Чтение онлайн

— Конечно знаю, какъ знаю и то, что вы его любимица.

— Вотъ оттого-то мн и трудно говорить о немъ, — сказала Белла. — Но… я хотла только спросить: хорошо ли онъ обращается съ вами?

— Вы сами видли, какъ онъ со мной обращается, — отвтилъ секретарь покорнымъ тономъ, но съ достоинствомъ.

— Да, и мн больно это видть, — сказала Белла очень энергично.

Секретарь взглянулъ на нее такимъ сіяющимъ взглядомъ, что, если бъ онъ разсыпался передъ ней въ благодарностяхъ, то и тогда не выразилъ бы всего того, что сказалъ его взглядъ.

— Мн больно это видть, — повторила Белла, — и изъ-за этого я часто чувствую себя несчастной. Потому что мн невыносимо, чтобъ могли подумать, что я это одобряю или хотя бы косвенно участвую въ этомъ. И потому еще, что я не хочу, не хочу… а между тмъ я вынуждена признать, что богатство портитъ мистера Боффина.

— Миссъ Вильферъ, — заговорилъ секретарь съ просвтлвшимъ лицомъ, — если бъ только вы могли знать, какъ радостно мн видть, что богатство не испортило васъ, вы поняли бы, что эта радость съ лихвой вознаграждаетъ меня за всякое оскорбленіе съ чьей бы то ни было стороны.

— Ахъ, не говорите обо мн! — нетерпливо перебила его Белла, хлопнувъ себя перчаткой по рук. — Вы не такъ хорошо меня знаете, какъ…

— Какъ вы сами себя? — договорилъ онъ, видя, что она замолчала. — Да полно, знаете ли вы себя?

— Я достаточно себя знаю и, признаюсь, не извлекаю большой пользы отъ такого знакомства, — сказала Белла съ очаровательно-смиреннымъ видомъ человка, отчаявшагося въ своемъ исправленіи и махнувшаго на себя рукой. — Но мистеръ Боффинъ…

— Что обращеніе со мною мистера Боффина и вообще его отношеніе ко мн измнилось, — этого нельзя не признать, — замтилъ секретарь. — Перемна такъ рзка, что невозможно ее отрицать.

— Неужели вы еще склонны отрицать, мистеръ Роксмитъ? — спросила Белла съ удивленнымъ взглядомъ.

— Я бы желалъ — да и какъ же иначе? — ради себя самого я бы желалъ имть возможность отрицать.

— Да, правда, вамъ должно быть это очень тяжело и… Общайте мн, мистеръ Роксмитъ, что вы не обидитесь тмъ, что я собираюсь сказать.

— Общаю отъ всего сердца.

— Это должно, мн кажется, — продолжала она, запинаясь, — это должно подчасъ унижать васъ въ собственныхъ вашихъ глазахъ.

Соглашаясь съ ней движеніемъ головы, но ничуть не подтверждая этого ни выраженіемъ лица, ни вообще всмъ своимъ видомъ, онъ отвчалъ:

— Я имю очень вскія причины, миссъ Вильферъ, мириться съ непріятными сторонами моего положенія въ дом, гд мы съ вами живемъ. Поврьте, побужденія мои въ этомъ случа несовсмъ своекорыстны, хотя роковое сцпленіе обстоятельствъ и отняло у меня принадлежавшее мн по праву мсто въ жизни. Если вы, въ своемъ миломъ и добромъ участіи ко мн, хотли пробудить мою гордость, то у меня, съ своей стороны, есть другія соображенія — вы ихъ не можете знать, — и они то заставляютъ меня молчать и терпть.

— Мн кажется, я замтила, мистеръ Роксмитъ, — проговорила Белла, глядя на него съ удивленіемъ и какъ будто стараясь его разгадать, — мн кажется, что вы себя сдерживаете, что вы принуждаете себя разыгрывать пассивную роль.

— Вы правы. Я сдерживаю себя и принуждаю себя разыгрывать роль. Я это длаю не изъ трусости. У меня есть опредленная цль.

— Хорошая, надюсь?

— Надюсь, что да, — отвчалъ онъ, взглянувъ ей прямо въ глаза.

