Чтение онлайн

— Такъ вотъ, какъ я сейчасъ сказалъ, — продолжаетъ мистеръ Веггъ, посл того, какъ гость принялъ къ свднію его любезное приглашеніе, — коли ужъ довелось человку жить на чортъ знаетъ какомъ двор, такъ по невол любопытствовать будешь. Скажите мн по душ, какъ братъ брату: какъ вы думаете: онъ вотъ находилъ въ мусор разныя вещи; ну, а не пряталъ ли онъ чего въ мусоръ?

— Пожалуй, что и пряталъ, мистеръ Веггъ.

Мистеръ Веггъ проворно надваетъ очки и съ изумленіемъ разсматриваетъ мистера Винаса съ ногъ до головы.

— Какъ смертный, подобный мн,- тотъ, чью руку я беру теперь въ свою руку впервые (чортъ меня знаетъ, какъ я позабылъ сдлать это прежде)… беру въ знакъ безпредльнаго доврія и дружбы, привтствуя его, какъ ближняго ближній, — возглашаетъ Веггъ, держа руку мистера Винаса ладонью кверху, готовою принять ударъ, и потомъ ударяя по ней, — какъ такой именно смертный, а не какой-нибудь иной, ибо я гнушаюсь всми другими боле низкими связями, — какъ человкъ, держащій высоко свою голову, котораго я по сему самому называю своимъ близнецомъ, уважаемымъ и уважающимъ, по сил нашихъ неразрывныхъ узъ, — скажите, какъ вы думаете: что могъ онъ прятать въ мусор?

— Это вдь только догадка моя, мистеръ Веггъ.

— Какъ существо, держащее руку у себя на сердц,- говоритъ мистеръ Веггъ, и это заклинаніе выходитъ тмъ выразительне, что рука существа держить стаканъ пунша, — переложите вашу догадку на англійскій языкъ, мистеръ Винасъ.

— Вотъ видите ли, сэръ, — отвчаетъ не спша влюбленный мизантропъ, отхлебнувъ изъ стакана, — покойный былъ такого рода старый джентльменъ, что былъ, по моему, вполн способенъ воспользоваться удобствами этого мста для укрытія денегъ, драгоцнностей и, можетъ быть, бумагъ.

— Какъ человкъ, всегда служившій украшеніемъ человческаго рода, — начинаетъ опять мистеръ Веггъ и опять, взявъ руку мистера Винаса, поворачиваетъ ее ладонью кверху, какъ будто намреваясь предсказать его судьбу по хиромантіи, а свою руку держить наготов, чтобы ударить по ней, когда наступить должное время, — какъ тотъ смертный, про кого думалъ поэтъ, сочиняя слова національной псни моряковъ:

Другими словами, какъ человкъ въ истинномъ значеніи этого слова (потому что вы и есть такой человкъ), — объясните, мистеръ Винасъ, какія бумаги?

— Всмъ извстно, что старикъ безпрестанно выгонялъ изъ дому кого-нибудь изъ своихъ близкихъ; очень вроятно, потому, что онъ много разъ писалъ духовныя завщанія и разныя добавленія къ нимъ, — говоритъ мистеръ Винасъ.

Ладонь Сайлеса Вегга быстро опускается и хлопаетъ по ладони мистера Винаса, посл чего мистеръ Веггъ восторженно вскрикиваетъ:

— Близнецъ и по душ, и по уму. Подлейте-ка еще немножко!

Придвинувъ вприпрыжку свою деревяшку и свой стулъ къ мистеру Винасу, мистеръ Веггъ проворно подливаетъ ему и себ, подаетъ ему полный стаканъ, дотрагивается до его стакана краемъ своего, подноситъ къ губамъ свой стаканъ, ставитъ его на столъ и, положивъ об руки на колно гостю, говоритъ ему:

— Мистеръ Винасъ! Не то чтобъ я сердился, что мн сажаютъ на голову всякаго прощалыгу, хоть оно и не очень пріятно; не то чтобы я хотлъ денегъ нажить, хоть деньги дло хорошее; не то чтобъ я ради своихъ выгодъ старался, хоть я не врагъ себ и не такой гордецъ, чтобы не пожелать себ кое-какихъ земныхъ благъ, а просто ради справедливости…

Мистеръ Винасъ, торопливо мигая обоими глазками, въ недоумніи вопрошаетъ:

— Да что такое, мистеръ Веггъ? Въ чемъ дло?

— Я хочу сдлать вамъ дружеское предложеніе, сэръ. Ясно ли вамъ, въ чемъ состоитъ мое предложеніе?

— Пока вы мн не объясните его, мистеръ Веггъ, я не могу сказать, ясно ли оно мн.

— Если можно что-нибудь найти на этомъ двор,- поищемъ вмст. Условимся по-дружески искать сообща. Условимся по-дружески раздлить пополамъ, что найдемъ, — раздлить по чистой совсти, по справедливости, однимъ словомъ.

