Чтение онлайн

И все же. Были застенчивые улыбки и восхищенные взгляды Руты на руки Эли, когда он встал позади нее, чтобы помешать ризотто, а она откинулась на него, совсем чуть-чуть, но вполне достаточно, чтобы его мозг, сердце и член задергались.

На что было бы похоже иметь с ней постоянные отношения? Долгое, комфортное молчание, честность и прямота, взлеты и падения. Так легко было представить какого-нибудь бедного, незадачливого парня, который ловит каждое ее слово. Постоянно ее дразнит. Он поставил бы ее в центр своей вселенной и почувствовал бы себя на вершине блаженства, когда она, в конце концов, ответила бы ему тем же.

От одной этой мысли Эли почувствовал ревность, злость и немного грусть.

– Уже готово? – спросила Минами, появляясь на кухне. – Сали умирает с голоду. Я видела, как он с вожделением разглядывал Тини, и мне пришлось отвлечь его солеными крекерами.

– Через три минуты. Спасибо, что спасла мою собаку.

– Я считаю себя больше другом Тини, чем твоим.

– Конечно.

По пути к холодильнику он поцеловал Минами в лоб, и она воспользовалась случаем, чтобы прошептать ему на ухо:

– Это называется подрез.

Он озадаченно посмотрел на нее.

– Ты с таким интересом смотришь на стрижку Руты, что я решила тебя просветить.

Рута, вероятно, их не слышала, но когда Эли вернулся к плите, она странно на него посмотрела, но просто покачала головой, когда он спросил:

– Что такое?

***

Руте понравилось ризотто. Эли сохранял невозмутимость, хотя был готов совершить круг почета по кварталу и устроить фейерверк. Ужин прошел без происшествий, и разговор не касался деликатных тем. Говорили в основном его друзья, но Минами и даже Харк приложили усилия, чтобы включить Руту. Эли понял, что она была застенчивой, но не знал, смогли ли остальные распознать это в ней. Возможно, только Тини. Пес положил голову ей на колени и смотрел с обожанием.

Эли был абсолютно очарован ее неспособностью взаимодействовать с собакой. Он представил, как она просыпается утром, выходит на улицу, чтобы выгулять Тини, вежливо, но настойчиво просит его не есть дерьмо других собак. Когда Рута подняла руку, словно раздумывая, не погладить ли Тини, Эли почти затаил дыхание. Но, поколебавшись пару мгновений, Рута опустила руку. Тини выглядел совершенно удрученным.

«Я тоже, приятель, – подумал Эли. – Я тоже».

Майя вернулась, когда Харк был в разгаре язвительного пересказа артхаусного фильма, который посмотрел накануне вечером. Она ахнула, потом улыбнулась и подколола их:

– О боже, это что, вечеринка?

– Это ужин, – ответила Минами, обнимая ее. – Это то, что считается вечеринкой среди людей за тридцать.

– Должно быть, тяжело быть такими древними.

Последнее слово явно было оскорблением. Она обняла Сали, сделала сердечные глазки Ру, но с Харком была кратка:

– Привет, Конор.

Ее скулы порозовели.

От ночной прохлады, надеялся Эли.

За исключением того, что это был июнь. В Техасе.

– Привет, Майя.

Харк кивнул, демонстративно глядя куда-то в сторону. Он всегда был достаточно мил, чтобы притворяться, что не замечает увлечения сестры Эли, но у него это плохо получалось.

– На кухне осталось ризотто, – сказал Эли.

Когда сестра ушла, Харк проводил ее взглядом. Затем он налил себе еще один бокал вина и осушил его одним глотком.

– Слышал слово «смаковать»? Именно это делают с вином – смакуют, а не пьют залпом. Вино – не текила, – отметила Минами. Они с Сали почти не пили.

– Правда? Кто это сказал? – съязвил Харк.

– Во-первых, молекулярная структура вина об этом говорит. В отличие от вас двоих, я защитила докторскую диссертацию по химической инженерии.

Эли и Харк обменялись взглядами и покачали головами.

Рута перевела взгляд с одного на другого, затем сосредоточилась на Эли и спросила:

– Ты писал докторскую диссертацию по химической инженерии?

Черт!

За столом воцарилось молчание. Эли обдумывал, как уменьшить нанесенный ущерб, но Харк его опередил, ответив:

– Точно.

Рута повернулась к нему.

– Где?

– Там же, где и ты, – он откинулся на спинку стула.

– Вы оба учились в аспирантуре Техасского университета в Остине, – растерянно повторила она.

– Правильно.

– Когда?

– За несколько лет до тебя, полагаю. Эли появился на год позже моего. Хотя наставник у нас был один и тот же.

– Харк… – предупреждающе начал Эли, но Рута его перебила.

– А почему ты не закончил?

– Какой интересный вопрос, – Харк горько усмехнулся. – Нас попросили уйти.

– Слушай. – На этот раз предупреждение исходило от Минами, которая обычно лучше Эли умела заставить Харка вести себя прилично. Проблема была в том, что она не могла приказать Руте прекратить задавать вопросы.

– Почему? Что случилось?

– О, это было так давно, что я едва помню. Но, может быть, твой друг...

– Достаточно. – Эли поднялся на ноги, положив ладони на стол. Рута была озадачена, и я ей явно было неуютно. Ему это не нравилось. Он не допустит, чтобы ее поймали в западню, а потом выдали информацию, которая горько ранит. Только не в его присутствии.

– Мой друг? – растерянно спросила Рута.

Харк отсалютовал ей бокалом, допил остатки вина и поднял руки, словно сдавался. Его улыбка снова стала очаровательной, но адресована она была Эли.

– Знаю, знаю. Я мудак, Но что, черт возьми, остается в жизни, если я не могу быть мудаком, когда я пьян?

Эли закатил глаза.

– А как насчет приличий?

– Э-э. Их переоценивают.

Эли и Минами обменялись долгим красноречивым взглядом, который Минами прервала, встала на ноги и хлопнув в ладоши.

– Поскольку Рута, вероятно, слишком вежлива, чтобы попросить Харка пойти утопиться в ванне, предлагаю просто закончить вечер.

– Звучит заманчиво даже для меня, – пробормотал Харк.

– Потрясающе. Ты явно пьян, так что мы просто подбросим тебя по дороге домой. Сможешь забрать свою машину завтра, когда приползешь попросить прощения у Эли за то, как ты вел себя в присутствии его друга.

– Мне тоже пора, – сказала Рута.

Эли ненавидел то, как тихо звучал ее голос, или саму мысль о том, что она уходит. Но судя по напряженной позе, отговорить ее вряд ли получится.