Чтение онлайн

Молчит. Играет сильными пальцами по столу, привлекая внимание к татуировке парящей птицы с широко распахнутыми крыльями.

Сильные пальцы. Красивые. Смуглые. Кадры того, что эти пальцы делали с моим телом, неожиданно накрывают и сердце забывает биться.

Шах же спустя долгую паузу кивает, словно решение принимает, и встает. Будто хищник перетекает из сидячего положения и вот он уже рядом со мной, а я упираюсь в спинку стула и поднимаю взгляд на мужчину.

Наклоняется, упирает мощную руку в спинку моего стула и смотрит. Что-то в его раскосых карих глазах с золотыми прожилками меня будоражит, заставляет спину покрываться мурашками.

— Хочешь погулять?

Не этого вопроса я жду, в шоке распахиваю глаза.

— Сейчас? — спрашиваю заторможенно и кошусь в сторону великолепного сада, который приметила еще когда мы подъезжали к этой неприступной крепости.

Неожиданный теплый ветерок бросает несколько прядей мне в лицо, поднимаю руку, чтобы откинуть волосы, но в этот момент то же самое проделывает и Аслан, получается, что наши пальцы соприкасаются.

Приподнимаю голову и замираю, ощущаю его огненное прикосновение к своей скуле. Мужчина смотрит безотрывно в мои глаза, у него зрачки расширяются.

— Так хочешь? — спрашивает вроде бы о прогулке, но я в его хриплом низком голосе иное слышу. Пальцы медленно скользят по щеке и заправляют выбившийся локон за ушко, застываю перед ним, прирастаю к стулу. Сейчас чувствую себя особенно уязвимой. А мужчина, наоборот, являет собой непоколебимую силу.

Я в его полной власти, он меня держит как бабочку в кулаке, сожмет сильнее и раскрошит, останется только блестящая пыльца на кончиках пальцев…

Опасный он. Завораживающий. Притягательный. Скольжу взглядом по красивому лицу, опускаю взгляд к широкой шее с острым кадыком и опять засматриваюсь на смуглую кожу, что открыта для моего взора, так и хочется попробовать на вкус.

Вспомнить, каким он был, каким может быть.

— С огнем играешь, Аийша, — рычит практически и я запуганным зверьком опять уставляюсь в глаза мужчине.

— Погулять… я… согласна… — выпаливаю быстро и спустя тягучее мгновение Шах выпрямляется, из-за того, что я все еще сижу, мне открывается вид на его каменный пресс, кубики которого отчетливо просматриваются под шелком рубашки, упираю взгляд в широкую пряжку серебряного пояса, который опоясывает жилистые крепкие бедра мужчины.

В шоке от собственных мыслей и чувств я вскакиваю немного резковато, голову ведет, и Шах молниеносно выбрасывает руку вперед, ловит меня за талию и пригвождает к себе.

— Осторожнее. Без резких движений. Я тебя не съем, — поднимаю глаза, и Аслан улыбается, — по крайней мере, пока…

Не отпускает меня от себя, так и держит и пальцы жгут спину, мрачная и опасная сущность Шахова не исчезает, она всего лишь мимикрирует, но четко понимаю, что его странная учтивость и любезность словно маска, которую этот хитрый хищник научился носить.

Пауза длится и подушечки пальцев на моей спине приходят в движение, Аслан скользит по плечу и вниз по предплечью, переплетает наши фаланги и тянет меня за собой.

Вниз по лестницам в сторону великолепного сада с необычными растениями, которыми я откровенно восхищаюсь, забываю на мгновение обо всем, познаю новый мир, в который я угодила, замечаю на дереве пеструю птичку, что, взмахнув яркими крылышками, исчезает в наступающих сумерках.

Мы идем вдоль выложенной брусчаткой дорожке, которая пронизывает сад, и выходим к фонтану, подхожу к диковинному ярусному сооружению и заглядываю в воду, потому что там что-то блестит, переливается мириадами золотистых чешуек.

— Рыбки… — выдыхаю удивленно и поднимаю зачарованный взгляд в сторону Шаха.

Мужчина стоит рядом, но свет от фонаря перекрывает его лицо, бросает своеобразную тень и из нее на меня смотрят две бездны, пронизывающие, заставляющие смутиться и повторить тихо:

— Там они плавают, красивые…

— Это разновидность золотой рыбки, — поясняет, берет мою руку в свою, тянет немного и опускает в воду.

Приятное тепло обволакивает, а потом я начинаю чувствовать, как меня касаются крылышки, хотя почему крылышки, плавники, рыбки, словно ручные, ластятся.

Невероятное ощущение, смотрю на мужчину, улыбаюсь, впервые за долгое время смеюсь от приятного ощущения, от щекотки, которая отдается по всему телу.

— Это просто невероятно… — все так же улыбаясь, заглядываю Шаху в глаза и делюсь своей радостью, — никогда ничего подобного не делала…

Аслан не улыбается в ответ на мой лепет, не поддерживает веселость. Смотрит все так же своими бездонными полыхающими глазами, очередная рыбка бьет плавником по моим пальцам, и я вскрикиваю, опять смеюсь.

— Загадай желание… — тихий полный властных ноток голос сейчас не кажется грубым, наоборот, приобретает бархатистость, и я опять смотрю на мужчину. Уголки его губ приподнимаются в улыбке.

— Желание? — переспрашиваю, все так же улыбаясь, и Аслан кивает.

— Есть поверье, что золотые рубки исполняют желания.

Прикусываю губу и смотрю на прозрачную воду, ощущаю, как мужчина сжимает мою кисть, и запоздало понимаю, что Шах намочил свой пиджак и дорогой ободок часов тоже ушел под воду.

Почему-то грустнею и отнимаю руку, вернее, пытаюсь, но Шах не отпускает.

Поэтому я закрываю глаза, чтобы хоть как-то сконцентрироваться, и загадываю. Желаю всем сердцем обрести свободу…

Распахиваю глаза и натыкаюсь на пытливый взгляд мужчины.

— Что ты загадала, Аийша?

Задает вопрос, тянет меня и наши сцепленные пальцы покидают теплую воду.

— Если расскажу, не сбудется… — отвечаю уклончиво и кусаю губы.

Шах наклоняется, опять касается моего лица, скул, пальцами отбрасывает длинные локоны за спину, грозный мужчина сейчас возвышается надо мной, крепкие пальцы опускаются вдоль шеи, накрывают тонкую бретель серебристого вечернего платья. А я замираю в его руках, не двигаюсь, пока большие пальцы его рук чертят странные узоры, ласкают и заставляют мое тело трепетать в жажде этой скромной ласки.

Ладони Аслана буквально пригвождают меня к месту, ощущаются тяжестью, когда он наклоняется и шепчет мне в висок:

— Быть может, я могу исполнить любое твое желание…

Отклоняюсь и заглядываю в его глаза. Понимаю, что он не шутит.

— Того, что я загадала, ты мне дать не сможешь, — отвечаю робко и начинаю дрожать.

Легкий озноб пробегается по коже, что не остается незамеченным.

— Ты мерзнешь?

Шах притягивает меня к себе, заставляет приникнуть к огненному торсу, обнять и оказаться в своеобразном коконе, полы пиджака укутывают меня, и я прячу голову на груди мужчины.