— Минутами мн казалось, — продолжала она, отводя въ сторону свой взглядъ, — что больше всего васъ заставляетъ такъ дйствовать ваше глубокое уваженіе къ мистрисъ Боффинъ.

— Вы опять таки правы. Безспорно такъ. Для нея я все готовъ сдлать, все вынести. Не могу выразить словами, какъ высоко я цню эту милую, добрую женщину.

— Я тоже… Могу я спросить васъ еще объ одномъ?

— О чемъ хотите.

— Вы замчаете, конечно, какъ она страдаетъ всякій разъ, когда проявится чмъ-нибудь происходящая въ мистер Боффин перемна?

— Я вижу это каждый день, какъ видите и вы, и мн очень больно, что я причиняю ей горе.

— Причиняете ей горе? — переспросила Белла, торопливо подхвативъ его выраженіе и удивленно приподнявъ брови.

— Да, вдь я обыкновенно бываю невольной причиной ея страданій.

— Не говоритъ ли она и вамъ иногда, какъ часто говоритъ это мн, что несмотря ни на что онъ лучшій и добрйшій изъ людей?

— Я часто слышу, какъ она, въ своей чистой, самоотверженной преданности ему, говоритъ это вамъ, но не могу сказать, чтобъ она когда-нибудь говорила это мн,- отвчалъ секретарь и снова пристально взглянулъ на нее.

Она встртила на мгновеніе его твердый взглядъ тревожнымъ, вдумчивымъ взглядомъ, затмъ покачала своею хорошенькой головкой съ видомъ философа (самой лучшей школы, конечно), морализирующаго о жизни вообще, и тихонько вздохнула, какъ будто признавая этимъ вздохомъ всю непригодность существующаго порядка вещей, какъ передъ тмъ она признала собственную свою непригодность.

Тмъ не мене прогулка ихъ вышла очень пріятной. Деревья стояли безъ листьевъ, рка не красовалась водяными лиліями, но небо блистало яркой лазурью. Вода отражала лазурь, а по поверхности рки струился ласковый втерокъ, покрывая ее легкой рябью. Человческими руками, кажется, еще не было сдлано такого волшебнаго зеркала, которое, воспроизводя вс образы, когда-либо отразившіеся въ немъ, не показало бы намъ какой-нибудь картины горя или бдствія. Но ясное, огромное зеркало рки могло бы, казалось, воспроизвести все, что оно отражало между своими тихими берегами, и мы не увидли бы ничего, кром самыхъ мирныхъ, пасторальныхъ, радостныхъ сценъ.

Такъ гуляли они, мирно бесдуя о только-что зарытой могил, о Джонни и обо многомъ другомъ. На возвратномъ пути они увидли везд поспвавшую мистрисъ Мильвей. Она шла имъ навстрчу съ пріятнымъ извстіемъ, что деревенскимъ ребятамъ не угрожаетъ, слава Богу, опасность совращенія, такъ какъ въ деревн имется христіанская школа, свободная отъ всякаго іудейскаго вліянія, если не считать того, что за садикомъ при школ смотритъ еврей. Затмъ они пришли въ деревню въ то самое время, когда Лиззи Гексамъ возвращалась съ фабрики домой. Белла отдлилась отъ своихъ спутниковъ и подошла къ ней, чтобы поговорить съ ней безъ помхи въ ея комнатк.

— Боюсь, что моя каморка кажется вамъ очень убогой, — сказала Лиззи съ привтливой улыбкой, усаживая гостью на почетное мсто у камина.

— Не такою убогой, какъ вы думаете, дорогая, — отвчала Белла. — И вы не сказали бы этого, если бъ все знали.

И въ самомъ дл, хотя вы попадали въ эту комнатку по какой-то невидимой витой лстниц, точно сквозь дымовую трубу, хоть потолокъ въ ней былъ и низокъ, полъ весь выбитъ и кривъ, а маленькое окошко изъ мелкихъ стеклышекъ длало ее подслповатой, она была много веселе и уютне той жалкой и постылой комнаты подъ родительскимъ кровомъ, гд Белла такъ часто оплакивала горькую необходимость пускать въ домъ жильцовъ.