Чтение онлайн

— Дурочка, я же за тебя радуюсь. Живешь как королева.

— Как наложница, — снова язвлю. Выглядываю в окно, замечая машину Эмина. — Пойдем вниз, — хватаю маму за руку и тяну за собой. Не думаю, что мужу понравятся посторонние в нашей спальне.

Мы ужинаем вместе с мамой. Эмин, как всегда, во главе стола. Подаю ему и маме запеченную телятину с овощами. Сажусь по правую руку от мужа.

— Алина, очень вкусно. Умница. Она всегда хорошо готовила, — расхваливает меня мама. Эмин просто кивает. — Это я ее научила так запекать мясо. Но ты забыла тимьян.

— Я не забыла. Без него лучше.

— Ну ты хозяйка в этом доме, тебе виднее, — усмехается мама. — У Алины день рождения через неделю, — вспоминает мама.

— Я знаю, — кивает Эмин.

— Так вот, я бы хотела обсудить торжество. Может, устроить празднование за городом в ресторане у пруда? Алине всегда там нравилось. Хозяин ресторана – наш родственник, он сделает хорошую скидку.

Закашливаюсь, давясь соком. Они выдали меня замуж, отпустили, продав чужому мужчине, но все равно решают за меня. Я не хочу ни в какой ресторан у пруда. Я вообще никого не хочу видеть свой день рождения.

— Прошу нас извинить, но на день рождения Алины мы улетаем в Турцию.

Сок застревает в горле. Неожиданно. Мы это не обсуждали.

— Да? — мама смотрит на меня вопросительным взглядом.

— Я не знала.

— О, это был сюрприз.

Мама хлопает в ладоши от восторга. Сомневаюсь, что это был сюрприз. Мой муж, видимо, все решил за меня. Неудивительно.

— Я хочу показать Алине свою родину. Дом, в котором я родился и вырос, познакомить с традициями и обычаями. И просто порадовать супругу. У нас не было медового месяца, — усмехается Эмин, ловя мой взгляд. Краснею. С этим мужчиной я стала развратная. В голову сразу лезут пошлые мысли.

— Но Аслан сказал, что у вас много работы и проблемы в бизнесе. Не время отдыхать.

— Позвольте мне решать, когда нам отдыхать, — резко отрезает Эмин. — Мы улетаем на неделю. Аслан подождет, — в голосе металл.

— Да, конечно, — тушуется мама. — Очень рада за вас.

Несколько минут мы просто молча едим. Кусаю щеки изнутри, пытаясь сдержать улыбку. Мой муж только что осадил мать и отца. И да, я испытываю триумф оттого, что они потеряли влияние. Хочется спросить: продавая меня замуж, вы этого добивались?

— Ну что же, мне пора, — выдает мама. Видно, что ей не понравилось, как одернул ее Эмин, но воспитание не позволяет высказаться. Поднимаемся и вместе с мужем идем провожать маму.

— Хорошо вам отдохнуть. Рада, что у вас гармония, — притворно улыбается мама. Уже не лезет меня обнимать и целовать на прощание.

Эмин помогает ей надеть пальто и открывает дверь.

— Проводи меня, пожалуйста, до машины, — просит она Эмина. — Темно у вас во дворе.

Двор у нас хорошо освещенный. Складывается впечатление, что мама специально хочет остаться с моим мужем наедине. И приехала она именно к нему.

— Да, конечно, — Эмин выходит вместе с мамой. Смотрю в окно им вслед. Они медленно идут по дорожке и о чем-то говорят. Интересно.

Вздрагиваю, резко оборачиваясь, когда чувствую, как кто-то хватает меня за руку. Эсма. Сердце уходит в пятки. Дергаю рукой, но ведьма меня не отпускает.

— Отпустите, — голос сипнет от ее страшного чёрного взгляда.

— Откажись от поездки в Турцию, — тихо шипит она мне, прожигая глазами и больно стискивая руку.

— Почему?

— Откажись. Заболей, притворись, отговори Эмина, — требует она.

От страха теряется голос, и я мотаю головой, пытаясь вырвать руку. Вроде худая, хрупкая женщина, а силы в ней столько, что, кажется, хрустят кости. Оглядываюсь назад и вижу, что Эмин возвращается назад.

— Откажись, иначе пожалеешь, — угрожающе шепчет Эсма, отпускает меня и быстро удаляется. А мне кажется, что сердце сейчас вырвется из груди. Жутко. Ее черные глаза, словно только что прокляли меня.

Алина

Стамбул прекрасен своим величием. Я уже была с родителями в Турции, но этот город мы никогда не посещали. Я очарована Стамбулом и прекрасно понимаю, за что Эмин его любит. Здесь хорошо уживаются вековые традиции и современный мир.

Рассматриваю окрестности с открытым ртом, не отрываясь от окна машины. Мне дико хочется погулять здесь пешком, вдохнуть запах этого города, поближе рассмотреть достопримечательности и людей.

— А можно здесь остановиться? На минуточку, — прошу Эмина, оборачиваясь к нему. — Это же восточный базар? — указываю пальцем, как ребенок, забыв о приличиях. Эмин усмехается. Но не холодно и иронично, как раньше, а мягко и искренне.

— Мы обязательно его посетим. Я покажу тебе много замечательных и мной любимых мест. Но не сегодня.

— Почему?

— Сегодня моей супруге исполнилось девятнадцать, и мы отпразднуем это событие в моем доме. Там уже все готово.

— Да? — немного удивлена, потому что сегодня Эмин ни разу не вспоминал о моем дне рождения и не поздравил.

Он кивает.

— Вот там, видишь, небоскрёб из фиолетового стекла? — указывает вдаль.

— Вижу. Красивое здание.

— Там располагался офис нашей компании, когда во главе стоял отец. Мы занимали двадцатый этаж.

— А сейчас?

— После того, как отец ушел, многое поменялось в бизнесе. Не в лучшую сторону, — с сожалением произносит Эмин. Он предельно откровенен со мной. Словно мы сто лет знаем друг друга. — Тело отца еще не остыло, а стервятники уже слетелись. И началась своего рода война. Мы многого лишились и только недавно поднялись. И сейчас я имею то, что имею, — усмехается. — Но, думаю, тебе неинтересны тонкости.

— Почему? Мне, правда, интересно. — Почему ты решил влить капитал в дело отца?

— Ммм, — усмехается, тянет меня к себе, обнимая за плечи. — Это игра, малыш, большая, серьезная мужская игра. Да, ты была частью моей игры, теперь же ты на моей стороне шахматной доски и уже не играешь. Наш брак по расчёту, но не фиктивен.

— Знаешь, я уже пережила весь шок от ваших партий, и мне нравится твоя честность, без прикрас.

— А я ценю, что ты взрослеешь и начинаешь мыслить здраво, Алина. У меня достойная жена, — неожиданно берет меня за руку, подносит ее к своим губам и целует пальцы. Приятно. Внутри разливается тепло и ощущение трепета. Это, наверное, первый такой нежный жест со стороны мужа. И вместо того, чтобы оттолкнуть, я наслаждаюсь его теплыми губами. Может, не все так плохо будет у нас, и семейная жизнь сложится.