Чтение онлайн

Наконецъ — послдняя, заключительная черта, и ликъ готовъ. Въ "Всти" напечатаны такiя слова:

"Вы предлагаете намъ подойти ближе къ народу. Мы и сами желаемъ этого, но ваша "вольная дружина" съ ея "демократами-чиновниками" мшаетъ намъ; она старается поссорить насъ съ народомъ и въ то-же время ея усилiя направлены къ тому, чтобы выжить насъ изъ нашей деревни".. ("Всть" № 37 стр. 3).

Это что такое, спрашиваете вы. Кто это говоритъ? Неужели это отъ лица русскихъ помщиковъ? Кто-жъ мшаетъ имъ подходить къ народу, кто выживаетъ ихъ изъ деревень? Какiе это демократы-чиновники? Позвольте, это сейчасъ разъяснится: длo не хитрое! Въ 38 No "Всти" есть корреспонденцiя изъ Кiевской губернiи; тамъ между прочимъ говорится:

"Мы много уже читали гимновъ въ честь новыхъ мировыхъ посредниковъ, и если въ числ ихъ находимъ людей, безспорно порядочныхъ и добросовстныхъ, за то къ сожалнiю встрчаемъ и неспособныхъ и не понимающихъ своей обязанности. Чт`o-бы ни говорили намъ г.г. корреспонденты о патрiотическомъ направленiи этихъ новыхъ чиновниковъ, о польз какая льется отъ нихъ для края, о ихъ неподкупности и несокрушимости убжденiй, — мы прямо и чистосердечно сказать должны, что отъ такой замны старыхъ чиновниковъ новыми крестьянское дло осталось въ убытк. Какiя-бы ни были политическiя убжденiя прежнихъ мировыхь посредниковъ, но то не сомннно, что вс они были люди честные, знали свое дло и занимались имъ съ толкомъ"…

Ну, вотъ вамъ и разгадка о вождяхъ. До русскихъ помщиковъ, какъ видите, это вовсе не касается, какъ не касается и до чиновниковъ, служащихъ во внутреннихъ областяхъ Россiи. Затмъ и о благовоспитанной газет больше не ст'oитъ говорить.

О русскихъ помщикахъ, русскихъ въ собственномъ и полномъ смысл — должна идти особая рчь, и мы дойдемъ до нея можетъ быть въ этой-же стать; но теперь нкоторые важные предметы, о которыхъ умолчать невозможно, заставляютъ насъ еще остановиться на западныхъ предлахъ.

30-го августа послдовалъ Высочайшiй рескриптъ на имя намстника Царства Польскаго, съ препровожденiемъ пяти Высочайшихъ указовъ: 1, О начальныхъ училищахъ въ Царств Польскомъ; 2, О женскихъ гимназiяхъ и прогимназiяхъ въ Царств; 3, О русской гимназiи въ Варшав; 4, О нмецкомъ евангелическомъ училищ въ Bapшав, и 5, Объ учрежденiи учебныхъ дирекцiй. Въ рескрипт выражена Высочайшая воля продолжать и развивать т коренныя преобразованiя въ Царств Польскомъ, начало которымъ положено указами 19-го февраля ныншняго года, и желанiе "полнаго обновленiя гражданскаго быта въ Царств", безъ чего "невозможно обезпечить въ будущемъ правильное и точное развитiе края". Въ этихъ благихъ видахъ и изданы настоящiя постановленiя, имющiя предметомъ — улучшенiе системы народнаго образованiя въ Царств Польскомъ.

Независимо отъ содержанiя указовъ, въ самомъ рескрипт между прочимъ предписано намстнику: войдти въ соображенiе о скорйшемъ по возможности преобразованiи главной школы въ варшавскiй универcиmemъ, съ распространенiемъ на него, сообразно мстнымъ условiямъ, правъ и преимуществъ, дарованныхъ общимъ уставомъ русскихъ университетовъ. Низшiя-же земледльческiя училища велно преобразовать сообразно съ указами 19-го февраля 1864. Ближайшее попеченiе о распространенiи сельскихъ школъ и снабженiи ихъ нужными средствами — возлагается на вновь-созданныя (указами 19-го февраля) сельскiя общества.

Чтобы вполн уяснить духъ предстоящаго преобразованiя училищъ въ Польш, приводимъ слдующiя слова рескрипта: "предоставляя польскому юношеству возможность обучаться на его природномъ язык, надлежитъ вмст съ тмъ принять во вниманiе, что населенiе Царства состоитъ изъ лицъ принадлежащихъ къ разнымъ племенамъ и вроисповданiямъ. Каждое изъ нихъ должно быть ограждено отъ всякаго насильственнаго посягательства, и въ этихъ видахъ необходимо между прочимъ озаботиться объ образованiи отдльныхъ для каждой народности училищъ, а въ школахъ общихъ, особенно-же низшихъ, ввести обученiе на природномъ язык большинства населенiя, т. е. или на польскомъ, или на русскомъ, или на нмецкомъ, или-же на литовскомъ, смотря по мстности и происхожденiю жителей. Задача Россiи въ отношенiи къ Царству Польскому должна заключаться въ полномъ безпристрастiи ко всмъ составнымъ стихiямъ тамошняго населенiя".

