Чтение онлайн

— От младших наставников, — уточнила она. — У старших уроки могут и сто тысяч стоить.

— И что, многие пользуются?

— С улицы — никто. Ну, или я не знаю. Одного урока мало, чтобы что-то отточить, нужно хотя бы пять, а лучше десяток. Слишком дорого. Поэтому к старшим мастерам попадают через личное ученичество, а это надо быть лучшим на потоке, чтобы тебя заметили.

— Хм… А что мешает скинуться, например?

— В смысле?

— Заклинание стоит двести тысяч. Двадцать человек…

— А-а, — не дослушала она. — При покупке ты приносишь клятву, что не будешь передавать заклинание другим лицам.

— Серьёзно? Даже роду?

— Даже своим детям, — рассмеялась Настасья, но как-то быстро поникла, взгрустнув. — Можно купить право для передачи в роду — стоимость увеличивается в десять раз, и это минимум.

— Как-то… жёстко.

— Хех, — улыбнулась девушка. — Ты ещё не слышал, сколько стоит алхимия. Точнее, алхимия, дополнительные занятия, аренда полигонов, доступ к книгам и многое другое. Чтобы ты понимал, если хочешь прогрессировать, то к стоимости семестра желательно добавить столько же. А если хочешь стать лучшим — то две стоимости. Без учёта заклинаний, разумеется.

— Минимум?

— Минимум. Но деньгами всё не закроешь. Они просто ускоряют процесс.

На то, как ела Настасья, было приятно посмотреть. Не зря она про эстетичность упомянула. Есть наше блюдо аккуратно, требовало запредельной ловкости. Девушка не особо заморачивалась, ничуть этого не стеснялась, что и понравилось. Ожидал я от неё другого. Что настолько ухоженная девушка предпочитает рестораны, а не сидеть вот так, на морозе, и закидывать с помощью зубочистки мясо в рот. Столовых приборов нам никто не дал.

Поспрашивал я и про всякое другое. Углубляться не стал. Это пока девушка не знает, что я сотрудник Бюро. Слово «шпик» ко мне быстро прицепится. Как дальше ситуация повернётся, кто его знает. Может, всем плевать будет. А может, и нет. Недовольство, что я служивый, с первых же минут проявилось. Поэтому целью я ставил не секреты вызнать, а очаровать девушку, заложить фундамент для дальнейшего общения. Чем не повод войти в круг студентов? Всяко лишним не будет.

— А что насчёт двухуровневых заклинаний и выше? — спросил я в конце.

Настасья засмеялась.

— Там всё ещё дороже. Слов много, комбинаций из них ещё больше. Если хочешь готовую связку, то готовься платить.

Да уж. Что-то после разговора двадцать миллионов уже не кажутся таким уж большими деньгами. Время вышло, пора было идти. Настасье — на лекцию. Мне — на следующую тренировку.

Поразительно, но факт. Меня попытались подловить. Те два альтернативно одарённых, то есть таких, когда к наличию Дара идёт ещё щепотка тупости и мешок нездорового энтузиазма.

— Эй, солдатик! — преградил мне путь в коридоре не кто иной как Говорун. — Разговор есть.

— Чего тебе, руки-спички?

— Что? — Его лицо вытянулось. — Знал бы своё место!

— Это какое же? — подошёл я ближе.

— Нам такие здесь не нужны! — добавил Буля как-то невпопад.

— Это какие же? — глянул я на него.

— Тупые вояки! — заявил Говорун.

— Да неужели, — расплылся я в улыбке. — Господа, а представиться не желаете?

Поначалу, раз меня записали в «тупого вояку», подстроиться под этот образ было проще простого. Теперь же я показал образ «аристократа». Холодный тон, тщательно отмеренное презрение, гордая осадка и транслируемое ощущение поколений благородных предков за спиной. Говорун аж отшатнулся, уставившись на меня недоуменно. А вот Буля не понял, что поменялось. Нахмурился, но мысль до мозга слишком долго шла. Если вообще шла.

— Михаил Тарсов, — представил благородный говорун.

— Сергей Валовой, — представился и я, как того требовал этикет. — Так что ты там, Михаил, против военных имеешь? С удовольствием послушаю.

— Тебе здесь не место, — повторил Буля, упорно не понимая, что ситуация изменилась. — Отправляйся к своим. У вас отдельная программа. Нечего к нам лезть! — сжал он кулаки.

— Общаешься с простолюдином? — спросил я презрительно у Михаила. — А манерам его не научил?

— Да ты! — вспыхнул Буля и полез на меня с кулаками.

— Хватит! — крикнул Михаил, притормозив подельника.

Вряд ли друга, учитывая, как он подшучивал над Булей во время занятий.

— Ты чего? — не понял тот.

— Представишь свою подружку? — спросил я.

— Если захочет, сам представится, — буркнул Тарсов. — Так, значит, ты из благородных. Почему без перстня?

— Может, потому что не твоего ума дело? На вопрос-то ответь. Всё ещё очень интересно. Или, может, сразу на дуэль прогуляемся?

— Какая ещё дуэль? — заволновался Буля, который явно рассчитывал, что всё пойдёт по другому сценарию.

— Всегда к твоим услугам, — процедил Тарсов.

— Если прилюдно извинишься и выразишь уважение к служивым людям, отпущу.

— Ещё чего, — вздёрнул он подборок. — Выбирай место и время.

— После этого занятия, — прикинул я, что оно у меня последнее. — Где у вас здесь дуэли проводятся, я пока не знаю, так что место с тебя.

— Дуэли запрещены на территории академии, — вставил Буля, переводя взгляд то с меня, то на Михаила.

— Тогда послезавтра, на любой разрешённой площадке, в шесть утра. Желательно поближе к академии, чтобы мне долго на занятия ехать не пришлось.

— После этого занятия встретимся у центрального здания и обсудим детали, — ответил стремительно мрачнеющий Михаил и поспешил свалить.

Буля последовал за ним, но я его придержал. Буквально втолкнул Властью в стену.

— А ты куда собрался? Этот на дуэли своё получит, а ты кто будешь? Имя-то у тебя есть?

— Тарас, — ответил он, подёргиваясь, не в силах освободиться. — Тарас Бойчиков.

Бойчиков? Это же тот, кого упоминала Володянская. Что их семья им проблемы устраивает. Торговый род, не аристократы, но метят в них. Какое неприятное совпадение.

— Ещё один выпад в мою сторону — легко не отделаешься, — предупредил я и отпустил это чудо.

Чудо, сбледнув, поспешило убежать. Удивительно быстро весь его запал кончился.

Де-ла.

Понимая, что от этих засранцев стоит ждать подвоха, направил за ними Око.

А засранцы-то собрались меня Новаторам сдать, как вскоре выяснилось. Ну, пусть попробуют. Только что они себе серьёзные проблемы выписали. Отомщу ведь. Не настолько я хороший человек, чтобы всепрощением заниматься. Оно у меня где-то на Игоре закончилось.