Чтение онлайн

Этот ублюдок не дал ей сдвинуться с места.

Вместо этого сказал:

— Драконы не общаются с другими сверхъестественными существами за пределами тюрьмы. Я попал в серьёзную передрягу из-за своей нелегальной сделки с Башем и его братьями. Откуда ты знаешь, чего от меня ожидать?

— Это не твое дело, — сказала я, хотя внезапно усомнилась в правильности своей точки зрения.

Он распахнул дверь ванной пошире.

— Я никогда не общался с женщиной более нескольких минут, кроме как с моей сестрой, Огненный Шар. Я не привык задавать бессмысленные вопросы. Спросил, потому что не знал.

После долгой паузы Август наконец отпустил дверь и отступил назад.

Чувство вины охватило меня, когда он закрыл за собой дверь и повернул замок, когда она захлопнулась.

Я предполагала худшее.

А может, мне и не стоило этого делать.

В конце концов, он не сделал ничего такого, что навело бы меня на мысль о его высокомерии. Август не казался застенчивым, но это не обязательно означало, что он самовлюблённый. Возможно, просто уверен в себе.

И хотя он казался не очень приятным человеком, это не делало его подонком. Август не сделал ничего грубого или даже по-настоящему плохого. Наша ситуация казалась ему такой же ужасной, как и мне.

Так что… возможно, мне нужно было подождать, пока я не узнаю о нем немного больше, чтобы понять, что он за человек.

И, наверное, мне нужно извиниться.

Я вытерлась полотенцем и надела его одежду.

Боксеры были слишком велики, но мне удалось их закрепить, несколько раз подвернув пояс. Баскетбольные шорты совсем не подошли. Никакие попытки подвернуть их не помогли. Его футболка свисала почти до моих колен, поэтому я завязала ее некрасивым узлом на бедрах, там, где она соприкасалась с боксерами.

Мои волосы стали как солома, поэтому, когда я, скривившись, начала распутывать их пальцами.

Ужасная прическа и извинения.

Не говоря уже о неприятной боли и горячке.

А ещё было своего рода похищение после того, как я попытался помочь какой-то девушке перед кофейней.

Это был отличный день.

— Прекрати ходить взад-вперед и иди отсюда! — крикнула Бринн через входную дверь. Она и Баш все еще сидели на крыльце, впервые за двадцать минут оторвавшись от телефонов.

Они организовывали для меня все необходимое.

Мебель.

Еду.

Шампунь.

Всю ту чушь, которой, как подсказывали мне инстинкты, я должен был обеспечить свою пару.

И мне действительно нужно перестать думать о ней как о своей.

Элоди.

Её имя звучало лирично. Но оно не соответствовало тому огню, который я в ней видел.

Мне потребовалось гораздо больше самообладания, чем я мог себе представить, чтобы не ворваться в ванную, пока она принимала душ. Не для того, чтобы увидеть её голой… хотя этого я тоже хотел. Очень сильно. Мучительно сильно.

А потому что каждая клеточка моего существа тянулась к ней.

Связь между оборотнем-драконом и его парой носила созависимый характер, поэтому большинство из нас избегало её как чумы.

Дракон не мог летать без своей пары. Превращение без неё рядом становилось физически невозможным. С другой стороны, его пара каждый месяц после скрепления связи приходила через течку. Для неё это была неделя ада, месяц за месяцем, если её не успокаивать.

Драконы-оборотни всегда рождались мужчинами, поэтому наши горы были для нас самыми безопасными местами. Незанятым женщинам туда никогда не разрешалось ходить. Когда рождалась драконица, она рождалась человеком и воспитывалась среди себе подобных.

Остальные из нас старались как можно реже бывать в их городах, чтобы избежать привязанности к паре и по возможности никогда не контактировали с женщинами.

Но для меня было уже слишком поздно.

Теперь мне предстояло пережить горячку.

Бринн поманила меня к себе, и я неохотно вышел. По ее жесту я сел на деревянные доски крыльца рядом.

— Джас и Элай уже в пути. По всей видимости, с ними еще несколько ребят из команды, — сказала она.

Я провел рукой по волосам.

— Они захотят убедиться, что я действительно довел свою женщину до горячки.

— Свою женщину? — она посмотрела на меня.

— Женщину, — поправил я.

Это казалось ложью.

И звучало как приговор.

Черт, меня даже немного раздражала мысль о том, что Элоди может быть не моей.

Ещё больше разозлило то, что она уже сделала вывод, будто я придурок. Это, конечно, к лучшему, но всё равно меня взбесило.

— Что они сделают, когда поймут, что это правда? — спросил Баш.

Мне не стоило отвечать.

Не стоило им ничего рассказывать ни о драконах, ни о горячке. Но они были моей семьей, и я устал все от них скрывать.

И хотя я был предан команде Грома, которой руководил на протяжении трех десятилетий, я считал, что моя сестра заслуживает большей части правды. Некоторые вещи придется оставить в секрете.

— Они подождут, пока всё закончится, прежде чем меня посадить. Если мы скрепим связь, они посадят и её тоже.

Глаза Бринн расширились.

— Серьёзно?

— Им придется. Без неё я сойду с ума. — не иметь доступа к своим крыльям подобно нахождению в тюрьме?

Это было бы равносильно смертному приговору.

Гром хотел меня наказать, но всего лишь на шесть месяцев заключения. Я выживу, если не скреплю себя узами.

И уж точно я не собираюсь становиться причиной того, что моя пара попадет в тюрьму или проведет шесть месяцев в окружении опасных сверхъестественных существ, которые хотели бы ее смерти только потому, что она моя. Она была человеком и даже не смогла бы защитить себя без меня.

— Значит, ты не можешь скрепить связь? — вздохнула Бринн. — Жаль. Она мне нравится.

— Ты её почти не знаешь, — сказал я.

— Она думала, что спасает меня от тебя, когда прервала нас, и сделала это, несмотря на явный страх. Это всё, что мне нужно знать.

— Если большинство драконов не переживают горячку без скрепления связи, возможно, лучше всего будет полностью от неё отдалиться, — предложил Баш.

Бринн ударила его по руке.

— Я бы сделал это, если бы мог, но это невозможно. Ей будет слишком больно без меня. Это осознание довело бы меня до безумия, а опыт поколений доказал, что такие психические изменения необратимы. После этого Грому придется меня убить.