Чтение онлайн

— Не нужно, Ром! — рассмеялась Горянова, которую впервые так странно и так по — детски забавно делили. — Давай обойдемся без приступов ревности! — и добавила уже мелкому, не скрывая счастливой улыбки: — Ты позволишь мне раздеться, Елисей?

И с этого мгновения весь вечер Даринка уже не переставала улыбаться от нежности и умиления. Всё в этом доме было светлым и теплым: и интерьер внутри, и атмосфера, а главное — люди…

В небольшой круглой комнате с настоящим старинным шелковым абажуром и с овальным столом, покрытым вязаной белой скатертью с бахромой, разместилась почти вся Ромкина семья: две сестры с мужьями и мама. Детей, правда, не позвали — банально не хватило места, да, к счастью, им было чем заняться — они с удовольствием распаковывали Даринкины гостинцы, за старшую с ними оставили Бьянку, еще одну дочку Оттавии (Паола в тот вечер работала в отеле). Это занятие настолько их увлекло, что даже Елисей присоединился к ним. Хотя, если честно, Елисей оторвался от Горяновой, только когда получил взамен неприкосновенную ранее коллекцию маленьких машинок, которую, как оказалось, кропотливо собирал все свои сорок три года Роман Владимирович. На меньшее троглодит был не согласен… Дядя Рома должен был сделать серьезный жизненный выбор. Коллекция или Горянова…

— Вот, гад! Не мытьем, так катаньем… — ворчал Савелов, вызывая истерический смех у своих сестер.

— Ром! Ты как маленький! — хохотали они, как он, вынимая их шкафа коллекцию, расстроенно морщился и грозился надрать задницу мелкому, если тот хоть что — нибудь испортит.

Надо сказать, что мужья Оттавии и Марии не смеялись — мальчишки, они были солидарны с Савеловым. Мальчики вообще не любят делиться…

— Он дома получит! — успокоил немного Ромку Данила.

— Не нужно! Настойчивый он у тебя! Хорошее качество…

— Хорошее, — хмыкнул Елисейкин отец.

Даринке очень понравился муж Оттавии, Винсенте, как оказалось, второй. Он был мягким, немного круглым, большим и высоким чистокровным итальянцем, с трудом говорившим по — русски, но прекрасно все понимающим. Работал он поваром вместе с женой в отеле и, судя по всему, был доволен и счастлив. На ужин была подана настоящая итальянская паста в исполнении маэстро Винсенте. Вкусная до безумия! Таяла во рту, оставляя на языке немыслимые ароматы трав и специй. Ели все с аппетитом, нахваливали. На серьезность собрания никто не претендовал, поэтому вопрос Катарины, прозвучавший как бы между прочим, был более чем неожиданный.

— Вы уже выбрали дату и место? А то мне скоро уезжать… Может, все — таки успеете?

Горянова, если честно, растерялась. Сестры сразу переглянулись, сгруппировались и возмущенно зашипели на Романа по — итальянски:

— Ты что? Даже предложение ей еще не сделал? Мама ведь уедет снова на целый год… И после Нового года не вырвется, сам знаешь, сколько в садах заботы… — все это сопровождалось исключительно экспрессивными итальянскими жестами. — Лови момент, идиот великовозрастный!

— Ну! Налетели галки на палку! — осадил их Савелов по — русски, невозмутимо продолжая трапезу. — Не лезьте! Мы сами все решим!

— Pirla! Pirla! (придурок) — кинула Оттавия в сердцах.

— Не ссорьтесь, дети! — остановила их Катарина.

Она отставила от себя тарелку и повернулась к Горяновой, положив свою руку той на коленку.

— Деточка! — сказала она очень нежно, ласково улыбнувшись. — Мы все очень счастливы, что ты войдешь в нашу семью…

— О! Che gioia! — умиленно вздохнули Оттавия с Марией.

— Мы уже очень любим тебя! Все — все!

Горянова сглотнула комок, глядя на эту красивую, невероятную, такую добрую женщину.

— Но мне перед отъездом так хочется успеть побывать на вашем торжестве… — Катарина все гладила Даринку по коленке. — Может, позволишь мне это? Тебя не обидит, Дарина, если я попрошу вас с Ромой пожениться в ближайшее время? А грандиозную свадьбу сыграем у нас в Италии в следующем сентябре? А?

— Тебе даже ничего не придется там организовывать, — влезла Мария. — У нас в Италии есть своё секретное свадебное оружие…

— О да! — многозначительно рассмеялась Оттавия. — Наша тетя Франческа любит организовывать торжества и держать все под контролем…

— И потом… — Катарина старалась быть очень деликатной, но получилось довольно строго, — у нас в семье никто не живет гражданским браком… Не принято…

— Мам! — возмутился Савелов. Зачем…

Катарина кинула на сына суровый материнский взгляд (Горянова и не предполагала, что Катарина умеет так смотреть), Роман Владимирович замолчал.

— Затем! В нашей семье все дети рождаются в браке… Не раньше девяти месяцев после регистрации… Или семи…в крайнем случае, — она многозначительно посмотрела на Марию, та не удержалась и весело фыркнула….

Даринка покраснела и похолодела одновременно. Она вдруг с ужасом вспомнила, что они с Ромкой совсем не предохранялись…Где были ее мозги?! А месячные когда?! Люди добрые, куда бежать?!!

— Вот…и это может стать проблемой… — понимающе покивала Катарина. — Поэтому… может, вы с Ромой все — таки поженитесь? Я еще здесь целых три недели буду… А?

Горянова, словно загипнотизированная, кивнула.

— Почему нет… Хорошо…

— Ну и славно! — Катарина счастливо улыбнулась. — А в Италии мы все возьмем на себя. Деточка, поверь, тебе не придется ни о чем беспокоиться… Всем займется Франческа…

— Почему? — поинтересовалась Горянова.

Катарина обреченно махнула рукой:

— Мою младшенькую легче пережить, чем отговаривать…

— Точно! — воскликнули все сидящие за столом.

Возвратились поздно. Взяли такси, потому что Ромка вдруг выпил, хорошо так выпил с Данилой (Винсенте столько не осилил). И теперь он, счастливо сграбастав Горянову в охапку, мирно посапывал где — то у её уха на своей большой удобной кровати. А вот Горянова не спала. Сон не шел, потому что в голове все время крутились странные мысли и еще никак не улеглись воспоминания о сегодняшнем вечере.

После ужина как — то быстро засобиралась Оттавия с мужем, у них слишком ранний подъем в отеле, так что им нужно было высыпаться. Прощаясь, она шепнула Горяновой:

— Я могу зарезервировать тебе наш ресторан для свадьбы. На следующую пятницу… А? Там двести посадочных мест. Винсент готовит восхитительно! Так что думай поскорее и звони!

И расцеловала Горянову троекратно. А где — то через полчаса домой поехала Мария. Она тоже у порога, заговорчески понизив голос, сказала тихо:

— У меня подруга владеет салоном свадебного платья на Опухтинской. Я ей позвоню завтра с утречка? А? Да?

И когда Горянова не удержалась и рассмеялась на это, тоже, как Оттавия, совсем по — итальянски, принялась тискать и целовать Даринку в щеки.

— Сумасшедшая семейка, — меланхолично выдал басом, прощаясь, Данила. — Терпения всем нам, пришлым!

Под «пришлыми» он, без сомнения, подразумевал Горянову и себя. Хотя глядя, как он с чисто итальянским темпераментом запихивает сопротивляющихся Мирку и Елисейку в куртки, Даринка понимала, что он уже совсем переопылился этим средиземноморским воздухом.