Навечно твой
Шрифт:
«Что теперь?» — спросил Мортимер.
Скотти какое-то время молчал, обдумывая все варианты.
«Одилия должно быть поняла, что мы все выяснили, и поняли, что она стоит за всем», — заметил Мортимер.
Скотти кивнул. Это означало, что она знала свою судьбу, если остановится. Одилия была изгоем. Она убила одну из телохранительниц Киры, ранила и чуть не убила Магнуса и Рикарта и неоднократно пыталась убить Бет. Совет приговорит ее к обезглавливанию.
— Она не остановится добровольно, — заметил Мортимер. — Ей нечего терять.
«И она, не колеблясь, возьмет с собой Бет, лишь бы не позволить себя поймать», — прорычал Скотти. — И Донни тоже, если он в фургоне.
Мортимер потянулся к ремню безопасности и спокойно застегнул его. Скотти нет. Ему нужно было быстро выбраться, как только он остановит машины.
— Извини за фургон, — с сожалением сказал Скотти.
— Совет заменит его, — сказал Мортимер, пожав плечами.
Кивнув, Скотти немного отстал и направился к фургону, сначала слегка толкнув его, но продолжая рулить вправо и заставляя фургон Одилии ехать к канаве на обочине дороги. Она застала его врасплох, когда внезапно свернула влево, направляясь прямо в него. Скотти держался ровно, но быстро понял, что она просто пыталась отвлечь его, когда увидел дерево впереди на обочине дороги. Он внезапно сглотнул комок в горле, опасаясь, что точно знает, что она сделает, и зная наверняка, что уже слишком поздно, чтобы предотвратить это. Одилия резко повернула к тому большому старому дубу.
Скотти тут же ударил по тормозам, практически встав на них в своей решимости остановить проклятый фургон, когда Одилия врезалась в дерево. Тем не менее, он не попал в аварию, промчавшись мимо, когда фургон врезался в дерево, двигатель спереди взорвался при ударе.
Выругавшись, Скотти дернул руль, чтобы снова развернуть фургон, как он сделал это на взлетно-посадочной полосе, и поехал назад, чтобы остановиться позади уже горящего фургона. Молясь себе под нос, он распахнул дверь и побежал к задней части другой машины, чуть не вырвав двери в своем отчаянии. Дым тут же вырвался наружу, но он заметил пару обмотанных цепями ног и схватился за одну ногу, чтобы подтащить неподвижное тело к себе.
— Это Донни! — сказал Мортимер. «Он мой. Возьми Бет.
Оставив юного бессмертного Мортимеру, Скотти забрался в фургон и ощупывал его, пока его рука не нашла волосы. Ползя дальше вперед, он проследил за волосами к голове, затем к шее и, наконец, к плечу и руке, когда дым сгустился, а жар увеличился, предполагая, что пламя приближалось. Схватив тело за одно запястье, Скотти быстро пополз назад, увлекая за собой того, кто это был. Только когда он выбрался из машины и вытащил верхнюю часть тела из дыма, он смог разглядеть и точно понять, что это была Бет.
— Слава Богу, — выдохнул он, подхватив ее и повернувшись, чтобы быстро отнести к задней части фургона Мортимера. Он осторожно уложил ее рядом с Донни на заднее сиденье, а затем повернулся к горящему автомобилю, но Мортимер поймал его за руку.
— Ты ничего не можешь для нее сделать, — тихо сказал он.
Скотти уставился на горящую машину. Передняя часть была полностью охвачена пламенем, которое медленно двигалось назад, пожирая внутреннюю часть фургона. Одилия никак не могла быть жива.
Сглотнув, он снова повернулся к Бет, чтобы оглядеть ее. Судя по тому, что он мог видеть, у нее было множество синяков, порезов и пара сломанных костей. Но они заживут достаточно быстро. Она жива, и это главное.
— Я поведу, — предложил Мортимер.
Кивнув, Скотти забрался в заднюю часть фургона и посадил Бет к себе на колени, чтобы убаюкать ее на обратном пути.
Мортимер закрыл двери.
Глава 19
Бет перевернулась на бок с легким вздохом, а затем сонно открыла глаза, только чтобы нахмуриться, когда обнаружила, что смотрит на бледно-желтую стену.
— Только не снова, — пробормотала она. «Кажется, я ненавижу эту комнату».
«Ну, ты провела в ней уйму времени, и вовсе не по той причине, для которой она была предназначена».
Быстро перевернувшись на спину, Бет повернула голову и уставилась на Скотти, ее глаза быстро сузились. «Ты.»
Его лоб озабоченно нахмурился. — Я сделал что-то не так, любовь моя?
— Ты спал с Одилией! Бет обвинила. — Какого черта ты это делал?
Скотти со вздохом опустил голову и пробормотал: «В то время я думал, что она моя спутница жизни».
— Я так и поняла, — отрезала она. «И я даже могу понять, первый раз. Но как только ты действительно переспал с ней, ты наверняка почувствовал, что это не совсем правильно? Она описала тебя как нежного, заботливого и милого, ради всего святого, — с отвращением сказала Бет. — Это не секс со спутником жизни, Скотти.
«Нет, это не так, — согласился он с кривой улыбкой, а затем указал: — Но мне не с чем было сравнивать в то время».
— А что на счет обморока? — спросила она, уже зная ответ. — Это могло быть хорошей наводкой.
Скотти поморщился. «Я слышал о случаях, когда спутники жизни иногда не падали в обморок. Нет, пока они не научатся доверять друг другу и не будут готовы эмоционально отпустить себя».
Когда Бет просто посмотрела на него, он сказал: «Правда, девочка, я чувствовал, что чего-то не хватает, но подумал, может быть, она просто недостаточно доверяла мне или что-то в этом роде. Пока я не увидел общие сны с тобой во время поездки в Испанию, я понял, какую ошибку совершил. Когда тот секс во сне был таким горячим и страстным и в миллион раз лучше, чем настоящий секс с Одилией, я понял, что совершил ошибку».
— Угу, — мрачно сказала Бет. — И, видимо, ты совершенно упустил из виду, что она сумасшедшая, чокнутая?
— Да, — серьезно сказал Скотти.
— Ты не мог ее прочесть, Скотти, — тихо заметила она.
«Я знаю, но я не пытался читать ее снова после той первой ночи, пока не вернулся из поездки в Испанию, поняв, что она не моя спутница жизни. И тогда я попробовал снова и смог прочитать ее».
«Действительно?» — удивленно спросила Бет.
Скотти кивнул. «Должно быть, она прочитала меня в ту минуту, когда я вошел, и поняла, что происходит. Если она на тот момент уже сошла с ума, то, должно быть, скормила мне свои мысли, а не я их прочитал. Как бы то ни было, когда я смог прочитать ее, я решил, что моя неспособность прочитать ее раньше, должно быть, была вызвана тем, что она была временно потрясена тем, что видела в доме, из которого мы вас спасли. Я подумал, может быть, это напомнило ей об ужасах ее детства, и она была в шоке той ночью или что-то в этом роде».
— Временное безумие? она предположила.
— Да, — согласился он. «И она, казалось, достаточно легко приняла это, когда я сказал ей, что совершил ошибку, и мы не были спутниками жизни, так что….». Он беспомощно пожал плечами.
«Ой.» Бет облегченно вздохнула, и вместе с ней ушло ее раздражение. Через мгновение она сказала: «Итак, последнее, что я помню, я была на полу в одной из будок, а потом Одилия выстрелила в меня из своего проклятого дротика. еще раз, — сухо добавила она. Подняв брови, она спросила: «Что случилось после этого?»