Чтение онлайн

— Боже мой. Это ведь были твои родные.

Тристан перестал катать в руках губную помаду и бросил тюбик обратно к стопкам «Нью-Йоркеров» и «Архитектурных дайджестов».

— Ничего подобного. — Он обернулся к Перл. — Дэвид и Слоан Гаррисон были своекорыстными лицемерами, которые относились к детям как к трофеям. Меня Дэвид вечно донимал придирками. Пытался подмять под себя, сломать. — Он медленно выдохнул через сжатые челюсти. — Кэссиди была их марионеткой, а Джозеф — домашним питомцем. Я хотел только освободиться от них.

Порыв ветра швырнул дождевые капли в иллюминатор. Лампа из цветного стекла покачнулась на своей цепочке, бросая красные и желтые пятна на тиковые панели.

— Теперь ты свободен? — Он не ответил. Перл, обливаясь потом от ужаса, делала медленные шаги в сторону выхода из каюты. — Что-то не заметно. Мне кажется, прошлое разрывает тебя изнутри. И по-моему, это настоящая причина, почему ты не уехал из города — не можешь оставить место преступления. Ты страдаешь. — Она недоверчиво покачала головой. — Ты этого не ожидал, правда?

Тристан сжал и разжал кулаки, прошел половину разделявшего их расстояния; чувствовалось, как между ними накапливалось напряжение.

— Не двигайся. Не вынуждай меня на лишнюю жестокость.

Перл поколебалась и проглотила горькую слюну.

— Я не сдамся. — И она рванулась к двери.

Тристан оказался быстрее, проворнее, перегородил ей дорогу, заставил развернуться — она опрокинула коробку, рассыпав у него на пути какие-то вещи. Осталось только отступить в туалет.

Перл шмыгнула туда, закрыла задвижку и обернулась к крошечному помещению, которое уже не в первый раз становилось ареной душераздирающих событий. Словно в замедленной съемке девушка подошла к шкафчику под раковиной — там должно быть какое-то оружие, просто Кэссиди не догадалась — и вдруг вскрикнула: Тристан стал ломиться в дверь.

Понадобилось всего два удара. Золотистый засов, ослабленный с прошлого раза, сорвался. Перл ринулась вперед, в никуда, желая только ускользнуть из его рук. Но он поймал ее, схватил за волосы и футболку, ударил о душевую кабину, и на нее постепенно опустилась упругая темнота.

24

Перл очнулась от дождя, стучащего по навесу над ее головой. Она поморгала и попыталась вглядеться в серую муть. Живот крутило, и девушка повернула голову к полу, ожидая, когда закончатся тошнота и головокружение.

Через некоторое время она почувствовала облегчение и, хотя перед глазами до сих пор еще все плыло, села. Монотонная головная боль усилилась, отозвалась в шее и плечах, и Перл осовело упала на одну руку.

Тристан стоял возле мачты, натянув на голову капюшон дождевика. Он перенастраивал паруса, собираясь менять курс. Перл лежала в кокпите, рядом валялась ее сумка. На груди фуфайки расплывались липкие капли крови. Девушка нащупала пульсирующее, со спутанными волосами место ушиба на голове. Видимо, потом он притащил ее сюда. Перл подумала о своей сумке — единственном свидетельстве ее нахождения на яхте. Все довольно очевидно: он собирался сбросить ее за борт. Без сознания.

Сердце бешено застучало, Перл встала на четвереньки, выбралась из кокпита и осторожно поползла по палубе. Из-за непогоды было почти темно, шел косой дождь, палуба стала скользкой. Ее тело легко могло соскользнуть в воду между металлическими леерными стойками и пропасть в океане. И никто ничего не увидит и не услышит.

