Чтение онлайн

В "Деспардс" многие хорошо помнили его по прежним делам и либо ценили как личность - которой, однако, не следовало доверять, - либо боялись его злого языка.

Нет, придется выкручиваться самой. Она позвонила секретарше. Миссис Хеннесси перевели в Кенсингтон, а девушке, пришедшей на ее место, было почти столько же лет, сколько самой Кейт, и рекомендовала ее, как ни странно, миссис Хиндмарш. Ее звали Пенни, и она отличалась веселым нравом, общительностью и здравым смыслом. Они с Кейт сразу понравились друг другу.

– Пенни, мне надо попасть на первый же "конкорд", который летит в Нью-Йорк. Дело очень срочное. Не знаю, сколько я там пробуду, но надеюсь вернуться через день.

Когда рейс?

– На утренний вы уже опоздали, но, может быть, что-нибудь получится с шестичасовым. Он прилетает в Нью-Йорк в пять пятнадцать по местному времени. Но тогда вам придется там ночевать, потому что до восьми часов обратный рейс на Лондон - вам не управиться.

Может, лучше отложить полет до завтра в десять тридцать?
– Пенни помнила все рейсы наизусть: ее прежний босс не вылезал из "конкорда".

– Нет, мне нужно спешить. Попробуйте шестичасовой, хорошо?

На шестичасовой самолет свободных мест не было.

На следующий день в десять тридцать было всего одно место - один из пассажиров аннулировал заказ.

Тогда Кейт позвонила Рольфу Хобарту, который обрушил на нее поток истеричных обвинений и оскорблений. Под конец он заявил:

– Лучше поскорее выбирайтесь сюда, моя милая, пока я не передал всю эту историйку в газеты. И приготовьтесь раскошелиться, не жадничайте, иначе через суд я с вас сдеру не меньше пяти миллионов.

– Я буду в Нью-Йорке в половине десятого Давайте встретимся в половине одиннадцатого у вас в офисе.

– Даю вам срок до одиннадцати, а после созываю пресс-конференцию.

Он швырнул трубку. Кейт трясло от унижения и злости. Она терпеть не могла хамов, особенно когда они орут во весь голос.

Ночью она почти не спала. Она достала копию документа, подтверждающего подлинность лошади. Кроме перевода, который ей предоставили в адвокатской фирме, "Деспардс" сделал еще один. Их эксперт по Китаю сказал, что документы подлинные - стиль, язык, бумага - все указывало на это. Он проверил имя семьи, продавшей статуэтку. Оказалось, что она действительно принадлежит к древнему аристократическому роду. Кейт снова и снова разглядывала снимки лошади, сделанные с разных точек, под всеми возможными углами, множество фотографий увеличенных фрагментов, и не видела, где она могла ошибиться. Но в результатах термолюминесцентного анализа не приходилось сомневаться. Этот дорогостоящий метод, аналог углеродного анализа, определял возраст металла с точностью до десяти лет. А по результатам анализа, который делал Рольф Хобарт, получалось, что лошадь была изготовлена меньше пяти лет назад.

Как? Где? Кем? Для чего? Эти вопросы безостановочно прокручивались в ее голове, так что утром она села в самолет совершенно разбитой. У нее не было сил ни смотреть на индиговую полосу небосвода, ни слушать, что говорит ей вежливый немец, ее сосед. Она могла думать лишь о предстоящем сражении. В сумочке у нее лежал незаполненный чек - на коротком собрании было решено, что Рольфа Хобарта надо умилостивить, чего бы это ни стоило. Вместе с подделкой они выкупали у него доброе имя "Деспардс". Когда люди уходили из кабинета, Кейт видела, что они потрясены и разочарованы. Как она их подвела... И она, и Джеймс. Этого никогда не случилось бы при Чарльзе Деспарде - вот что она прочла на их лицах.

Блэз Чандлер тоже только что прилетел в Нью-Йорк, но из Гонконга. Он уже собирался сесть в ожидавший его автомобиль, как вдруг заметил рыжеватую голову и нетерпеливо машущую руку. Он выпрямился, сказав шоферу: "Подожди минутку, ладно?" - и бросился, прорываясь сквозь поток машин и людей, на другую сторону шоссе.

– Мисс Деспард!

Кейт резко обернулась, и он с удивлением увидел выражение явного облегчения на ее лице.

– О, слава Богу! Я уже отчаялась найти такси. Мне надо быть в Нью-Йорке к одиннадцати - это в прямом смысле вопрос жизни или смерти. Вы не могли бы меня подбросить?

– Конечно. Я за этим и пришел. Идемте.

– Вы, наверное, переодетый ангел, - с благодарностью сказала Кейт, опустившись на мягкое светло-серое сиденье. Было уже пятнадцать минут одиннадцатого. Она целую вечность провела в очереди на паспортном контроле, негодуя на задержку и ежесекундно бросая взгляд на часы.

– А почему такая спешка?
– спросил Блэз.

Замешкавшись с ответом, Кейт увидела, как его мягкий взгляд вдруг обрел непроницаемую твердость.

– Вы все еще мне не доверяете, правда?

Надо было решаться. Она набрала в грудь побольше воздуха и все ему рассказала.

– Вы связались с гнусным человеком, - сказал Блэз.
– Сам я с ним не знаком, но моя бабушка его знает.

Она и отца его знала. Они не просто слегка помешанные, это ярые сторонники крайне правых, подозревающие всех и вся. Он захочет не только урвать свой кусок мяса, но и кровушки попить.
– Блэз нахмурился.
– А почему вы?

Я имею в виду, почему вы одна? Свою жену я бы к нему не пустил, а ей палец в рот не клади.

– Я тоже не сахар, - обиженно ответила Кейт. Нервы у нее были напряжены до предела, но она старалась этого не показать.

– Именно это я о вас и слышу, - сухо проговорил он.

– Как? Откуда?

Он повернул голову, встретил ее удивленный взгляд.

– Обычным путем.

– Боже мой, - с горечью пробормотала Кейт, - неужели уже ни для кого не осталось ничего святого?

– Я не бываю там, но получаю донесения, - безразличным тоном продолжал Блэз.
– Не беспокойтесь, в них нет о вас ничего плохого.

– Но мой год еще не начинался, - возмутилась Кейт.

– Именно поэтому я и получаю донесения. Когда год начнется официально, вы должны будете действовать самостоятельно, и я не буду вмешиваться. Я просто хотел знать, как у вас дела.

Кейт виновато вспыхнула, неловко поерзала. Она не ожидала такого интереса к себе с его стороны.

Блэз постукивал кончиками пальцев по кейсу.

– Куда вам надо?
– спросил он.

– Здание "Хобарт Энтерпрайзис" на Пятой авеню.

– Я знаю, где это.

– Мы успеем?

Блэз взглянул на часы.

– Думаю, что да, но удостовериться не мешает.
– Он щелкнул выключателем и сказал:

– Джим, нам надо в четырехсотый квартал Пятой авеню к одиннадцати.

В ответ послышался благодушный голос шофера:

– Успеем, мистер Чандлер.

Машина прибавила скорости.

– Я думала, что здесь не любят тех, кто превышает скорость, - нервно заметила Кейт.

– Не любят, если им удастся вас поймать.
– Он помолчал немного, потом произнес: