Чтение онлайн

— Госпожа, вы что-то хотели? — спросил он.

Подошла ближе. Она считала себя высокой, но рядом с ним — почти девочка.

— Никлас, — обратилась она к нему.

Аллерия знала всех жителей замка в лицо, даже больше — значительную часть жителей Офлера — герцогства её отца. Так проще управлять. Так безопаснее. Хорошие отношения с подданными дадут поддержку народа в случае чего-то непредвиденного.

Официально она правила герцогством два года, с совершеннолетия. Но по сути — уже с семнадцати.

Народ её уважал. Нет, даже любил. За то, что относилась к их бедам и проблемам по-человечески.

Ей клялись в верности офицеры, священники помогали.

С соседними герцогствами имелись прочные экономические связи.

Управляющие другими герцогствами между собой называли её весьма перспективной.

И даже с Его Императорским Величеством не возникало официальных конфликтов. Раз в год она ездила ко Двору подтвердить присягу.

Но никто даже не догадывался, чего ей это стоило. Никто не видел, как было тяжело пятнадцатилетней девочке принять обстоятельства.

Едва Лера отошла от нервного и магического истощения, как Архимаг Империи наложил печать на её дар — повторения той страшной эманации не хотел никто.

Мнения самой Леры даже не спросили. А ведь она предпочла бы другое: освоить магию, научиться контролировать её и использовать по назначению.

Отец ведь умел управлять точно таким же даром и даже применял его во благо Империи.

Хорошо ещё, что никто не знал о её водной магии. Лера сдержала слово, данное отцу, и хранила тайну — даже от тёти, взявшей над ней опеку.

Она верила леди Эллиноре, как себе, но решила, что раз отец не счёл нужным посвятить сестру в эту часть своей жизни, то и она не станет.

— Да, моя госпожа. Я всегда готов помочь, — отозвался Никлас. В серебристых глазах была искренность.

Лера сделала шаг ближе. Ноздри чуть раздулись — от мужчины пахло, как от настоящего солдата: лошадью, потом, табаком.

Она едва заметно поморщилась. Запах Эйнира был куда приятнее.

Опять ты о нём, Лера? Сколько можно?!

Нет, так даже лучше — не будет напоминать.

— Чарлз, ты не мог бы погулять? — выдавила через силу. Парнишка с большими глазами быстро откланялся. — Никлас, нужна помощь в одном личном деле.

— Да, леди Аллерия. — Он сглотнул. Понял. Конечно понял. Глаза блеснули, но он тут же опустил взгляд.

Она втянула побольше воздуха, ощущая, как сердце тяжело бьётся в груди. Секунду стояла молча, будто проверяя, хватит ли смелости.

— Поцелуй меня, Никлас, — произнесла тихо, но прозвучало как приказ.

Он не спросил, зачем. Просто шагнул ближе, его большая ладонь уверенно легла на талию, удерживая так, словно отпускать он не собирался.

Обхватила ее крепко, почти болезненно, не оставляя ни миллиметра для отступления.

Сердце затрепыхалось маленькой испуганной птичкой. Глупая затея… Зачем? Но отступать уже поздно… нужно хотя бы попробовать.

Жёсткие, обветренные губы коснулись её. В животе все сжалось. Не было ни страсти, ни желания, только холодная ясность. Всё происходящее ощущалось как чужое, ненужное. Не тело протестовало, а что-то глубже — внутренняя суть, упрямо шептавшая, что это не её путь.

Она мягко, но решительно отстранилась и откашлялась.

— Благодарю, Никлас, — в голосе тепло и тень привычной надменности. — Ты мне очень помог.

Он кивнул, сдержанно усмехнулся и, отдав честь, спокойно произнёс:

— Всегда к вашим услугам.

Она пошла прочь — быстро, почти бегом.

Он не Эйнир… — стучало в висках. Но Лера не хотела этого слышать.

Заткнись! Заткнись! Дура! — внутренне заорала на себя.

Забыть. Вычеркнуть. Уничтожить.

За угол. В узкий проулок. Согнулась — и её вырвало.

Всё правильно. Так и должно быть. Не от поцелуя — от себя самой.

Вот тебе и интрижка, тётя…

Вот тебе и вычеркивание…

Ничего не работает.

Отдышавшись, Аллерия выпрямилась. Пришлось признать — идея глупая и несвоевременная. Поторопилась.

И зачем только полезла в эту грязную игру?

Она поморщилась, вытерла губы тыльной стороной ладони и глубоко вдохнула.

Воздух обжёг горло, но прочистил мысли. Лера словно защёлкнула внутренний замок, отсекая остатки слабости.

Развернулась резко, почти по-военному, и направилась в сторону Северной башни — туда, где жил Арив, тот самый, кто нашёл её после роковой эманации...

С пожилым магом Лера дружила ещё до трагедии, а после стала постоянной гостьей в его доме. Здесь было спокойно. Здесь пахло книгами, чаем и чем-то старинным, но родным. Здесь она могла быть просто собой.

Здесь же он занимался исследованиями, магическими опытами, разработками вместе со своим учеником Эйданом, ровесником самой Леры.

Кроме того Арив был не только учёным и наставником, но и официально назначенным отцом хранителем семейных артефактов. Без его разрешения никто — даже сама Аллерия или леди Эллинора — не имел права прикоснуться к ним.

Башня была высокая, с узкими винтовыми лестницами, и подниматься на самый верх пешком каждый раз значило решать, кто сдастся первым — она или лестница.

К счастью, Арив был не только магом, а еще и изобретателем — лифт на воздушной магической подушке работал без сбоев уже не первый год. Старик не забыл запатентовать своё творение, и до сих пор гордился им, как малым ребёнком.

Аллерия улыбнулась, вспоминая, как он однажды заявился к императорскому инженеру с целым свитком расчётов, требуя «официального признания». У Арива всё всегда было по правилам.

Механизм с треском замкнулся, и кабина лифта дрогнула, подхваченная невидимой силой.

Он скользил вверх плавно, но быстрее, чем в прошлый раз — Аллерия почувствовала это сразу.

Под ногами едва ощутимо вибрировало, откуда-то тянуло прохладой, а в воздухе стоял тонкий запах озона, смешанный с ароматом старого дерева.

Она крепче сжала поручень, стараясь не смотреть вниз, и уловила в гулком шуме магии тихий, почти ленивый ритм работы ОМИ.

В голову пришли теоретические знания из школы об артефактах: