Чтение онлайн

— Ты арестован! — слегка задыхаясь, объявила она и откинулась на спину. — Теперь тебя ждет виселица!

— Кх-м, — раздалось где-то неподалеку.

Как только Мёрси это услышала, она сразу поняла, что у нее неприятности. Она повернулась и подняла голову. На нее сурово смотрела женщина со сложенными на груди руками. Она была одета в черное блестящее платье, украшенное драгоценными камнями, сиявшими, словно звезды. За столом сидели еще одна женщина и восемь мужчин с мрачными лицами.

— Не припоминаю, чтобы я приглашала тебя на эту встречу, — сказала женщина Мёрси. — Кстати, и тебя тоже, — обратилась она к Элли, которая замерла за спиной подруги. Потом женщина пристально посмотрела на Господина Рингса. — А уж тебя я точно не звала.

— Простите нас, ваше величество, — хором сказали два стражника, стоявшие у дверей.

Они вбежали в зал, один грубо схватил Элли, другой потянулся к испуганной Мёрси, вскочившей на ноги. Красивая женщина слегка приподняла руку, согнула ее в запястье, и стражники замерли.

— Вы прощены, — сказала она. — Отпусти девочку.

Стражник, схвативший Элли, повиновался, и она отступила на шаг, с опаской поглядывая на великана.

— Вы императрица? — спросила Мёрси.

— Да, — ответила красавица. — Меня зовут Модина.

— А меня — Мёрси.

— Я знаю. Элли рассказывала о тебе. А это, если я не ошибаюсь, Господин Рингс? — спросила императрица, протягивая руку, чтобы погладить енота.

Господин Рингс смущенно опустил мордочку, Мёрси прижимала его рукой к груди, так что живот остался открытым.

— Значит, весь этот шум из-за него?

— Он не виноват, — выпалила Мёрси. — Мы играли. Господин Рингс был подлым вором, который похитил сокровища короны, а мы с Элли выслеживали его, чтобы передать в руки палача. Просто Господин Рингс оказался очень ловким вором.

— Я вижу, но, увы, у нас сейчас очень важное совещание, на котором нет места ворам, палачам и маленьким девочкам. — Императрица перевела взгляд на Господина Рингса, словно обращалась только к нему. — А енотам, какими бы они ни были симпатичными, вход сюда вообще воспрещен. Будьте добры отнести его на кухню и попросите мастера Тинли дать ему тарелочку чего-нибудь вкусного. Возможно, после этого он перестанет безобразничать. И спросите у мастера Тинли, не найдется ли у него для вас немного ирисок и цукатов? И если он окажется настолько любезным, что выполнит ваши просьбы, предложите ему помощь.

Мёрси начала кивать еще до того, как императрица закончила.

— Тогда вы свободны, — сказала императрица, и девочки, с облегчением переглянувшись, помчались на кухню.

Модина посмотрела им вслед и повернулась к членам совета. Она не села на свое место, а продолжила неспешно расхаживать вокруг длинного стола, за которым сидели рыцари и министры. Тишину в зале нарушали лишь потрескивание дров в камине и стук ее каблуков. Она вела себя так сознательно, поскольку давно поняла, насколько общая успешность ее правления зависит от того, как она себя ведет.

Этой же цели служило ее неудобное, тесное и шуршащее, но вместе с тем потрясающее платье. Модина не раз замечала благоговение в глазах тех, кто на нее смотрел. Благоговение порождает уважение, уважение ведет к уверенности, а уверенность является опорой мужества. Ей требовалось, чтобы ее народ ничего не боялся и отбросил все сомнения перед лицом жестокого врага. Люди даже на краю гибели должны сохранять веру в ее мудрость.

Сидевшие за столом люди не были глупцами. В противном случае они бы не присутствовали на совете. Здесь собрались люди практичные, закаленные в сражениях, и обладающие ясным умом лидеры. Разговоры о непогрешимости дочери Новрона не производили на них ни малейшего впечатления. Для них важнее был подсчет копий и выверенный план действий. Тем не менее Модина понимала, что на самом деле все это пустое. Их не спасут ни воины на поле битвы, ни избранная Богом императрица. Призрачная надежда, вот и все, что у них оставалось, и Модина, как разумный правитель или даже богиня, нуждалась в их слепой вере. Главное — любой ценой выиграть время.

Вот почему она расхаживала, опустив голову и постукивая пальцами по нижней губе. Весь ее вид говорил о том, что она погружена в свои мысли. Казалось, она подсчитывает в уме, сколько у них щитов и мечей, определяет, на каких направлениях нужно будет поставить заслоны действующей армии, какие плотины и мосты следует уничтожить, где расположить кавалерию резерва. Она не хотела, чтобы закаленные в боях мужчины считали ее взбалмошной девчонкой, которая не понимает, какое тяжкое бремя лежит на ее плечах. Модина остановилась, глядя в огонь камина и повернувшись спиной к столу.

— Значит, вы уверены? — спросила она.

— Да, ваше величество, — ответил сэр Бректон. — На сигнальной башне горит огонь.

— Только на одной?

— Мы знаем, что эльфы способны передвигаться очень быстро. Именно по этой причине у нас так много разведчиков.

— Но огонь пылает только на одной башне? — повторила Модина.

— И не случайно.

— Да, конечно, вы правы, — сказала она, так резко разворачиваясь на каблуках, что изящная мантия взметнулась у нее за спиной. — Но одновременно это кое-что говорит об их возможностях. Из двадцати четырех дозорных лишь один успел поднести факел к сигнальному костру. — Она вздохнула. — Значит, они пересекли Галевир. Трент пал. Что ж, отдайте приказ очистить сельскую местность, эвакуировать поселки и деревни, разрушить дамбы и мосты. Мы должны самоизолироваться от остального мира. Давайте оставим только один проход на южном перевале, чтобы им могла воспользоваться принцесса. Благодарю вас, господа.

Совет был закончен, и все встали. Бректон повернулся к Модине:

— Я немедленно отправляюсь в Колнору, чтобы лично проследить за уничтожением тамошних мостов.

Она кивнула и увидела, что Амилия поморщилась при его словах.

— Сэр Бректон, надеюсь, вас не обидит моя просьба взять с собой мою помощницу, чтобы она могла держать меня в курсе событий.

И Бректон, и Амилия были буквально потрясены этими словами.

— Но, ваше величество, я отправляюсь на север, там опасно… — возразил рыцарь.

— Тогда она сама примет решение. Итак, Амилия?

— Как пожелает моя императрица, — кивнув, торжественно сказала та, словно желая показать, что способна перенести любые трудности ради блага империи.

Однако Амилия была не самой хорошей актрисой.

— Сэр Бректон, — сказала императрица, — когда вы будете проезжать через Таринскую долину, проверьте, как поживает семья Амилии, и позаботьтесь, чтобы они перебрались во дворец.

На лице Амилии появилось искреннее удивление.

— Слушаюсь, — сказал сэр Бректон.

Когда Амилия проходила мимо Модины, та протянула руку и сжала ее ладонь.

— И еще одно, — добавила Модина. — Позаботьтесь, чтобы солдат, который зажег огонь на башне, получил поощрение. Его следует наградить.

— Я так и сделаю, ваше величество.

В зал вошли слуги с тарелками, но с виноватым видом застыли на месте.

— Нет-нет, заходите. — Модина махнула им рукой. — Мы с канцлером продолжим в моем кабинете, чтобы не мешать вам накрывать столы для вечерней трапезы.