Чтение онлайн

— П-полковник Дэниас Т-тэрис, — развернула кисть руки так, чтобы можно было считать штрих-метку.

Метку считали сканером. Один из военных разблокировал систему безопасности кресла и вытащил меня из капсулы. Сверив все штрих-метки, военные прямо на месте удалили из меня эргийский чип, сделали экспресс-анализ крови и поместили в мобильную сканер кабину. Через минуту мне на руки выдали распечатанный отчет: «Объект номер 312/5. Инфекций не выявлено. Группа здоровья первая. Посторонних предметов не обнаружено. Следовать в зал ожидания по желтой линии».

— Следуйте по желтой линии, — сообщил один из военных и указал рукой на разметку, нанесенную на пол.

Не спуская своего испуганного взгляда с вооруженных бойцов в боевых скафандрах, я попятилась в указанную сторону. Военные тоже смотрели на меня, видимо не в силах поверить, что отпускают эргиссу одну разгуливать по станции. В конце концов, один из них произнес:

— Вас проводят.

Меня сопроводили в зал ожидания и усадили в кресло, расположенное в центре зала в поле зрения администратора и дежурного. В зале было очень много народа, но при моем появлении общий гул голосов ожидающих переброски или нового назначения на другое место службы стих.

— Ваш номер триста двенадцать дробь пять. Когда этот номер высветиться на табло, то Вы должны подойти к администратору. Покидать зал нельзя. Вам все ясно? — строго спросил военный, который привел меня в этот зал.

— Да, сэр, — тихо ответила я.

Военный удалился, а я осталась сидеть в кресле, с опаской осматриваясь по сторонам. Ближайшие ко мне кресла быстро опустели. Со всех сторон на меня бросали оценивающие, презрительные или откровенно враждебные взгляды. Я опустила глаза в пол и старалась не на кого не смотреть. До моего слуха стали доноситься обрывки фраз: «Что эта тварь здесь делает?», «Могли бы и багажом отправить», «Какого черта…», «Кто ее хозяин?», «Видно хорошо работает…». Негативный эмоциональный фон мешал мне сосредоточиться и обдумать произошедшее. Я никак не могла понять причины, по которым меня не арестовали, не поместили в камеру, а проводили в зал ожидания. Ожидания чего, кого? Неужели меня кто-то ищет? Дэн? Папа? В следующее мгновение мое сознание затопило щемящее душу чувство тревоги. Я зажала свой рот рукой, чтобы не вскрикнуть от собственных страшных предположений. «О, Свет! А если они пострадали в этом бою? Я же ничего о них не знаю!». Резко встав с кресла, я уверенным шагом направилась к администратору.

— Скажите, где можно посмотреть списки погибших и раненых?

— У вас есть электронный документ удостоверяющий личность? — вопросом на вопрос ответил администратор.

— Нет, — ответила я и отрицательно покачала головой.

— Тогда вернитесь на свое место и ждите доверенное лицо.

— Кто им является?

— Вы не знаете, кого назначили своим доверительным лицом?

— Нет. Когда это произошло? — поинтересовалась я.

— Не могу вам ответить. Вернитесь на свое место, — с нажимом ответил администратор.

— А если, не дай Свет, это доверительное лицо не появится, мне что тут у вас палаточный лагерь разбивать? — не выдержала я нервного напряжения и в первый раз в жизни начала кричать на кого-то, — а если Вам так нужны мои документы, то поищите их на том транспортном судне, которое эрги захватили пятнадцать лет назад!

Я развернулась от стойки администратора и быстрым шагом вернулась к своему креслу. Слезы обиды душили меня. Я сжала кулаки и быстро стирала соленые капли со своих щек. Мысленно послав всех презирающих меня военных лесом, я гордо подняла голову и устремила свой взгляд в никуда. Мне не за что оправдываться перед ними. И не им строить домыслы на счет меня. Это не их держали в клетке, заставляли пить кровь, били, травили, унижали и продавали.

