которая из них?
– спросил Марино, его голос внезапно стал жестче от старых воспоминаний и боли. Он уволился из стального батальона принцессы Александры менее чем за два года до ее убийства.

– Неважно, - сказал Катроне.
– Суть та же самая. Но я не думаю, что это была подстава. И Депро тоже была интересной.

– Обычно она такая, - усмехнулся Розенберг.
– Я помню, когда она вступила в полк. Черт, эта девушка просто красавица. Я не удивлен, что принц влюбился в нее.

– Да, но она обучена так же, как и мы. Защита прежде всего. И все, что она сделала, это приготовилась поддержать его. О чем это тебе говорит?

– Что она перестала тренироваться, - сказал Марино.
– Ты сказал, что она намекнула, что потеряла вкус.

– Она не "потеряла его" в классическом смысле этого слова, - утверждал Катроне.
– Она стояла на месте, безоружная, но знала, что лучший человек, способный противостоять этому, - это Роджер. И она доверяла ему. Она не убежала, не впала в панику, но она также не пошевелилась, чтобы защитить его. Она позволила ему справиться с этим.

– Только потому, что он храбр, - сказал Марино, - и, ладно, может обращаться с мечом - что, черт возьми, довольно архаичное оружие - еще не значит, что он подходит на роль императора. И это то, о чем мы говорим. Мы говорим о том, чтобы быть преторианской гвардией, как раз тем, кем мы не должны быть. Выбирать императора - не наша работа. И если бы у меня действительно был выбор, Роджер бы им не стал.

– Ты предпочитаешь Эйдулу?
– сердито потребовал Катроне.

– Нет, - с несчастным видом признался Марино.

– Дело в том, что он не совершал этого поступка. Мы уже знали это, - сказал Катроне.
– И он законный наследник, а не этот ребенок, которого они готовят на скорую руку. И если кто-нибудь не будет действовать, Александра будет так же мертва, как Джон и Алекс.
– На мгновение его лицо исказилось, а затем он покачал головой, рыча.
– Ты собираешься допустить, чтобы Эйдуле это сошло с рук?

– Ты впечатлен, - сказал Розенберг.
– Я могу это сказать.

– Да, я впечатлен, - ответил Катроне.
– Я не знал, что это будет он, просто что-то было подозрительно. И я не был впечатлен, когда встретил его. Но... у него есть эта штука Макклинтока, ты знаешь? Он не показывал этого раньше...

– Вряд ли, - ворчливо пробормотал Марино.

– ...но теперь он чертовски уверен в себе, - закончил Катроне.

– Хочет ли он занять трон?
– спросила Джослин Рау. Она была бывшим старшим сержантом "рейдеров", элитных имперских коммандос, которые вступали в стычки с корпусом миротворцев святош вдоль границ.

– Мы не вдавались в это, Джо, - признался Катроне.
– Я отложил это. Я не собирался давать ему добро без консультации с вами. Но он был больше сосредоточен на том, чтобы обезопасить императрицу. Возможно, это была уловка на переговорах - он должен знать, в чем заключаются наши интересы и лояльность, - но это то, о чем мы говорили. Однако очевидно, что если мы обеспечим ей трон, он станет наследником.

– И, судя по нашим отчетам, он станет императором почти немедленно, - мрачно заметил Розенберг.

– Может быть, - сказал Катроне.
– Я не поверю в это, пока не увижу Александру. Она сильная - я не могу поверить, что она не справится с этим.

– Я хочу, чтобы она была в безопасности, - внезапно сказал Тутейн твердым голосом.
– И я хочу голову этого ублюдка Эйдулы за то, что он сделал с Джоном и детьми. Проклятые дети...
– Его лицо исказилось, и он яростно замотал головой.
– Я хочу, чтобы этот ублюдок был мертв. Я хочу прикончить его ножом. Медленно.

– Не больше, чем я хочу Нью-Мадрида, - отметил Катроне.
– Я собираюсь заполучить этого ублюдка, даже если это последнее, что я сделаю. Но Роджер может дать нам больше, чем просто месть - он может вернуть нам империю. И это важно.

Розенберг оглядел группу старших сержантов, прикидывая в уме численность персонала, основываясь на языке тела. Это не заняло много времени.

– Катроне, Марино и... Рау, - сказал он.
– Договоритесь о встрече. Скажите ему, что мы поддержим его, если у него есть реальный план. И выясните, что это такое.