Чтение онлайн

– Я начинаю торг с тысячи фунтов, - громко объявила она.
– Тысяча двести.., тысяча пятьсот.., две тысячи...
– На этот раз она не обратила внимания на руку, откинувшую со лба густую шевелюру.
– Две тысячи двести... Две тысячи пятьсот...
– Никто не шевелился. Значит, она наконец добралась до отправной цены.... Что делает та девушка в третьем ряду?.. Кейт подождала.
– Итак, две тысячи пятьсот...
– она подняла зажатый в руке молоток. В последнее мгновение она увидела поднятый каталог. Для чего? Чтобы посмотреть в него или это знак? Других движений из этой части зала не последовало. Она решила рискнуть.
– Две тысячи восемьсот... Три тысячи фунтов...
– Она опять сделала паузу, нервно оглядывая сидящих. Ничего. Она опустила молоток.
– Итак, продано за три тысячи фунтов.

Ее рука была влажной от пота, и молоток, выскользнув, упал на пол.

Дэвид вскочил с кресла, поднял молоток и положил на кафедру.

– На этот раз лучше, - сказал он без особого пыла.
– Вам не хватает практики, Кейт. Если вы действительно хотите проводить аукционы, вам нужно посвящать этому больше времени.

– Дэвид, будь у меня свободное время, я так и сделала бы, - устало ответила она уже в сотый раз.
– И у меня впереди еще целый месяц.

– Вот и используйте его на то, чтобы шлифовать свое мастерство. Сейчас вам еще очень далеко до настоящего аукциониста.

Кейт вернулась в свой кабинет расстроенная. Сейчас вторая половина ноября, срок ее обучения подходит к концу. Научиться вести аукцион оказалось самым трудным. Она справлялась с административной работой, встречами, дискуссиями, оценкой рынка и экспертизой товара, которой она занималась с большим удовольствием, особенно если дело касалось китайского фарфора. Она с успехом проводила обеды, приемы и коктейли, на которых встречалась с персоналом "Деспардс", наиболее важными клиентами, посредниками, конкурентами и представителями прессы. Она почти смирилась с необходимостью давать интервью - даже на телевидении - и позировать перед фотокамерой, хотя первоначальный интерес к ее особе, к счастью, уже начал угасать.

Тем временем из-за океана приходили известия о том, что Доминик дю Вивье все больше набирает силу, сама проводит аукционы, ставшие необходимым элементом нью-йоркской жизни, и устанавливает на них неслыханные цены. Немало предметов, минуя лондонский "Деспардс", теперь прямым ходом отправлялись в Нью-Йорк.

Этому было посвящено специальное заседание.

– Нет никакого сомнения в том, что Нью-Йорк прямо-таки всех околдовал, - мрачно объявил Найджел Марш.
– Куча первоклассных вещей уплывает прямо к ней в руки.

– И неудивительно, если посмотреть на цены, которые она умудряется выбивать, - заметил Дерек Морли, глава финансового отдела.
– Чем скорее мисс Деспард сможет устраивать собственные аукционы и приобретет популярность, тем будет лучше.

– Я стараюсь изо всех сил, - сухо ответила Кейт, - но у меня слишком много дел и совсем нет свободного времени.

– Значит, нам надо позаботиться о том, чтобы у вас его стало больше, примирительно сказал Найджел.
– Конечно, Кейт не может все делать сама. Он обвел лица сидящих за столом вопросительным взглядом.

– Приемы и пресс-конференции, кажется, закончились, - мягко вставила Вениша Таунсенд, эксперт по Ренессансу.
– Они, несомненно, отнимали уйму времени.

– Но были совершенно необходимы. Мы должны были продемонстрировать, что "Деспардс" не изменился, что факел просто передан в другие руки, высокопарно заявил Найджел.
– Люди хотели знать, что собой представляет новый президент компании. К тому же дополнительная реклама никогда не помешает.

– Если мы растеряем ценных клиентов, - язвительно отпарировала Вениша, сохраняя при этом мягкость тона, - то от нее будет мало толку.

– Это все потому, что с нами нет Чарльза, - вздохнула Клодия.
– Он был душой и сердцем "Деспардс". По сути "Деспардс" - это он сам.

– Так же как теперь Нью-Йорк - это Доминик дю Вивье, - тем же кисло-сладким тоном заметила Вениша.

– Значит, мы должны сделать так, чтобы Лондон принадлежал Кэтрионе Деспард, - с воодушевлением заявил Найджел.

– Каким образом?
– послышался вопрос.

– Ну, всего-навсего одна выдающаяся продажа...

– Этого не будет, если аукцион станет вести Кейт, - твердо проговорил Дэвид Холмс.
– Она еще не готова.

– А вы не могли бы немного ускорить ход событий?
– В голосе Найджела послышались просительные нотки.

– Нет, не мог бы. Кейт лишь тогда появится за кафедрой, когда я сочту, что она готова.

А до этого, к сожалению, еще далеко. Доминик уже выиграла у нее несколько очков. Надо быстрее что-то делать. Научиться проводить аукционы. Во что бы то ни стало. Клодия права: сейчас это главное. Обо всем остальном надо пока просто забыть. Женщина-аукционист - большая редкость, и Доминик играет эту роль с блеском.

Что-то подобное должно произойти и в Лондоне, иначе "Деспардс" скатится вниз и к решающему моменту у Кейт на руках не останется ни одного козыря.

Когда Кейт вернулась к себе в кабинет, человек, который, очевидно, уже давно взволнованно вышагивал по ковру взад-вперед, с облегчением воскликнул:

– Слава Богу! Я не решился прервать совещание, потому что Дэвид и так страшно злится, что вы уделяете его урокам мало времени.

– В чем дело?
– спросила Кейт.

Джеймс Грив, руководитель отдела восточного фарфора, был бледен как мел, руки у него дрожали.

– Я только что говорил с Рольфом Хобартом, он звонил из Нью-Йорка. В жизни не имел более неприятного разговора. Кажется, статуэтка лошади эпохи Тан, которую мы ему продали, - подделка.

Кейт молча смотрела на него, чувствуя, что ледяная рука все сильнее сжимает ей сердце. Кошмар каждого эксперта. Неужели появился второй Ван Меергрен, самый блестящий поддельщик всех времен и народов? Наконец она смогла выговорить:

– Это невозможно.

– Я ему сказал то же самое, но он делал термолюминесцентную экспертизу. Вы же знаете, что он никому не верит, даже людям с самой безупречной репутацией. Он зачитал мне данные лабораторного анализа лошадь была изготовлена не более пяти лет назад.

Кейт рухнула в ближайшее кресло.

– Не может быть...
– Она закрыла глаза, чувствуя дурноту и головокружение.

– Если это выплывет наружу, наша песенка спета. "Деспардс" принимает подделку и продает ее за четверть миллиона фунтов...

– Я уверена, что это не подделка, - глухо проговорила Кейт.
– Но если это действительно так, то нас ожидают серьезные неприятности. Потому что это означает, что за работу принялся неизвестный гений.

Некоторое время они молча смотрели друг на друга, потом Джеймс с тяжелым вздохом произнес: