Чтение онлайн

— Мне… мне домой надо… у меня… там… случилось.

Я всё-таки выпуталась из тонкой простыни и вскочила, Ярослав последовал за мной на кухню. Пальцы мои дрожали, когда я, налив себе стакан воды, залпом его осушила.

— Да что случилось-то?

— Все… все нормально… Я сама справлюсь… Это с… с сестрой… — соврала я.

— Тебе помощь нужна? — он сделал шаг в мою сторону.

Господи, только не прикасайся ко мне! Не трогай меня! Иначе я помру прямо здесь. Обращусь призраком. Еще одним, их тут много, таких вот, которые лгали всем и себе в первую очередь.

Господи, да что же со мной такое было?!

А что далеко ходить, мама же сказала, что я влюбилась. Вот и весь ответ.

Но разве это умаляет мои грехи…

Отец очень любил Евтушенко, томик его стихов был в закладочках из старых газет, переплетённых нитей. Я даже не помню, какого он был года. Среди страниц прятался клочок бумаги, на котором было написано еще одно стихотворение. Это была точно его маленькая тайна, о которой мама наверняка знала, но никогда не говорила, я по крайней мере не слышала. Да и разве детям об этом говорят!

Я не помнила всего стихотворения, но то, что такие вещи более цены, нежели печатное издание понимала, может потому и запомнила. А сейчас строкивсплыли в памяти, раня еще сильнее.

Не исчезай… Забудь про третью тень.

В любви есть только двое. Третьих нету.

Чисты мы будем оба в Судный день,

когда нас трубы призовут к ответу.

Не исчезай… Мы искупили грех.

Мы оба неподсудны, невозбранны.

Достойны мы с тобой прощенья тех,

кому невольно причинили раны.

Не исчезай. Дай мне свою ладонь.

На ней написан я — я в это верю.

Тем и страшна последняя любовь,

что это не любовь, а страх потери.

Я сбежала из квартиры очень быстро под подозрительным взглядом Ярослава. Туфли не высохли за ночь, и я шла, морщась от того, что в них будто хлюпало.

Хорошо на работе была сменка — кроссовки не офисный стиль, но мне было абсолютно все равно. Мне вообще было все равно. Я не могла думать, не могла дышать нормально. Лара писала, с вопросом что и как? А что мне ей было ответить, что я мало того, что спала с ее мужем, так еще и ее бизнес гроблю.

— Злат, ты в порядке? — Людмила, заглянувшая в мой кабинет, удивленно взирала на меня с порога. — Я тут уже пять минут стою, а ты в ступоре пребываешь.

— Да, я… Все хорошо.

— Ну смотри, а то я могу Столова сама отпустить, если болеешь, так лучше дома день отлежись.

— А что так можно? — удивленно вскинула я голову.

— А ты что на больничном не была ни разу? Шеф вроде не запрещал, — усмехнулась Люда. Но как-то улыбка ее быстренько померкла.

Нет… Ни разу…Не была… Только, когда мама…

— Если босс решила взяться за патентное право, то его можно и дома позвучать. Езжай, а то мне на тебя смотреть страшно. Может у тебя Эбола какая-нибудь…

Когда я прикатила средь бела дня домой, мама поначалу испугалась, а потом… она была умной женщиной, налила мне огромную чашку сладкого чая, положила шарлотку на синее блюдечко, а сама ушла с Сашкой гулять. А я сидела и ревела, глотала слезы вместе с воздушным тестом и пропеченными яблоками с корицей.

Жаль, что нельзя заесть и выплакать воспоминания.

Я никогда с тех пор, как мы с Сашкой приехали смотреть офис, не видела супругов Алдониных вместе. Исчезала она — появлялся он.

Первый раз мы переспали с Ярославом через месяц после того, как был подписан трудовой договор с Ларой. И я даже не задумывалась, как легко все вышло.

Лара улетела в Москву, а он прилетел, потому что у него тут была какая-то важная встреча.

Мы: я, Людмила и Маруся (еще один наш сотрудник на тот момент) радовались тому, что закрыли два дела и получили гонорары пусть и небольшие, но это было первым кирпичиком. Мы сидели в баре недалеко от работы и наслаждались видом из окна, вкусной едой и хорошей выпивкой. А муж хозяйки приехал нас поздравить с почином, так сказать. И как-то незаметно остался с нами, его пиджак занял место на спинке стула, а этот самый стул место рядом со мной.

— Вы знаете, я сколько раз в Питер прилетал, что и не счесть, но кроме Пулково нормально ничего так и не увидел, — посетовал Ярослав.

— Да ну бросьте, не уж то даже до Медного Всадника не дошли? — чуть подвыпившая Люда была очень громкой.

— А почему до Всадника? — удивленно переспросила Маша. — Это что топ рейтинга достопримечательностей?

— А разве нет?

— Конечно нет, — фыркнула молодая женщина. — Самая крутая штука — это Петропавловская крепость.

— Да ну! — замахала руками оппонентка. — Так, Злата, твой вариант!

— Э, ну… — чего бы такое мне запомнилось. — Ночные реки и каналы. С мостами!

— А что можно без мостов? — удивленно воззрились на меня женщины.

— А что, отличная идея, — вдруг выдал Ярослав. — Дамы, как насчет ночной прогулки?

— Шутить изволите?! — замотала головой Людмила. — Меня в метро укачивает. Да и чувствую, последний бокал вина был лишним.

— Поддерживаю, подруга! Вон пускай инициатор и отрабатывает.

— Да легко! — щелкнула я пальцами. — Завтра же на работу не надо, а вы просто слабачки.

В тот вечер конечно же ничего не получилось, кроме как загрузиться в такси и разъехаться по домам, а вот вечером следующего дня, когда я проспалась, пришлось отрабатывать. Девки бессовестно отмазались.

В десять вечера от причала напротив Зимнего Дворца отошел красивый катер.

— Побудете моим гидом? — улыбнулся Ярослав.

— Мои знания сводятся только к определению сторон света, — рассмеялась я. — Вот там север, например, — ткнула пальцем в сторону.

Серьезное лицо Ярослав смог изображать секунд десять, после чего рассмеялся.

— Там запад.

— Да ладно, — загрустила я.

— Добрый вечер дамы и господа, — на палубе появился молодой человек.

Черные брюки, черная жилетка, белая рубашка, шарфик, немного развязные манеры, но в той дозе, которая не считается пошлостью.

И он оказался знатоком своего дела. Столько всего интересного, и я не слышала про город, в котором прожила без малого двадцать с лишним лет. Как говорил Ярослав, гид умел продавать продукт, в данном случае знания, искусно вплетенные в то, что скорее можно назвать беседой, а не скучной лекцией. Он задавал вопросы, интересовался выводами.