Не бойся. Я рядом
Шрифт:
— Поздравляю! — пожав Паше руку, произнес Роман. — Я так понимаю, это планировалось.
— Естественно, — подтвердил догадку друга хозяин дома.
— Ну я помню, мы это обсуждали как-то. Здорово, — не выдержав, друг обнял Павла, хоть было и заметно, что это его смущает.
Все-таки парни такие милые. И реагировали на подобное очень забавно. Ваню вон с Антоном продолжало накрывать на различные странные шутки. Но так или иначе… они были рядом и, конечно же, поздравляли Пашу, который, кажется, был немного растерян из-за того, что большее внимание привлекла к себе Наталья, ведь именно ее облепили со всех сторон. Либо же… либо же его смущение возникло немного из-за другого.
И тут я поняла, что… что сама чувствую себя как-то не так. Потому что… потому что место возле меня пустовало, однако… однако моего молодого человека среди поздравляющих… не было. Его вообще среди нас не было. Его не было в гостиной. Не было.
Я специально поднялась со своего места и осмотрелась по сторонам. Решив, что уже поздравляла ребят с их самым счастливым событием в жизни, поэтому могу повременить с повторными теплыми пожеланиями, я, теряясь в растерянности, вышла в холл. Там тоже было пусто. В ванной, судя по всему, был выключен свет, так что там однозначно никого не было, поэтому, приподняв подол платья, я прошла на кухню.
— Дим? — увидев своего мужчину стоящего возле окна в темноте и тишине, насколько это было возможным в доме, где происходило торжественное мероприятие, я подошла к нему.
По тому, что он сделал вид, будто бы не заметил меня, я поняла что, видимо, следующие минуты будут не самыми простыми:
— Дим? — прикоснулась я к его плечу. — У тебя все нормально?
— Да, — едва заметно отклонившись, кивнул он.
— Почему ты ушел?
— А-а-а… — прикрыв глаза, он помотал головой. — Просто… просто так.
О чем-то думая, Романов пристально смотрел в темное окно и стучал пальцами по подоконнику.
Я поняла, что у него что-то произошло. И что его состояние на данный момент очень опасно, как для него самого, так и для меня. Был вариант уйти, оставив его в покое. Но-о-о…
— Может, поговорим? — рискнула я, дотронуться до его руки.
— Нет, — сразу же дернулся Франк.
— Ти-и-ихо, — перепугалась я. — Ты чего так…
— Я могу побыть один! — в конце концов, он все-таки посмотрел на меня, хотя явно не желал этого делать.
— Дима, — увидев выражение на его лице, я не выдержала. — Ты чего?
Потянувшись к нему, была отвергнута:
— Оставь меня, пожалуйста, — развел он в стороны мои руки. — Одного.
— Я же хочу помочь.
— Отстань от меня!
Отпрянув, я испытала шок. Мне было очень неприятно из-за того, что он посмел крикнуть на меня, но-о-о… опять это «но-о-о»…
— Я не могу тебя оставить, — отрицательно помотав головой, сдержав слезы, прошептала ему в ответ на агрессию.
— О боже… — видимо, на этот раз сдержав порыв гнева, Франк ударил по стенке и прижался к ней головой. — Почему я просто не могу побыть один? Почему надо припираться и доставать меня? Почему…
— Перестань! — до ужаса боясь его, я все-таки вновь прикоснулась к его пиджаку рукой.
— Уйди!
— Я не уйду! — сжав челюсти, заявила ему.
— Мха, — проведя пальцами по глазам, присел он на подоконник, позволяя мне тем самым занять место перед собой.
Кажется… кажется он смирился, что не будет один.
Приободрившись, чуть осмелев, я накрыла ладонями его руки.
— Что произошло? Расскажи мне, пожалуйста…
Романов отказался этого делать. Я это поняла по его молчанию.
— Дим, я тебя не понимаю, — в конце концов, не добившись от него откровений, я решила сама перейти к самому главному и пугающему меня. — Твои самые близкие друзья сказали, что у них скоро будет ребенок…
На этом он пришел в движение, заерзав на месте.
— Мне казалось… — развела в стороны руки. — Ты будешь первым, кто броситься поздравлять их…
— Мало ли что тебе кажется, — огрызнулся он.
— Дим! — перебила я его, понимая, что если буду обращать внимания на его едкие высказывания, мне не хватит сил договорить с ним. — Почему ты так реагируешь? Зачем ты убежал? Я тебя не понимаю! Не понимаю! — это было правдой. Никаким образом я не могла объяснить себе его поступок.
–
— Не понимай, — его взгляд был холодным и безразличным.
— А почему ты говоришь со мной так… так грубо? — было больно. — К чему тогда все твои слова до этого, в которых ты сам говорил о том, как я дорога тебе и близка. А теперь я вдруг не нужна и можно обращаться со мной…
— Да что ты пристала ко мне? — рявкнул он. — Я сказал: мне надо побыть одному! Ты не отстаешь! А еще и что-то хочешь получить…
— Я хочу понять тебя! — перебила его. — Почему ты поступаешь так бессовестно и дико? В соседней комнате твои близкие родные люди, которые нуждаются в тебе, в твоей поддержке, а ты…
— А ты ведешь себя как последний мудак, — закончили за меня.
— Мы с Димой одновременно повернулись в сторону выхода из кухни. Там стояла Наталья и, перекрестив на груди руки, смотрела на нас.
— Твою мать, — разобрала я шипение Романова.
Вскочив на ноги, он хотел было покинуть помещение, но тут…
Но тут перед ним возник Павел, который перекрыл собой проход и это, судя по всему, ввело Дмитрия в ступор.
Мы молчали. Все вчетвером. Довольно долго.
При этом я чувствовала негатив, который исходил от Натальи, все это время пристально смотрящей на Дмитрия. Франк же не сводил взгляда с Павла, тот будто бы также принимая участие в этой совершенно не забавной игре, смотрел на свою жену, явно игнорируя Романова.
— Ну так что… поговорим? — это была Наталья, сделавшая первая шаг в сторону Димы. — Давай поговорим начистоту.
Фыркнув себе под нос, поняв, что уйти не получится, Франк сдал назад.
— Ну куда ты бежишь? Бежишь как всегда!
— Не надо так! — поскольку Романов явно не собирался отвечать ей, не выдержала я, встав между ними. — Не набрасывайся на него.
Как-то горько улыбнувшись, она ответила:
— Я тебе не завидую. Ты так намучаешься с этим психом.
— Это мои проблемы, и я не просила переживать за себя, — ответила ей. — Если ты собралась говорить, то делай это нормально.
Склонив голову набок, она, видимо, приняла во внимание мою просьбу. Потому что спустя некоторое время, за которое нас вновь поглотила гробовая тишина, Наталья еле заметно кивнула.
Медленно пройдя мимо меня, она замерла напротив моего молодого человека, который к тому времени попытался слиться с очередной стеной.
— Я никогда не поверю в то, что ты не рад за нас, — произнесла Наталья. — Я же знаю, как ты нас любишь.
Его реакция на ее слова вызвала во мне глубокий шок.
— Дима! — мы обе приблизились к нему, но пользуясь тем, что он все равно не смотрит на нас, прижав пальцы к глазам, его подруга жестом попросила меня притормозить и дать ей время.