Чтение онлайн

Слушаю, как сильно и гулко бьется его сердце. Ощущаю, как ласкает мою кожу, ровно там, где кромка платья оголяет спину.

Настойчивые шершавые подушечки пальцев прожигают кожу, мягко заползают под мои распущенные волосы, ведут линию по хребту, скользят вдоль шеи и, наконец, цепляют мой подбородок, заставляют поднять голову и заглянуть в суровое лицо.

Смотрит, рассматривает молча. На доли секунд кажется, что Шах меня поцелует. Но он лишь ведет подушечкой шершавого пальца по моим губам, очерчивает контур.

— Так что же ты загадала, Журавлик?

Поддаюсь на провокацию. Голова немного кружится. Улыбаюсь и выдаю тихо:

— Как интересно ты меня называешь. Журавлик, только ему место в небе, а не в клетке, Аслан.

— Хочешь узнать, что я загадала?

Кивает.

— Скажи свое желание, я готов исполнить любое.

Улыбаюсь грустно.

— Я загадала свободу, Аслан.

Поджимает губы, пальцы, что держат меня, усиливают напор, он обнимает так, что кажется, никогда не отпустит, переломит, но не отдаст.

— Пора возвращаться, — отвечает ровно.

— Так и продолжишь игнорировать мои вопросы?

Прищуривается опять. Делает паузу и неожиданно отвечает:

— Все было так, как было. Не жалею. Тебе надо привыкнуть ко мне, и я даю тебе время, Полина, чтобы ты осознала, что моя. Я не собираюсь брать тебя силой, не хочу ломать, понимаю, что ты невиновна. Ты была невинна до меня. Но. Ты носишь моего наследника, Полина. Ты не можешь быть свободной.

Шах отвечает спокойно. Для него все решено. У меня слезы обжигают глаза. Он вырвал меня из привычной среды, увез, а сейчас распоряжается моим телом, моей судьбой.

Я чувствую себя песчинкой, прикрываю на мгновение глаза и хлюпаю носом и совершенно неожиданно ощущаю его губы на своих.

Горячие, терпкие, они опаляют. Клеймят, но на этот раз действуют не так дерзко, как в спальне, а нежно, он порхает, захватывает верхнюю губу, потом нижнюю. Язык ласкает, пытается пробраться внутрь, горячие руки приходят в движение, сердце начинает биться с перебоями, голова кружится, воздуха не хватает, делаю жадный вдох, и мужчина пользуется моей слабостью, язык, подобно змее, проскальзывает в мой рот, заигрывает с моим, касается неба.

Крепкие пальцы вжимают меня в литое тело, собственными бедрами ощущаю, насколько Аслан напряжен. Словно взведенное оружие. Порочный искуситель сам теряет голову от своей жертвы. Иначе почему он так набрасывается, впивается в меня, словно жажду утоляет.

Я отвечаю на его жар, он кружит голову, все тело опаляет истомой, но в какой-то момент я чувствую, что теряю сознание от вспышек перед глазами, от звездочек, которые мерцают под опущенными веками.

Слишком много эмоций, чувств, которые захватывают меня, и я слабею в руках мужчины, обмякаю, может, и падаю в обморок.

Прерывает свой поцелуй, бросает что-то на своем, короткое, резкое, заглядывает в мои глаза, я теряю фокусировку.

— Аслан… — выдыхаю, словно пытаюсь за спасательную шлюпку ухватиться. Так странно, что ищу защиты у того, кто является причиной, что вся моя жизнь перевернулась с ног на голову.

Хмурится, присматривается ко мне, а у меня ноги становятся мягче ваты. Резким движением берет меня на руки и спокойно идет к дому. Не зовет подмогу, охранников, чтобы отдать ношу.

Делает ровные четкие шаги, дыхание даже не сбивается. Чувствую, как слабость отходит. Дышу свежим воздухом.

— Я…

— Что?

— Я могу сама идти. Прошла уже слабость.

Бросает на меня косой взгляд, хлесткий, заставляет опустить свои глаза и прикусить губу, проходит рядом с одним из своих секьюрити, которые смотрят сквозь нас. Подходит к дому, а я краем глаза замечаю Зухру. Женщина сразу же опускает голову при виде нас.

Аслан, так же не отпуская меня из рук, направляется вверх по лестницам. В мою комнату. В два шага проходит вглубь и опускает меня на кровать.

Жду, что отойдет, но он не выпрямляется. Упирает массивные кулаки в подушку по обе стороны от моей головы, а я замечаю, что мужчина не так спокоен, как казалось, у него вена на лбу вздулась и пульсирует.

Глаза горят на смуглом лице и мне становится страшно…

— Часто ты в обморок падаешь, Аийша? — хмурится, всматривается в мое лицо, словно ответы ищет.

— В последнее время бывает, наверное, беременность сказывается.

Кивает, соглашается.

— Как себя чувствуешь сейчас? Нигде ничего не болит? — рука приходит в движение и опять играет с моей прядкой, отбрасывает локон в сторону.

— Сейчас нет. Уже прошло, все хорошо…

— И что мне с тобой делать, маленький журавлик? — Аслан наклоняется и опять накрывает мои губы своими, но на этот раз его поцелуй не алчущий и жадный, лишающий дыхания, а легкий, просто касание горячих губ, словно клеймо, и касание языка, будто хищник лизнул.

Отстраняется, опять смотрит в мои глаза, и огромная рука ласкает мою скулу.

— Спи, Полина, завтра же тебя осмотрит врач.

— Все прошло, — отвечаю робко, но мужчина выпрямляется.

— Это не переговоры, Аийша, завтра ты поедешь в поликлинику на осмотр и полную проверку. Ты носишь моего ребенка, а твоя слабость мне не нравится. Надо понять, что с тобой действительно все хорошо.

Отходит от кровати. Выключает свет. Открывает дверь и на секунду замирает в дверном проеме, а я наблюдаю, как свет рисует контур мощной фигуры мужчины. Аслан словно прилагает усилия, чтобы сделать шаг и оставить меня одну в комнате.

Поворачивает голову и смотрит на меня через плечо, а я от него глаз оторвать не могу, что-то есть в нем демоническое, вселяющее ужас, но это нечто мужчина умеет держать в узде.

— Сладких снов, Журавлик.

Шах выходит и отсекает полоску света, прикрывая за собой дверь, а я закрываю глаза, думаю, что не смогу уснуть и мне предстоит ворочаться всю ночь, но стоит мне закрыть глаза, как сладкая дрема окутывает и улыбка появляется на губах.

Сегодняшний вечер словно переломил что-то во мне, убрал страх, который я испытываю перед восточным мужчиной.

Не полностью, но все же. Я вспоминаю наш вечер, его взгляды, объятия и поцелуи и опять у меня начинает кружиться голова, а глупый голос твердит, что этот мужчина мог сделать со мной все, что угодно, все, что он так желал, но он не тронул, наоборот, был обходителен и позволил почувствовать себя чуточку свободнее, подарил свидание, которого у меня никогда не было.

Я думала, что жестокость Шаха будет заполнять наши отношения, но оказалось, что этот мужчина может быть иным, чуточку менее жестоким. Обходительным. Шах-падишах из сказок, глупой девчонке хочется верить, что в жизни возможны чудеса, что судьба связала меня с тем, кто предначертан, хоть и на задворках сознания звенит колокольчик неверия, но он уже не слышен.