Научи меня любить
Шрифт:
— А вы не в курсе? Это ведь ваш сотрудник.
— Да, это мой сотрудник и иногда он предлагает… идеи, но вы же понимаете, что если бы они были рабочими, то он бы не был младшим инженером.
— Да, конечно, это логично, — согласился Эрнест, — он был бы по меньшей мере старшим инженеров, верно? — он говорил спокойно, но взгляд был холоден, — так где те проекты, что Майкл передавал вам?
— Проекты, которые Майкл мне передавал? — переспросил Гроун, не понимая, что происходит и где он мог допустить ошибку, — думаю, что если он передал что-то любопытное, то я бы сообщил вам.
— Но вы ведь их сохраняли у себя, верно? Или сразу выбрасывали? — Эрнест пристально смотрел на обоих мужчин и если Майкл был весь красный как рак, судя по всему, от злости, то Гроун выглядел спокойным…
— Я уже не помню, вы правда думаете, что я так серьёзно относился к работам младших сотрудников? Или вы правда думаете, что он один способен создавать идеи?
— Я просто уточняю, вот и все, — Эрнест улыбнулся, — спасибо, что уделили нам время, вы можете идти, — проговорил он и когда мужчина вышел, связался с секретаршей, — пусть кадры подготовят бумаги на увольнение Гроуна и пусть его выведет охрана с территории моего завода, — слово "моего" Эрнест подчеркнул особо.
Майкл, которого не попросили выйти, озадаченно пыхтел на стуле, напоминая чайник, но услышав последние слова Ардена вскинул голову, — получается вы поверили мне? Но почему?
— Потому что быть вы и правда таким бездарным, как он пытался показать, он бы рассказал о всех ваших глупых идеях, да и эмоции свои вы скрываете плохо, мистер Тэтчер, пыхтите, сопите, краснеете…так не будет себя вести лжец и вор…
Майкл смутился, но спорить не стал. Итак в последнее время, все наперекосяк.
— Спасибо, что поверили мне.
Эрнест кивнул, — что ж, я посмотрю ваши идеи сам, думаю, недели мне хватит и потом мы поговорим о том, чтобы перевести вас на более высокую должность, если вам это, конечно, интересно… Это то, что касается работы.
Теперь стоит обсудить вопрос более сложный… Я не консерватор, я не против вашего общения с Ребеккой, но, все же, вы оба должна соблюдать правила и общепринятые нормы…
— Да, сэр, конечно… Я знаю, что был не прав, когда пригласил ее на свидание, но…
— Но вы все равно это сделали, — Эрнест пожал плечами, — нет смысла это обсуждать.
Главная проблема сейчас — мать Ребекки…
— Да, я понимаю, — парень снова сник, — но я… я обязательно найду способ, чтобы доказать, что смогу сделать Бекки, простите, Ребекку, счастливой. Просто… мне кажется, что я не смогу жить без нее. Понимаю, это звучит глупо, но это так.
Эрнест кивнул, — это звучит не глупо, я тоже люблю свою жену именно так, — он вздохнул вспоминая Эмили, — я попробую сам поговорить с ее мамой и попросить ее встретиться с вами за ужином, в нашем доме… А дальше уже все будет зависеть только от вас…
— Спасибо, — Майкл снова закивал, не слишком вдаваясь в подробности отношений шефа с женой. Но, с другой стороны, если тот тоже влюблен, то он должен помочь. Ведь они с ним в одном лагере. Они оба любят и любимы. Причем в отличии от Эрнеста, Майкл не сомневался ни в первом, ни во втором.
— Я сообщу вам детали ужина чуть позже, — Эрнест посмотрел на часы, — а теперь нам обоим пора вернуться к работе… Пока у вас не будет начальника, но мы этот вопрос в скором времени решим… Главное, ничего никому не говорите о причинах увольнение мистера Гроуна, нам не нужны лишние сплетни…
— Да, сэр, конечно… Спасибо, я…
Парень искренне улыбался, сам не зная, что порадовало его больше. То ли, то, что его сочли не самым последним кандидатом на роль поклонника Бекки, то ли, что не выставили с работы. Но в любом случае, он оказывался в плюсе.
Простившись, он вышел из кабинета и озарив сияющей улыбкой секретаршу, которая лишь покачала головой, отправился на свое рабочее место, по пути осознавая, что раз его идеи, и правда, работают, то есть смысл продолжать
После ухода Майкла, Эрнест вернулся к своей работе потому как после их приезда с Эмили из не планированного короткого путешествия, накопилось много бумаг, которые Арден должен был просмотреть и подписать.
Конечно, это мог сделать и старший смены или бухгалтер, но Эрнест предпочитал быть в курсе всего, что касалось его заводов, быть может именно поэтому, дела у него шли лучше, чем у многих.
Уже ближе к концу рабочего дня, в кабинет заглянула секретарша, — Мистер Арден, вам доставил конверт без подписи и обратного адреса, — она положила письмо перед Эрнестом и вышла из кабинета, а Арден, несколько минут рассматривал конверт, но потом все же вскрыл.
Хмуро прочитав записку, он смял ее и сунув в карман брюк, вышел из кабинета, — до завтра, — бросил он секретарше.
Такое позволять он не собирался, раз ему уже на работу шлют анонимные записки, что его жена целуется с мужчинами на улице.
Он не хотел еще больше усугублять их отношения с Эмили, но понимал, что и не отреагировать просто не может.
Домой он приехал злой и с твердым намерением поговорить с женой и рассказать ей о том, как она должна вести себя в обществе, — Эмили дома? — спросил он у дворецкого?
— Нет, сэр, — отозвался дворецкий, — она уехала еще днем на Пежо.
— Даже так, — хмыкнул Эрнест, — когда вернется, пусть зайдет ко мне в кабинет, — попросил он и ушел наверх, еще не хватало, чтобы она ездила к своему любовнику на машине, которую он для нее купил… С ума сойти…
— Конечно, сэр, — дворецкий почтительно кивнул, — ужин подавать, когда вернется мадам?
— Нет, ужин будет как обычно, если мадам не успеет, это ее проблемы…
Дворецкий никоим образом не показал, что он удивлен столь строгим решением, и чуть склонив голову, в знак согласия, удалился. Спорить с хозяином дома он не планировал.
Эрнест же тем временем, продолжил свой подъем наверх. Честно говоря, ему есть вообще не хотелось, намного сильнее он хотел поговорить с женой и выяснить, что еще она себе стала позволять.
Эмили высадила Пита около его дома, пообещав, что обязательно обсудит с Эрнестом того милого зебренка и его мать и в сотый раз выслушав, как это будет здорово, помахала мужчине рукой.
Сейчас, оставшись одна, она подумала, что невероятно благодарна Питу за его появление. Потому что иначе, она не представляла бы как повести себя в той ситуации. Не вырываться же силой посреди улицы…
Заезжая во двор, она посмотрела на часы, понимая, что слегка задержалась, но остановить говорливого Пита было просто невозможно.