Не могу ненавидеть тебя
Шрифт:
— Ты должен сегодня принести нам победу, — говорит Мария и дает ему пять.
— Как скажешь сестренка.
Он уходит, и через пять минут диктор начинает представлять состав нашей команды.
— Ну а теперь состав «Огненных королей»: номер 4… Джейсон Грей, номер 17… Дин Алистер…
— Как думаешь Джош в стартовом? — спрашивает Мария.
— Он вроде бы уже восстановился от травмы, так что думаю, да.
— Номер 23…
— Джош Миллер, — кричу я в унисон с Марией и всем залом, — Я же говорила, что он будет в старте.
— И наш капитан… номер 29…
— Дэвид Геррера, — кричит весь зал.
И в эту же секунду на паркет выбегает команда во главе с Дэвидом и зал взрывается криками и свистом. КОРОЛИ, КОРОЛИ, КОРОЛИ скандирует диктор вместе со всем залом. Игроки занимают свои места на скамейке запасных и на паркете, судьи проводят последнее быстрое совещание перед началом игры и диктор начинает обратный отсчет.
— ПЯТЬ… ЧЕТЫРЕ… ТРИ… ДВА… ОДИН… ПОЕХАЛИ!
Игра началась…
На протяжение трех четвертей наша команда вела в счете, но в четвертой четверти что-то пошло не так и мы растеряли все наше преимущество. Счет равный, играть осталось 10 секунд, мяч у нашей команды, и на паркете появляется Дэвид. Джош вводит мяч в игру… мяч доходит до кольца… 4 секунд… и игрок команды соперника фолит на Дэвиде.
— Фол пробивает команда «Огненных королей» — озвучивает диктор и весь зал погружается в тишину.
Дэвид становится на против кольца и сейчас все зависит от него. Нужно попасть всего один раз и победа у нас в кармане. Я закрываю глаза не в силе смотреть на все происходящие. Первый бросок, и я слышу разочарованные охи вокруг.
— Не попал, — тихо шепчет Мария.
Ну давай же, Дэвид, соберись. Ты должен это сделать! Бросок… и мяч в кольце! Весь зал наполняется криками, но это еще не конец до финальной сирены осталось чуть меньше четырех секунд. Мяч вводит команда соперника, но одно неудачное действие и мяч перехватывает Дэвид, который уже несется к кольцу и в момент финальной сирены отправляет туда мяч. Зал взрывается победными криками и свистом. Наша команда победила, а Дэвид набрал больше всех очком в этом матче. Мы с Марией спускаемся к паркету, чтобы поздравить команду и Дэвида с Джошем.
— Поздравляю! — кричу я и прыгаю на Дэвида.
— Спасибо, — смеется он, ловя меня.
— Это был очень крутой матч, вот только концовка мне не очень понравилась, — восхищается рядом Мария.
— Если была бы моя воля я бы все четверти проводил на паркете, но здесь все решает тренер, — улыбается он.
— Очередная статуэтка лучшего игрока матча? — усмехаюсь я, — Куда ты ее поставишь?
— Еще не думал, может найдется место в комнате сестры, — пожимает он плечами.
— Нет, нет, нет. Еще твоего хлама в моей комнате не хватало.
Мимо проходят игроки команды соперника с расстроенными лицами и каждый пожимает руку Дэвиду.
— Крутой перехват Дэв, — говорит Алистер.
— Спасибо.
— Поздравляю! — говорю я, видя, как подходит Джош.
— Поздравляю, отличный матч после такого перерыва, — тут же подхватывает подруга.
— Спасибо.
— Давайте сделаем фото на память? — предлагаю я.
— Да, отличная идея, — соглашается Мария.
— О нет, только не снова эти фотографии, — возмущается Дэвид.
— Ну пожалуйста.
— Ладно, только быстро.
Сделав пару общих фотографий, Мария предложила сделать нам совместную фотографию с Дэвидом, и я конечно же согласилась. Последняя фотография получилась самой лучшей, так как была сделана случайно, когда Дэвид, после очередной неудавшейся попытки усадить меня к себе на шею, искренне смеялся и я вместе с ним.
Вспоминая историю этой случайной фотографии, которая впоследствии стала моей любимой, на губах играла улыбка, а в глазах стояли слезы. И обратив внимание на отражение я заметила, что позади меня стоят сестра с мамой.
— И как долго вы тут стоить? — спрашиваю я, вытирая глаза тыльной стороной руки.
— Достаточно, для того чтобы понять, что скучаешь по нему, — отвечает сестра.
— Я просто вспоминала как была сделана эта фотография, — пожимаю я плечами.
— Ладно, пусть будет так, — встревает мама, — Вообще я пришла посмотреть на платье, которое ты выбрала для бала.
— Сейчас покажу, это самое красивое платье, которое я когда-либо видела.
Открыв на компьютере страницу с платьем и показав ее маме, я ожидала от нее примерно такую реакцию, которую и получила:
— Оно потрясающее.
— Можно заказать?
— Конечно, ты будешь выглядеть в нем шикарно, — улыбалась она.
— Спасибо, — бросаюсь я к ней в объятья.
Сделав заказ с доставкой на дом, мы отправились на кухню пить чай и болтать.
— А что начет украшений, прически и туфель, ты уже подобрала? — спрашивает мама.
— Ну туфли у меня есть, помнишь бежевые, которые ты подарила мне в прошлом году?
— Да, помню, они должны вписаться в твой образ.
— С украшения мне поможет Дженни, а насчет прически я даже не знаю. Так как спина открывая думаю будет лучше, чтобы волосы были распущены, — пожимаю я плечами.
— Завтра после обеда тогда заеду в студию и посоветуюсь со своей знакомой, она уж точно в этом разбирается.
— Было бы прекрасно, — улыбаюсь я.
— Вот и решили.
— Может расскажите, что вообще происходит в городе, а то такое чувство будто я целую неделю находилась в спячке.
— Ничего интересного, — пожимает плечами мама.
В то же время я замечаю, как Дженни напрягается, и я сомневаюсь в правдивости маминого ответа.
— Точно? — настороженно спрашиваю я.
— Ну что может произойти в нашем городке? — усмехается она.
— Много чего.
— Очень много, — шепчет под нос сестра, но я все слышу.
— Что ты сказала?
— Ничего, — быстро отвечает она.
— Я слышала, что ты что-то сказал.
— Не обращай внимание, это так, мысли вслух.
— Я не верю вам, — резко заявляю вам, — Вы что-то скрываете от меня.
— Анаис, успокойся никто ни от кого нечего не скрывает, просто некоторую информацию тебе лучше не знать.
— И что же это за информация?
— Я же сказала, что тебе лучше о ней не знать, — стоит на своем мама.
— Дженни?
Она сидит с опушенной головой и рассматривает свою кружку.
— Дженни? — повторяю я.
— Анаис, прекрати, пожалуйста, — говорит мама.
— Дженни?
— Рик был в университете, — выпаливает она настолько быстро, что я с трудом разбираю каждое слово.
— Что?
— Я же говорила, что некоторую информацию тебе лучше не знать, — в миллионный раз произносит мам.
— Что он там делал?