Проползая мимо того места, где Тристан возился с мачтой, Перл упала на живот и заскрипела зубами, поскольку тошнота вернулась и зрение снова затуманилось. Пока она решила только обогнуть рубку, добраться до носового релинга и схватиться за ограждение; о дальнейшем она еще не осмеливалась думать. Где-то на судне должна быть спасательная шлюпка, девушка даже была уверена, что она попадалась ей на глаза, ярко-желтая, надувная, сложенная в ящике, но где именно и как ее найти, не имела понятия.

Она услышала, как Тристан идет по палубе, скрипя резиновыми подошвами сапог. Перл прижала голову к деревянному настилу, зажмурилась и стала ждать, когда он скажет, что видит ее. Но ничего не услышала. Видимо, он еще только шел к кокпиту и вот вот заметит ее исчезновение. Перл поползла дальше, наконец достигла носа судна и уцепилась за ограждение; брызги плескали ей в лицо.

— Перл! — Его крик уносил ветер. — Вернись. Тебе некуда идти. — Молчание. — Ты же знаешь, что я найду тебя.

Перл не поднимала головы, стараясь как можно сильнее вжаться в палубу и спустив ноги за борт, чтобы макушка не была видна из-за крыши каюты. Край палубы врезался ей в солнечное сплетение, и она силилась удержаться и сохранить равновесие.

Холодные брызги вымочили ей ноги. Руки дрожали. Девушка пыталась расслышать приближающиеся шаги Тристана, но они терялись в шуме волн. Яхта кренилась и виляла, тело ее болтало, и, сжав зубы, чтобы не закричать, Перл наконец только с помощью силы рук подтянулась на палубу. Прижав лоб к доскам, она закрыла глаза и ждала, что он ее обнаружит.

Следующий звук она не просто услышала, а почувствовала легкую вибрацию, пробежавшую по палубе: шаги по лестнице, ведущей в каюту. Тристан спустился, чтобы искать ее там. Видимо, осмотрев обе стороны яхты, он не заметил ее.

Перл с трудом встала на ноги. Океан в первый раз в жизни показался ей устрашающим — серым, как кожа акулы, и беспощадным. В каюте прятаться негде, и Тристан вот-вот вернется. Девушка обогнула носовую часть, вглядываясь, нет ли на горизонте других судов или очертаний земли, но вокруг были только туман и дождь. Кто знает, как далеко они ушли от берега?

Случайно Перл что-то пнула — бутылку с полиролем. Тристан оставил на палубе непромокаемый мешок с инструментами, дополнительными кофель-нагелями, губками.

Когда он появился из каюты и обошел навес, она ждала его около мачты, дрожащая, насквозь промокшая; дождь стекал по ее носу и подбородку. Его лицо почти полностью скрывал капюшон, и мокрые волосы прилипли к ткани. Он встал совершенно неподвижно и уставился на нее.

— Принес пистолет? — Ей пришлось повысить голос, чтобы перекричать дождь.

— Мне не нужен пистолет. — И он шагнул к ней.

Перл заставила себя остаться на месте.

— Тристан, не делай этого.

— Никто не знает, что мы вышли в океан вдвоем. Никто даже не знает, что ты искала меня утром, так? Тебе не с кем поделиться. — Еще один шаг. — Вот почему я рад, что именно ты обнаружила камеру. Мы с тобой оба одиноки. Ты должна меня понимать.

— Я никогда не пойму того, что ты сделал.

Он помолчал, чуть махнул рукой и направился к ней.

Перл упала на колени и схватила гидравлический такелажный нож, который заранее достала из его мешка и положила перед собой на палубе. Тристан протянул к ней руку, и она ударила его инструментом, лишив равновесия, и еще раз двинула по коленным чашечкам. Он, бормоча ругательства, пошатнулся и чуть не упал. Девушка взобралась к предохранительному тросу, открыла нож и резанула.

Все произошло мгновенно: острый нож сразу перекусил стальной трос, раздувавшийся от ветра грот потянул гик, и рангоутное дерево крутанулось через палубу.