Через несколько минут мне удалось справиться с обидой и выровнять дыхание. Желудок болезненно сжался от голода. Я взглядом отыскала буфет-автомат и стала наблюдать за принципом его работы. Убедившись, что никаких документов для получения питания не надо, я направилась к автомату и взяла три контейнера воды, три тюбика с пюре и два брикета с витаминами. Быстро и жадно все съев под цепкими взглядами военных, я посетила санитарную зону и направилась к своему креслу. В зале стало еще больше ожидающих, и все кресла, включая и мое были уже заняты. Я отошла к стене и прислонилась к ней плечом.

— Эша? — раздался рядом со мной удивленный возглас.

Я обернулась и увидела капитана Саркиса:

— Капитан Саркис! — радостно воскликнула я.

Капитан осторожно по-дружески похлопал меня по плечам, словно проверяя, что я действительно не привиделась ему.

— О, Свет! Жива! Как же ты… здесь?

— Сама не знаю, мне велели идти по желтой линии в зал ожидания…

— Тебя же эрги тогда забрали…

— Они были в таких же скафандрах, как и у службы безопасности, я только через час поняла…

— Как ты здесь-то оказалась?

— Эвакуировалась на капсуле-шлюпе… А вы ни чего не знаете про отца и Дэна?

— Нет. Но можно сделать запрос…, — мы подошли к информационному терминалу и капитан Саркис быстро получил интересующие меня сведения, — твой отец сейчас выполняет боевое задание, данных о ранениях нет. По брату та же информация. Они оба живы и здоровы.

— Слава Свету… Спасибо, а то мне отказались выдавать какую-либо информацию из-за отсутствия документов…, — выдохнула я и с благодарностью посмотрела на капитана.

— А что ты здесь делаешь?

— Администратор сказал, что за мной должно прибыть какое-то доверенное лицо…

Выражение лица у капитана сразу помрачнело. Он тяжело вздохнул и сказал:

— Эша, после того как эрги устроили диверсию на «Светляре», твоего брата отстранили от занимаемой должности. Его дело было рассмотрено дисциплинарной комиссией. Вина в произошедшем инциденте была признана частично. Дэниас Тэрис до сих пор в звании майора и вряд ли ему когда-то разрешат исполнять обязанности командира крейсера. Крейсер «Светляр» был списан, так как не мог нести службу после полученных повреждений… На твоего брата было наложено материальное взыскание за ущерб нанесенный крейсеру и причинение вреда здоровью военнослужащих. Нам повезло, что никто не погиб. Все имущество Дэниаса Тэриса было конфисковано и в дальнейшем распродано. Я периодически интересовался ценой права собственности на пропавшую без вести эргиссу, но цена оставалась неизменной: сто тысяч галактических единиц. А два года назад на мой запрос пришел ответ, что право собственности приобретено другим покупателем. Мне очень жаль…

— А мой отец, он мог приобрести это право собственности? — глухим безжизненным голосом спросила я.

— Скорее всего, нет. Крейсер «Свар-Га» только год назад вернулся с выполнения своей миссии. Я отправил сообщение твоему отцу, в котором кратко изложил ситуацию, но встретиться с ним нам так и не довелось… Эша, я рассказал то, что мне известно. Но судя по тому, что ты сейчас находишься в зале ожидания, а не под арестом, то ситуация в корне изменилась. Дай, пожалуйста, твой талон.

Я передала талон и следом за капитаном пошла к стойке администратора.

— Сэр? — обратился к нам администратор.

— Сообщите, пожалуйста, полное имя объекта под номером триста двенадцать дробь пять, — попросил капитан.

Администратор снова смерил меня недовольным взглядом и произнес:

— Гира Кэшери эр Вирг.

Удивление на моем лице медленно сменилось глуповатой и самой счастливейшей улыбкой во всей галактике. Я взвизгнула, подпрыгнула, захлопала в ладоши и чмокнула капитана в щеку.