Чтение онлайн

— Которые же изъ нихъ описываются въ этой книг? — спросилъ мистеръ Боффинъ. — Можете вы выбрать?

— Видите, сэръ, оно… какъ вамъ сказать? — промямлилъ Сайлесъ, пробгая оглавленіе и шелестя листами книги. — Мн кажется, они тутъ вс хороши. Ихъ тутъ большой выборъ. Вотъ я вижу: Джонъ Оуэрсъ, сэръ. Вотъ дальше Джонъ Литль, Дикъ Джаррель, Джонъ Эльвзъ, преподобный мистеръ Джонсъ изъ Блубери, Вельчуръ Г'опкинсъ, Даніэль Дансеръ…

— Давайте намъ Дансера, Веггъ, — сказалъ мистеръ Боффинъ.

Выпучивъ еще разъ глаза на пріятеля, Сайлесъ порылся въ книг и нашелъ надлежащее мсто.

— Страница сто девятая, мистеръ Боффинъ. Глава восьмая. Содержаніе: «Рожденіе и положеніе въ свт. Одежда и наружность. Миссъ Дансеръ, ея женскія прелести. Палаты скупого. Находка сокровища. Исторія пирожковъ съ бараниной. Понятія скупого о смерти. Бобъ — собака скупца. Гриффитсъ и его хозяинъ. Какъ можно распорядиться однимъ пенсомъ. Замна топлива. Выгода имть табакерку. Скупой умираетъ нагишомъ. Кладъ въ навозной куч».

— Э? Что такое? — переспросилъ мистеръ Боффинъ.

— Кладъ въ навозной куч, сэръ, — повторилъ Сайлесъ, отчетливо выговаривая слова. — Мистеръ Винасъ, сэръ, дйствуйте щипцами. — Мистеръ Веггъ и это сказалъ только затмъ, чтобъ обратить вниманіе Винаса на добавленную имъ, Веггомъ, однми губами поправку: «въ мусорной куч».

Мистеръ Боффинъ придвинулъ себ кресло къ камину, опустился въ него и, весело потирая руки, сказалъ:

— Итакъ, давайте намъ Дансера.

Мистеръ Веггъ приступилъ къ чтенію. Онъ прослдилъ біографію вышереченнаго знаменитаго челорка черезъ вс разнообразныя фазы человческой скупости и свинства, прочелъ о томъ, какъ умерла миссъ Дансеръ вслдствіе чрезмрной воздержности въ пищ, какъ мистеръ Дансеръ подвязывалъ свои лохмотья веревочками, какъ онъ разогрвалъ себ обдъ при помощи сиднія на блюдахъ, и наконецъ добрался до утшительнаго факта кончины его — нагишомъ въ мшк. Засимъ послдовала такая тирада:

«Домъ или, врне, груда развалинъ, въ коихъ жилъ мистеръ Дансеръ и кои, по смерти его, перешли по праву наслдства къ капитану Гольмсу, представляли собой ветхое, полусгнившее строеніе, въ продолженіе полустолтія не знавшее починокъ».

Тутъ мистеръ Веггъ взглянулъ на пріятеля и потомъ обвелъ глазами комнату, въ которой они сидли и которая давно не ремонтировалась, правду сказать.

«Но это бдное съ виду, полуразрушенное строеніе было богато внутри», продолжалъ читать мистеръ Веггъ. «Для изслдованія всего, что въ немъ заключалось, нужно было потратить не одну недлю, и капитанъ Гольмсъ нашелъ пріятное для себя занятіе въ разыскиваніи потаенныхъ кладовъ скряги».

Мистеръ Веггъ повторилъ: «потаенныхъ кладовъ» и толкнулъ пріятеля деревяшкой.

«Одинъ изъ богатйшихъ тайниковъ мистера Дансера оказался въ навозной куч, въ коровник: въ этой огромной груд удобренія было запрятано безъ малаго дв тысячи пятьсотъ фунтовъ стерлинговъ. Сверхъ того, пятьсотъ слишкомъ фунтовъ банковыми билетами и золотомъ найдено въ старой куртк, крпко приколоченной гвоздями въ ясляхъ».

Тутъ деревяшка мистера Вегга рванулась впередъ и начала медленно приподниматься, что, однако, не мшало ему продолжать чтеніе.

«Было открыто еще нсколько чашекъ, наполненныхъ гинеями, да кром того пачки банковыхъ битетовъ оказались засунутыми по разнымъ угламъ дома. Нкоторыя были запиханы въ щели по стнамъ».

Тутъ мистеръ Винасъ посмотрлъ на стны.

«Подъ подушками и подъ чехлами стульевъ тоже оказались узелки».

Мистеръ Винасъ посмотрлъ подъ себя на скамейку.

«Нсколько штукъ укромно припрятались за комодами. Около шестисотъ фунтовъ банковыми билетами было сложено въ пустой старый чайникъ. Въ конюшн капитанъ нашелъ нсколько кружекъ, биткомъ набитыхъ старыми долларами и шиллингами. Дымовая труба тоже была обыскана и хорошо вознаградила за трудъ, ибо въ девятнадцати отдльныхъ ея углубленіяхъ, подъ грудами сажи, были найдены деньги небольшими суммами, всего на двсти слишкомъ фунтовъ».

