Чтение онлайн

— Олловейн присмотрит за сыном человеческим и позаботится о том, чтобы я не нарушила свое слово.

Стражи привели его к покосившейся двери из посеревшего дерева. Поселение ордена Древа Праха выглядело запущенным. Анткерк не был важным портом. Родриго никогда не слышал о нем, до тех пор пока вчера днем «Посланник божий» не стал на якорь в его гавани. Неплохая рыбацкая деревня с разрушенными защитными сооружениями — вот что представляло собой это захолустье. Но Родриго был уверен в том, что в «Красной кружке» исполнят любое его желание. Нужно только поскорее выполнить это неприятное поручение.

Гребец вспомнил о том, как заглянул в таверну через щель между ставен, прежде чем подойти к висевшему над дверью фонарю и подать условленный сигнал.

Внутри он увидел трактирщицу с длинными черными волосами. У нее был такой открытый корсаж и она так охотно позволяла посетителям ощупывать себя, что Родриго был совершенно уверен в том, что от нее можно получить гораздо больше, чем кружку подогретого вина.

Один из стражников снова постучал в серые двери. На обоих солдатах были кирасы, морионы и сапоги до колен. Их обмундирование казалось таким же потрепанным, как и этот небольшой порт. Даже в свете факелов отчетливо виднелись следы ржавчины у швов на доспехах.

За дверью послышалось недовольное ворчание. Затем она открылась.

Родриго невольно отступил на шаг. Стоявший перед ним человек был великаном и пребывал в самом дурном расположении духа. Громила добрых два шага ростом, а грудь шириной с самый большой бочонок с водой в трюме «Посланника божьего». Рубашка его была расстегнута. На бледной коже груди завивались седые волоски. На морщинистой шее цвет кожи менялся на красно-коричневый, такого же цвета было и лицо. Парень носил доспехи всю свою жизнь, подумал Родриго; грудь его видела слишком мало солнца.

Холодные серые глаза изучали гребца. Черные волосы с сединой сбились на голове в паклю. Через весь лоб шел припухший шрам. Нос был бесформенной широкой грудой плоти. Родриго готов был поспорить на золотую монету, лежавшую у него в кармане, что его ломали по меньшей мере дважды. Наверняка этот гигант был ветераном языческих войн в Друсне.

— Чего надо? — прогудел он низким голосом.

— Посланник со стоящей в гавани галеры, господин, — поторопился ответить один из стражников.

Рыцарь смерил Родриго взглядом серых глаз.

— Ты выглядишь так, словно тебя сбросили в море.

Гребец вздрогнул. Фернандо долго втолковывал ему, что он ни в коем случае не должен проговориться о том, что плыл.

Ветеран отошел в сторону и махнул ему, приглашая войти.

— Проклятый дождь. Заходи, садись к камину.

Родриго вошел в расположенную в башне комнату с высоким потолком. С любопытством огляделся по сторонам. Кое-где со стен осыпалась штукатурка, открывая взору темно-красные кирпичи. Пол был устлан сухим тростником. Было на удивление тепло. Огонь в камине отбрасывал переменчивый красно-золотистый свет.

Родриго с удовольствием протянул руки к камину. Было приятно чувствовать тепло на своей коже. На чертовой галере не было ни единого теплого места. И меньше всего — на наполовину открытой палубе гребцов. Там не помогал даже большой тент, растянутый для защиты от дождя.

— Ну что? Что за сообщение у тебя для меня? — ветеран закрыл дверь.

Он казался очень усталым.

Родриго открыл кожаную сумку, пристегнутую к поясу. Достал завернутый в промасленную ткань сундучок и размотал ткань.

Рыцарь смотрел на него, нахмурив лоб.

Родриго осторожно поставил сундучок на низенький столик, стоявший у камина. Он был толщиной с его ладонь, достаточных размеров для того, чтобы уместить свернутый пергамент. Замок открылся с негромким щелчком. После этого Родриго обеими руками протянул рыцарю сундучок. Однажды он видел, что таким образом протягивают бумаги важным господам, и хотел произвести впечатление на рыцаря хорошими манерами.

Ветеран взломал печать и принялся читать. Едва пробежав глазами записку, он поднял взгляд.

— От кого ты получил это письмо?

— От писаря…

— Чьего писаря?

Родриго опустил взгляд под холодным взглядом серых глаз.

— Капитанского. Наш капитан потерял одну руку в морской битве с язычниками. Поэтому ему нужен писарь. — Фернандо приказал ему солгать. Никто не должен был узнать, что на борту «Посланника божьего» находится примарх Нового Рыцарства. Поэтому галера не заходила ни в одну гавань.

Ветеран снова погрузился в чтение письма. Читал он прищурившись.

Тем временем Родриго размышлял о черноволосой девушке и улыбался. Никто не сходил на берег, с тех пор как галера покинула военный порт у Вороньей Башни. Настроение среди моряков, гребцов и солдат было плохим. Обычно галеры заходили в порт каждые два дня и по меньшей мере часть команды получала разрешение покинуть судно. Но «Посланник божий» был словно корабль-призрак. Он оставался невидимым. Вопреки разуму он даже избегал подходить к берегу на такое расстояние, чтобы его можно было заметить.

Когда плохая погода пять дней назад загнала их в гавань Эстербурга, они встали на якорь точно так же, как и здесь, посреди портового бассейна. Большей части команды приходилось оставаться под палубой, когда на борт приходил комендант порта с инспекцией военного корабля. И позже, когда они принимали на борт питьевую воду и продукты, помогать грузчикам имели право только горстка избранных.

Родриго почесал между ног. Почти вся команда чувствовала себя так же, как и он, всем не терпелось наконец лечь с женщиной. Гребец задумчиво ухмыльнулся. Господь к нему благосклонен. Господь и Альфонсин. Должно быть, наводчик рекомендовал его. Так оно и было. Иначе как объяснить то, что писарь выбрал именно Родриго из всей толпы гребцов? Нужно будет поставить Альфонсину бутылку водки. Он должен сделать это для канонира! Альфонсин даже поделился по-братски премией в две золотые монеты, хотя они почти не знали друг друга. Хороший парень этот наводчик.

Альфонсин наверняка завидует ему сейчас. Гребец подумал о том, как он здорово поскачет на черноволосой. В ней есть огонек, это видно по глазам. Он облизал губы. Когда он думал о ней, кровь приливала у него между бедер.

— У тебя есть еще одно письмо?

Родриго очнулся от мечтаний. Удивленно поглядел на рыцаря.

— Дай мне второе письмо!

— Я не могу этого сделать, господин. Оно предназначено не для вас. Я должен отдать его рыцарю в припортовой таверне.