Такъ говоритъ мистеръ Веггъ, принимая благородный видъ.

— Изъ этого слдуетъ, — отвчаетъ мистеръ Винасъ, поднимая глаза къ потолку и немного подумавъ, причемъ рука его опять берется за пыльные волосы, какъ будто онъ не можетъ остановить на чемъ-нибудь своего вниманія, не остановивъ предварительно своей головы, — изъ этого слдуетъ, какъ я понимаю, что если что-нибудь будетъ вырыто изъ-подъ мусора, то фактъ останется тайной между нами двумя. Такъ ли, мистеръ Веггъ?

— Все будетъ зависть отъ того, что будеть вырыто, мистеръ Винасъ. Если деньги, или какія-нибудь драгоцнности, или столовое серебро, то, разумется, они будутъ принадлежать намъ съ вами столько же, какъ к всякому другому.

Мистеръ Винасъ потираетъ бровь вопросительно.

— Они будугтъ принадлежать намъ по всей справедливости, потому что, если они не попадуть въ наши руки, то будутъ проданы вмст съ мусоромъ, и покупщикъ получить то, что ему совсмъ не слдовало и чего онъ не покупалъ. А это что же будетъ, мистеръ Винасъ, какъ не вопіющая несправедливость?

— Ну, а если найдутся бумаги? — спрашиваетъ нершительно мистеръ Винасъ.

— А это смотря по тому, что въ тхъ бумагахъ написано. Можетъ быть, мы предложимъ пріобрсти ихъ тмъ, кому он нужны, — не сморгнувъ отвчаетъ мистеръ Веггъ.

— По сущей справедливости, мистеръ Веггъ?

— Совершенно такъ, мистеръ Винасъ. Если т люди употребятъ бумаги на что-нибудь дурное, такъ это ихъ дло. Я о васъ такого высокаго мннія, сэръ, что трудно даже выразить словами. Съ того самаго вечера, какъ я, помните, зашелъ къ вамъ въ лавку, когда вы, такъ сказать, плавали умомъ въ чашк чая, я понялъ, что васъ нужно подбодрить какимъ-нибудь интересомъ. И въ этомъ дружескомъ предложеніи моемъ, сэръ, вы можете найти достойный васъ интересъ.

Посл этого мистеръ Веггъ начинаетъ распространяться о томъ, что всего больше занимаетъ его хитрую голову, а именно, — какой драгоцнный человкъ мистеръ Винасъ для предполагаемыхъ поисковъ. Онъ превозноситъ терпніе и тонкость работы мистера Винаса, его искусство въ подбор разрозненныхъ костей, его познанія по части всевозможныхъ тканей и волоконъ, и затмъ выражаетъ надежду, что мистеръ Винасъ по ничтожнйшимъ признакамъ откроетъ въ мусор клады, если только они тамъ есть.

— Вонъ я, такъ не гожусь для этой работы, — прибавляетъ мистеръ Веггъ. — Дйствую ли я буравомъ, пробую ли щупомъ, никакъ я не умю сдлать такъ, чтобы не было замтно, что я копался въ насыпи. У васъ оно выйдетъ совсмъ по другому; у васъ будетъ, что называется, чисто, разъ ужъ вы приметесь за это дло. А вдь теперь вы наврно приметесь, ибо вы, по своему званію человка, крпко и свято заручились въ томъ своему собрату-человку.

Засимъ мистеръ Веггъ длаетъ скромный намекъ на непримнимость деревяшки къ ходьб по лстницамъ на прискорбную наклонность этого придаточнаго члена (въ тхъ случаяхъ, когда онъ бываетъ призванъ къ дйствію съ цлью прогулки по зыбкимъ мусорнымъ кучамъ) проваливаться въ рыхлый грунтъ и такимъ образомъ приковывать своего владльца къ мсту. Засимъ, оставивъ въ сторон эту часть вопроса, онъ указываетъ, какъ на знаменательный феноменъ, на то обстоятельство, что еще до водворенія своего въ павильон, онъ впервые услыхалъ именно отъ него, мистера Винаса, легенду о скрытомъ въ мусорныхъ кучахъ богатств. «Недаромъ это было сказано тогда», прибавляетъ онъ съ туманно-благочестивымъ видомъ. Въ заключеніе онъ возвращается опять къ «справедливости»: мрачно, иносказательно намекаетъ на нчто, могущее подвергнуть нареканію мистера Боффина (о которомъ онъ еще разъ откровенно отзывается, какъ о весьма неразборчивомъ человк, пользующемся плодами убійства) и провидитъ въ недалекомъ будущемъ преданіе его карающему правосудію, какъ послдствіе ихъ дружескихъ усилій. И это (какъ положительно утверждаетъ мистеръ Веггъ) отнюдь не въ разсчет на награду, хотя не взять награды значило бы не имть за душой никакихъ твердыхъ принциповъ.