Эти слова привели въ раздумье московскую газету, отличающуюся осторожностью, направленною къ охраненiю интересовъ русской народности. Она замчаетъ, что въ Польш почти нтъ такихъ мстностей, которыя были-бы сплошъ заняты русскимъ или нмецкимъ населенiемъ, а везд они находятся къ сильной примси съ населенiемъ польскимъ. Поэтому для большинства общихъ училищъ господствующимъ языкомъ долженъ сдлаться польскiй; основывать-же особыя училища по народностямъ, меньшинству общества будетъ вроятно тяжело. Это обстоятельство внушаетъ московской газет опасенiе, чтобы благая мысль о "полномъ безпристрастiи ко всмъ составнымъ стихiямъ населенiя" не осталась безъ осуществленiя. "Можно опасаться, говоритъ она, что теперь усилiя поляковъ будутъ направлены къ тому, чтобы отклонять сельскiя общества польскихъ крестьянъ отъ желанiя учиться чтенiю и письму по-русски, и напротивъ — чтобы понуждать русскихъ, литовцевъ и другихъ, учиться по польски". Въ отклоненiи этой польской пропаганды газета всю надежду возлагаетъ на дятельность русскихъ властей въ томъ кра, приглашая ихъ — не упускать изъ вида общаго духа указовъ 30-го августа.

Если уже раздлять эти опасенiя, то намъ кажется недостаточно возлагать всю надежду исключительно на одни мстныя власти. Нельзя-же забывать, что призванiе мстныхъ властей — вникать во вс законныя потребности края и содйствовать удовлетворенiю этихъ потребностей въ той мр, въ какой ожидаетъ того отъ нихъ мстное общество. Но мы уврены, что присущiй въ Польш русскiй элементъ земства на столько одушевленъ воспоминанiемъ недавнихъ событiй и на столько внутренно-силенъ своей самобытностью, что ни какъ не допуститъ себя подчиниться польской пропаганд. И въ такомъ только случа святою обязанностью мстныхъ властей будетъ содйствовать собственнымъ усилiямъ русскаго элемента въ его разумной борьб; безъ этихъ-же усилiй со стороны общества, одни формальныя распоряженiя властей только ввели-бы насъ въ заблужденiе на счотъ ихъ дйствительныхъ результатовъ.

Между тмъ мысль о польской пропаганд, о "польской интриг" мы не вправ обойти въ нашей лтописи, потому что она не принадлежитъ одному нашему, или какой-нибудь газеты личному настроенiю, а слышится со стороны, издали, съ мста дйствiя, гд это явленiе непосредственно поражаетъ наблюдателя. Вроятенъ-ли сколько-нибудь ея успхъ, или несомннно полное и конечное безсилiе ея попытокъ, — этого мы, сидящiе на берегахъ ингерманландскихъ, не можемъ ршить въ настоящее время. Но явленiе замчено, и несомннно т`o, что чмъ больше оно будетъ замчено, чмъ больше оно будетъ на виду, тмъ дйствiе его будетъ безвредне, безопасне. Поэтому нельзя не обратить вниманiя напримръ на статью г. М. Юзефовича, изъ Kieвa, напечатанную въ № 203 "Московскихъ вдомостей". Въ ней говорятся между прочимъ слдующiя серьозныя вещи:

"Пользуясь переходнымъ состоянiемъ нашей жизни и естественными явленiями совершающагося въ ней преобразовательнаго процесса, измненiемъ всхъ почти прежнихъ отношенiй, колебанiемъ неустановившихся еще отношенiй новыхъ, и возбужденнымъ броженiемъ умовъ, — поляки имютъ въ виду затруднить правильный ходъ нашихъ преобразованiй, внести разладъ въ наши новыя учрежденiя, посять раздоръ между нашими общественными классами, поколебать прочность связей между правительствомъ и народомъ и наконецъ — разорвать наше народное единство. Главными элементами для этой интриги должны служить: крестьянское дло, экономическiя затрудненiя дворянства, нашъ недозрлый либерализмъ, презрнный гуманизмъ и племенное соперничество"…

Дале г. Юзефовичь подробне развиваетъ каждый изъ этихъ элементовъ. Такъ напримръ онъ говоритъ:

"Кому извстно, какъ недоступно нашимъ бднымъ неграмотнымъ крестьянамъ отчотливое пониманiе писанныхъ уставовъ, тотъ знаетъ какъ легко самыми неуловимыми средствами сбивать ихъ съ толку, и извращая ихъ понятiя о дарованныхъ имъ льготахъ и правахъ, отклонять ихъ отъ исполненiя обязанностей, ссорить ихъ съ администрацiей, доводить послднюю до строгихъ мръ и разрушать такимъ образомъ добрыя отношенiя между народомъ и законною властью. Для сельской пропаганды у поляковъ готовы отличные миссiонеры въ ихъ домашней челяди, воспитанной въ польскомъ дух и поселяемой ими теперь въ сельскихъ обществахъ, въ ближайшемъ соприкосновенiи съ народомъ".