Чтение онлайн

— Я даже не живу с ним! — плачет она.

— Не прикидывайся дурой. Ты видела хоть что-то. Кто приходил на твой день рождения?

— Эм… эм… — она тяжело дышит, учащенно, не зная, что я держу в руке, и что я с ней сделаю, если не получу ответы.

Я ударяю вибратором по ее соску, она вздрагивает, как будто ее ударило током.

— Шеф Парсонс! — кричит она. — Он приходил на вечеринку! Я видела, как он входил в кабинет моего отца…

— Хорошая девочка, — говорю я.

Затем прижимаю вибратор к ее влагалищу.

— О-о-о-о-о, боже… — Клэр стонет.

Вибрация интенсивная; поначалу слишком сильная, и она пытается увернуться. Но я безжалостно прижимаю его к клитору, двигая взад и вперед медленными движениями. Вскоре Клэр безвольно свисает со своих пут, двигая бедрами напротив вибратора, издавая глубокий стонущий звук, непохожий ни на что, что раньше срывалось с этих прелестных розовых губ.

Я вижу, как ее темп ускоряется. Она сжимает вибратор, ее дыхание учащается. Грудь порозовела, соски выбиваются сквозь тонкий материал бюстгальтера.

Я убираю вибратор.

— Нет! — выдыхает она, слепо оглядываясь вокруг.

— Теперь скажи мне код безопасности в доме твоих родителей.

Она закрывает рот, упрямо качая головой.

— Ни за что, блять.

Я хватаю ее за правую грудь, сильно сжимаю, выкручивая сосок.

— Ответь мне.

— Ай! Пошел ты! Нет! — кричит она.

Я провожу рукой вниз по передней части ее трусиков, чувствуя сильный жар ее киски, она стала влажной и скользкой. Ее клитор набух и пульсирует, мои пальцы легко скользят по ее складочкам.

Ее колени подгибаются, и она прислоняется к моему плечу, задыхаясь и стараясь не просить о большем.

— Скажи, — шепчу я ей на ухо. — Я не причиню им вреда. Просто хочу осмотреть его офис. Его даже не будет дома…

— Я не могу, — бормочет Клэр.

Я потираю пальцами взад и вперед по ее клитору, чувствуя, как ее сердце колотится о мой торс, слыша ее отчаянное пыхтение.

— Скажи, — приказываю я.

— Обещай не причинять им вреда…

— Я же сказал. Их даже не будет дома.

— Сорок семь, девятнадцать, — выдыхает Клэр.

— Очень хорошо, — ухмыляюсь я.

— Теперь, пожалуйста… пожалуйста… — она тяжело дышит.

— Умоляй меня разрешить тебе кончить.

— Пожалуйста, заставь меня кончить, Константин!

Я снова прижимаю вибратор к ней. Двигаю медленными кругами вокруг ее клитора, позволяя оргазму нарастать. Затем нажимаю на нужное место, пока все ее тело не начинает трястись, она кричит до хрипоты, как я и обещал.

Я наблюдаю, как волны удовольствия захлестывают ее.

Как только она падает, безвольно повиснув на путах, я даю ей короткую передышку. Минуту или две любуюсь свечением ее кожи, тем, как она слегка розовеет, как цветущая вишня.

Я срываю с ее глаз повязку.

— Еще один вопрос, Клэр. Ты уже отвечала на него раньше, но я хочу, чтобы ты посмотрела мне в глаза и ответила сейчас. Гребаную правду.

Она медленно поднимает голову и встречается со мной взглядом, выражение ее лица ошеломленное и расфокусированное, одурманенное удовольствием.

— Кто послал тебя встретиться со мной?

— Никто, — бормочет Клэр. — Это просто… они назначили мне группу заключенных. Твое досье было первым.

— Хм, — говорю я, не показывая, что поверил.

Я снова прижимаю вибратор к ее клитору, поставив мощность на максимум.

— Нет! — выдыхает она. — Это слишком!

Это еще не слишком.

Она снова кончает, безжалостно и беспомощно, все ее тело сотрясается, как будто она пристегнута к электрическому стулу.

Я не останавливаюсь, пока она не кончает еще три раза. Она умоляет меня остановиться со слезами, текущими по щекам.

Только когда она полностью измучена, вялая и беспомощная, как новорожденный младенец, я расстегиваю путы и кладу ее поперек кровати.

Клэр

Я просыпаюсь от комы, вызванной сексом. Я даже не знала, что это такое.

Комната затемненная, роскошная, пропитанная сладким, соблазнительным запахом секса. Мне требуется мгновение, чтобы вспомнить, где я нахожусь, и когда все возвращается ко мне, я рывком поднимаюсь. Но не могу пошевелиться. Мои запястья в наручниках, ноги разведены в стороны и закреплены… чем-то вроде перекладины.

Я никогда не увлекалась ничем подобным. Я никогда в жизни не видела ничего подобного.

И все же…

Я облизываю губы и вспоминаю вкус его рта, вкус лаймовой водки на наших губах. Я делаю хриплый вдох и стараюсь не шевелиться.

Нужно понять, где мой похититель. Мне нужно подготовиться к тому, что он сделает со мной дальше.

Мысленно оцениваю свое тело.

Я слаба от того, что он сделал со мной, но не ранена. Смотрю вниз, наполовину ожидая синяков или доказательств того, что он сделал, но ничего.

Закрываю глаза и слушаю. Звук льющейся воды, затем сильный русский акцент Константина. Я оглядываю комнату, пока мои глаза привыкают к темноте. Полоска желтого света выглядывает из-за дверного косяка.

Когда он входит в комнату, его глаза встречаются с моими. Он принял душ, на нем только полотенце вокруг талии. Я пристально смотрю. Никогда не видела такого мужчину, как он, обнаженным. Никогда.

Он огромный, но, кажется, на нем нет ни грамма жира. Крепкая мускулистая шея, плечи такие сильные, что я представляю, как он может отжиматься со мной на спине. Помню, как он взял меня под мышку и понес, как ребенка. Татуировки струятся по его шее, плечам, рукам, и когда он поворачивается к столу с чайником в руках, я вижу, что его спина тоже покрыта татуировками.

Полотенце плотно облегает стройную талию.

Он произносит что-то по-русски, затем вешает трубку.

— Итак, ты проснулась, маленькая птичка. Готовы к нашему следующему допросу?

Что-то подсказывает мне, что наша следующая «дискуссия» будет вместе с предметами, лежащими на столах и полках — хлысты, цепи, какие-то кожаные нити и маски.

— Нет.

Его низкий, мрачный смешок заставляет меня дрожать в предвкушении того, что он сделает дальше. Он не удивлен и не рад. Зачем тогда смеяться? Интересно, это звук обезумевшего человека?