Чтение онлайн

— Никит… — шептала Мира, я коленом расставил ее подкашивающиеся ноги шире. Вот теперь обе мои руки свободны и она моя… Я открыл шампанское, отправляя пробку в другой конец комнаты. Поднеся горлышко бутылки к ее губам, я начал медленно выливать сладкую, липкую жидкость прямо в рот. Шампанское струилось по коже, лаская шею, скатывалось к груди. Одна капля замерла на самой вершинке ее маленького соска. Я нагнулся и слизал каплю, покружив языком по чувствительной коже. Мира вскрикнула и дернулась, но галстук крепко держал ее, не позволяя делать то, что хочет она. Нет, сегодня она моя!

— Я не хочу больше видеть никого около тебя! Слышишь? — я продолжал слизывать шампанское с ее груди, заставляя биться в конвульсиях. — Чувствуешь, как твое тело готово взорваться? Ты чувствуешь, как отказывает твое сердце, как очередной вздох обжигает легкие? Чувствуешь, как ноги не слушаются, а в ушах стоит шум? Чувствуешь?

— Да… — прохрипела мира, облизывая пересохшие губы.

— Именно так я чувствовал себя в тот вечер, когда ты приехала со своим мальчиком… Я перестал жить. Все краски потухли, и мир погрузился в темноту… — моя рука спустилась вниз, проникая в кружево трусиков. Она была горячая… Она для меня была горячая… Одним движением я погрузил в нее палец. — Он прикасался к тебе так?

Мира вскрикнула и стала жадно хватать ртом воздух. Ее глаза и губы дрожали. Я рванул тонкую ткань, оставляя мою девочку полностью обнаженной.

— А вот так? — большим пальцем я слегка притронулся к клитору. Я то усиливал давление, то убирал палец, наблюдая за каждой эмоцией на ее лице. До моих ушей донесся звериный рык, Мира распахнула глаза.

— Ты нужен мне! Возьми меня, черт возьми! — взвыла она, двигая бедрами, в поисках моей руки. — Черт! Черт! Черт!

— Моя девочка… — шептал я, расстегивая ремень.

— Да! — по ее щекам заструились слезы, когда я одним движением вошел в нее. — Твоя… Твоя… Орлов! Я твоя!!

Мирослава

Проснувшись, я еще долго не могла открыть глаза, вспоминая обрывки прошлой ночи. Да, именно обрывки, потому что я не могла соединить воедино то, что творилось вчера. Я чувствовала, что начинаю краснеть от одних только воспоминаний. Я не знаю, во сколько мы легли спать… Нет, не так, я не помню во сколько мы отключились, я даже не знала, в какой именно точке дома окажусь, когда решусь поднять веки… Пошарив рукой вокруг себя, я ощутила мягкость простыней, а потом пустоту… Распахнув глаза, я поняла, что лежу в кровати совершенно одна, о Никите напоминали только смятые простыни… Я перевернулась на его сторону, чтобы вдохнуть его аромат и обнаружила, что на подушке лежит листок бумаги. Вау, записка!

«Меня вызвали на работу. Завтрак на плите, бодрящая жидкость в кофемашине, мои вещи в гардеробной. Как проснешься, позвони! Хозяйничай, потому что ты дома».

Как романтично! Я снова упала на кровать, потягиваясь, как дикая кошка. У меня болело все, такое ощущение, что я чувствовала каждую свою мышцу, и они были определенно не рады таким нагрузкам. В отличие от меня… Я снова упала на его подушку, прижимаясь щекой. Как я могла раньше без него жить?

Я скинула ноги на пол и замерла от завораживающего вида. Боже! В спальне отсутствовала стена, вместо нее было огромное панорамное окно с видом на озеро. Я замоталась в простыню и подошла к стеклу ближе. Это просто сказочно! На улице шел сильный снегопад. Огромные хлопья налету врезались в стекло и разбивались на множество мелких снежинок. Лес, окружающий озеро, был белым-белым, создавая ощущение высокого снежного забора. Голубое озеро мирно дремало под толщей снега, искрясь на солнце. Я закатила глаза, наслаждаясь восхитительным утром, и улыбнулась, увидев дом Киры на противоположном берегу… Черт! Кира!!

В этот момент тишину дома разорвал звонок. Так, это домашний, а где мой? Я проигнорировала трель, ну не буду же я отвечать? Потуже завязав простынь, вышла из комнаты. Я ни разу не была в самом доме, внешне он был очень похож на коттедж Киры и Влада, а внутри было так уютно, по-домашнему. Стены были из натурального кругляка, на полу лежали настоящие дубовые доски, босыми ногами я ощущала каждую щербинку. И мне это нравилось. В носу защекотало от натурального запаха древесной смолы.

— Мирослава! Земля вызывает Мирославу! — голос Киры раздался из автоответчика, когда я спускалась по лестнице. Черт! Как она меня нашла? Я схватила телефон и с опаской нажала зеленую кнопку.

— Привет, сестренка! — хотела защебетать я, но из горла вырвался хрип, как у туберкулезного зека.

— Привет! Я через 20 минут заеду, поэтому собирайся! Сейчас только Димоню закину к родителям и приеду за тобой! Сегодня Новый Год! Йу-ху! Наши мужики смотались в свой идиотский офис, у них там какое-то ЧП! А нам нужно готовить праздничный ужин и наряжать дом! — радостный визг сестры раздражал мои перепонки. Ну хорошо, пусть лучше визжит от радости, чем от ярости!

— Хорошо, э… Кир? Привези мне одежду? — сказала я и вжала голову в плечи, словно ожидая удара.

— Уже! Никита строго-настрого приказал привести твои теплые вещи! Но вот только я не знала, с какого слоя мне начинать, поэтому везу тебе чистые трусишки! — слишком громко рассмеялась сестра, не скрывая злорадства, и отключилась.

— Засранка! — я снова побежала на второй этаж, заглядывая в каждую комнату по пути. Слишком много комнат, он что, откроет здесь гостиницу? Найдя спальню, я рванула в душ, чтобы успеть высушить волосы к приезду сестры. Было заметно, что дом еще не обжит, в гардеробной до сих пор стояли в коробках его вещи. Я открыла первый попавшийся комод и захлопала в ладоши, радуясь удаче. Надела белую рубашку, которая была настолько большой, что прикрывала мои колени. Отлично!

Я снова спустилась на первый этаж, проклиная каждую ступень, которая заставляла мои мышцы изнывать от боли, но увидев кованые перила и висящий на них галстук, снова почувствовала, как румянец прилип к моим щекам. Помотав головой, чтобы прогнать воспоминания, я пошла искать кухню, потому что живот урчал безбожно!

На плите стояла еще теплая яичница с беконом. Я села прямо на столешницу островка и, включив заботливо заправленную кофемашину, стала уплетать яичницу прямо со сковородки. На барной стойке я обнаружила свой мобильный, под ним лежала еще одна записка. Боже! Как это мило!

«Не забудь позвонить, как проснешься, если буду недоступен, набери моего секретаря, она соединит!»

На небольшом клочке бумаги аккуратным мужским почерком был нацарапан номер. Ладно, позвоню, я же должна поблагодарить за завтрак! Я рассмеялась над собственными мыслями, потому что с самого момента пробуждения, только и мечтала услышать его голос.

Мобильный его был выключен, пришлось звонить секретарше. ЕГО секретарше.

— Приемная Орлова! — приветливым голосом сказала молодая девушка. Молодая??

— Здравствуйте, соедините с Никитой Сергеевичем? Э…

— Хорошо, Мирослава Александровна, секундочку! — не дав договорить, перебила меня она и защебетала еще ласковей. Она, что — экстрасенс?

— Орлов! — резко ответил Никита.

— Слышишь, Орел? Сколько ей лет? — мысль о том, что я позвонила, чтобы поблагодарить, ушла на задний план.

— Кому? — растерянный голос Никиты злил еще больше.

— Секретарше твоей! Сколько?

Он замолчал, а потом разразился диким хохотом, мой телефон стал вибрировать в руке.