Чтение онлайн

— Потому что!

Лишь покачав головой, он сжал пальцами мои кисти.

— Перестань! — мне было нереально бороться с ним.

В итоге, заведя руки мне за голову, он вынужден был податься вперед, тем самым соприкоснувшись кончиком своего носа с моим.

— Я соскучился.

Глубоко вздохнув, я прикрыла глаза, чувствуя его поцелуи.

Он будто бы издевался, дольше, чем обычно, лаская мне шею и выступающие косточки ключиц. Лишь потом, потом-потом, когда я смирилась настолько, что уже не пыталась вырваться, а уже добровольно оставив руки где-то там, на подушке, спустился чуть ниже.

Его пальцы только лишь на мгновение коснулись груди, после чего, проведя по коже, согрели мои лопатки, тем самым обняв меня.

Я ощущала невероятный прилив возбуждения от каждого соприкосновения его губ и языка со своей грудью. Он никогда столько долго не увлекался именно ей, только ей. Обычно я чувствовала его по всему своему телу. Сейчас все было иначе.

Я чуть поморщилась, почувствовав, как его зубы зажали сосок, но подобную боль стерпеть было легко. Она была еще более возбуждающей.

— Ай, — простонала я, когда он засосал его. А затем повторил то же самое со вторым соском, одновременно сжав ладонью освободившуюся от его терзаний грудь.

В этот момент я все-таки решилась нарушить его покой и прикоснулась кончиками пальцев к его волосам. Но реакция была все та же.

Отвлекшись, он перехватил меня и, сжав в своих ладонях мои, развел их в стороны.

— Не торопи меня.

— Я не…

Прижав палец к моим губам, он покачал головой.

Я ответила ему на поцелуй, стараясь как можно нежнее касаться языком его языка, но он все равно не попался на этот крючок.

— Я так скучал, — прижавшись носом к моим волосам, пробормотал Романов.

— Я тоже…

— Порой мне кажется, что все самое красивое, что только возможно представить себе в женском теле, собралось вот здесь, — немного отвлекшись, он провел пальцами по моему телу: от самой шеи до коленок.

Улыбнувшись, я предприняла попытку спрятать лицо, прижавшись им к его предплечью. Получилось не очень.

— Что? — рассмеялся он, видя, как я краснею. — Думаешь, это не так?

— Думаю, ты преувеличиваешь…

— Серьезно? — как-то слишком бурно отреагировал он. — Ха-ха-ха! Может, преуменьшаю?

— Не-е-ет! Ай! Перестань! — он ущипнул меня, и пришлось прикрывать грудь рукой, чтобы этого не повторилось.

Мне было так странно оттого, что Романов молча рассматривал меня. При этом еще и вновь убрав мою руку так, чтобы она ему не мешала.

Воспользовавшись этим, я сцепила наши с ним пальцы, чтобы хоть как-то… отвлечь себя.

Он сначала никак не реагировал на это, а потом Дима прижал наши руки к кровати, воспользовавшись тем, что я опять-таки не способна противостоять его действиям.

Ощущая, как он дышит на кожу моей груди, как вновь целует ее, я поняла, что со временем мое стеснение проходит. В конце концов, любое из его действий доставляло мне удовольствие.

То как он подцепил кружевную ткань моего нижнего белья, и то как он плавно спустил его вниз, и даже то, что он целовал мои бедра и колени, остановившись лишь в районе икр, прежде чем я оказалась полностью раздетой и незащищенной ничем, — все это дарило мне возбуждение и предвкушение тех самых сладких эмоций, которые я готова была ощущать с ним каждую секунду своей жизни.

Самостоятельно сняв с себя футболку, он остался голым по пояс, но далее раздеваться не стал, а в который раз прижался ко мне, согревая дыханием и своими поцелуями мои ноги.

Если честно, я была в некой растерянности, потому что казалось, будто мне не совсем удается предугадать сценарий, по которому он играет со мной. В моем представлении, Дима должен был позволить мне ну хоть что-то, однако…

Я поняла, что была права. У него свой план, свои мысли и желания. Мне стало это очевидно, когда он замер возле моего живота, прижавшись носом к моей коже, а после развел мои ноги чуть в сторону.

То, что я испытала, когда его губы коснулись той самой-самой трепетной части моего тела, побудило меня выгнуться на кровати и издать стон, который показался до неприличия громким. Боже, эти ощущения. Эта ласка, непередаваемая словами… она умудрялась пронзать все мое тело, сводить с ума, заставлять меня напрягаться, потом вновь расслабляться и вновь сходить с ума, стараться сдержать рвущиеся наружу эмоции… и все это сразу. Одномоментно. Как же это было великолепно. И как же он умел творить со мной это чудо. Хотелось отдать ему все, всю себя, лишь бы оставаться в его руках, и чтобы он не переставал столь тонко чувствовать каждое из моих желаний. Ведь это действительно было для меня удивительным. Как он может настолько точно предугадывать то, что нужно сделать, чтобы вывести меня на столь яркие эмоции.

Накрыв руками его ладони, которые в определенный момент дотянулись до моей груди, я уже не ощущала в себе ни капли от того смущения, что было вначале. Мне хотелось рвать и метать, и чтобы он был со мной жестким и настойчивым, чтобы делал все то, что ему хочется, не обращая внимания на мои попытки сопротивления.

Я была благодарна своей судьбе за то, что она подарила мне этого мужчину, потому что именно с ним, с ним, только с ним, я была уверена в этом, мне повезло испытывать подобные чувства. Сводящие с ума чувства.

Выбравшись из-под моих рук, Романов обхватил пальцами мои бедра, видимо, для того, чтобы удержать меня, но этого явно было недостаточно. С каждой секундой его ласки буря, бушевавшая во мне, разгоралась все сильней и сильней. А в тот момент, когда я оказалась на том самом пике возбуждения, когда он довел меня до оргазма, мне показалось, он все-таки потерял свой контроль.

Зажав его между ног, я впилась пальцами в Димины волосы. Странно это описывать, но именно в тот момент я поняла, что не только принадлежу ему всецело, позволяя делать с собой все, что ему хочется, но и он. Он мой. И он делает все для того, чтобы я была невероятно счастлива. Он делает все, что только можно для того, чтобы я испытала с ним непередаваемые ощущения. Он делает все-все-все и даже больше, чтобы я испытала самое лучшее из чувств именно с ним.

И это вызвало во мне неожиданный для происходящего поток эмоций. Мне захотелось подарить ему весь мир. А точнее… всю себя. Всю целиком. Принадлежать ему и только ему.

И чтобы он всегда был рядом и, не переставая, так же как и я, наслаждался нашими минутами.

Я вдруг поняла очевидное, что и так давно осознавала, что было произнесенным и обдуманным бесчисленное количество раз.

Это был мой мужчина. Мой! Мой. Который был тем самым. Подаренным судьбой.

Меня накрыла эта волна чувств и эмоций.