Деревяшка мистера Вегга поднималась все выше и выше, а самъ онъ все сильне и сильне упирался въ мистера Винаса противоположнымъ локтемъ, пока наконецъ дальнйшее сохраненіе равновсія первымъ изъ названныхъ джентльменовъ не сдлалось несовмстимымъ съ этими двумя маневрами, и онъ не опрокинулся на своего друга, придавивъ его къ краю скамьи. Въ продолженіе нсколькихъ секундъ ни тотъ, ни другой не сдлали ни малйшаго усилія принять боле приличную позу: оба застыли на мстахъ, точно въ столбняк.

Но видъ мистера Боффина, который спокойно сидлъ въ своемъ кресл, съежившись и не отрывая глазъ отъ камина, подйствовалъ на нихъ, какъ сильное укрпляющее. Чтобы возстановить свое равновсіе, мистеръ Веггъ искусно притворился, что чихаетъ, и съ спазматическимъ «чхи!» мастерски вскинулъ вверхъ себя и мистера Винаса.

— Ну-ка, почитайте еще, — проговорилъ съ какой-то алчностью мистеръ Боффинъ.

— Слдующій будетъ Джонъ Эльвзъ, сэръ. Желаете послушать про Джона Эльвза?

— Ладно! — сказалъ мистеръ Боффинъ. — Послушаемъ, чмъ отличился этотъ Джонъ.

Этотъ Джонъ, какъ оказалось, ничего не пряталъ по щелямъ, и потому чтеніе было скучновато. Но нкая примрная леди, по фамиліи Вилькоксъ (затаившая въ футляр стнныхъ часовъ кучу золота и серебра въ баночк изъ подъ пикулей, а въ уголк подъ лстницей набитую золотыми вещами жестянку, не считая изрядной суммы денегъ въ старой мышеловк) оживила интересъ. За этой дамой послдовала другая, выдававшая себя за нищую и оставившая посл себя огромное богатство, завернутое въ лоскуточки бумаги и въ старыя тряпки. За нею выступила на сцену еще одна женщина, торговка яблоками по профессіи, скопившая состояніе въ десять тысячъ фунтовъ стерлинговъ, которые тоже оказались запрятанными по разнымъ щелямъ, за кирпичами и подъ поломъ. За нею послдовалъ французскій джентльменъ, засунувшій въ дымовую трубу, къ значительному ослабленію тяги, большой кожаный чемоданъ, въ которомъ заключалось двадцать тысячъ франковъ золотомъ и серебромъ и много драгоцнныхъ камней, какъ это было открыто трубочистомъ посл его смерти. Такимъ образомъ мистеръ Веггъ дошелъ до заключительнаго примра человка-сороки:

«Много лтъ тому назадъ проживала въ Кембридж одна старая супружеская чета, по фамиліи Джердайнъ. У супруговъ было два сына. Отецъ былъ форменный скряга, и посл его смерти нашли въ его постели цлую тысячу гиней. Оба сына выросли такими же скрягами, какъ отецъ. Когда имъ было лтъ по двадцати или около того, они открыли въ Кембридж торговлю суконнымъ товаромъ и продолжали вести ее до самой смерти. Лавка Джердайновъ была самая грязная въ город. Въ ней рдко появлялись покупатели, да и т заглядывали больше изъ любопытства. Братья производили отталкивающее впечатлніе своей неопрятной вншностью. Окруженные щегольскими костюмами, составлявшими предметъ ихъ торговли, сами они ходили въ лохмотьяхъ. Говорятъ, у нихъ не было даже кроватей и, во избжаніе расходовъ на покупку таковыхъ, они спали подъ прилавкомъ на тюкахъ парусины. Они были до безобразія скупы въ своемъ домашнемъ хозяйств. За ихъ обденнымъ столомъ лтъ двадцать не появлялось куска мяса. Когда же одинъ изъ братьевъ умеръ, то другой, къ немалому своему удивленію, нашелъ большую сумму денегъ, которая была утаена даже отъ него».

— Каково? — воскликнулъ мистеръ Боффинъ. — Вотъ видите: даже отъ него! Ихъ было только двое, и все-таки одинъ утаилъ отъ другого.

Мистеръ Винасъ, который, съ минуты своего знакомства съ французскимъ джентльменомъ, сидлъ нагнувшись и пристально разглядывалъ трубу, теперь обратилъ вниманіе на послднее замчаніе и взялъ на себя смлость его повторить.

— Вамъ нравится? — вдругъ спросилъ мистеръ Боффинъ, круто повернувшись къ нему.

— Какъ… какъ вы сказали, сэръ?

— Нравится вамъ то, что читалъ сейчасъ Веггъ?

Мистеръ Винасъ отвтилъ, что находить разсказъ въ высшей степени интереснымъ.

— Такъ приходите опять; послушаете и еще что-нибудь, — сказалъ мистеръ Боффинъ. — Приходите, когда вздумается: хоть послзавтра, только получасикомъ раньше. Тутъ еще много разсказовъ, — конца краю нтъ.

Мистеръ Винасъ изъявилъ свою благодарность и принялъ приглашеніе.

— Удивительно, чего только не припрятывалось въ разное время отъ постороннихъ глазъ, — проговорилъ задумчиво мистеръ Боффинъ, — ужъ точно — удивительно!