Чтение онлайн

— Я и так к нему пришла, раз у меня весь рабочий стол забит книгами по патентному праву.

— Злата… Викторовна, давайте уже не будем, как дети.

Ах, это я еще и ребенок!

— А давайте! Хоть сегодня.

— Отлично, я могу за…

— Куда приехать?

— Э, выбор за вами, — он был явно разочарован, наверняка еще хотел поприпираться.

— Скину вам адрес.

А что далеко ходить, внизу есть хороший маленький ресторанчик.

В восемь господин Кологривов уже ожидал меня внизу.

— Прекрасно выглядите! — осклабился он.

— Да бросьте, вы прямо никогда не болели! — соврала я. Нос и глаза до сих пор были красными.

— И вы решили мне отомстить и заразить! — он открыл передо мной дверь ресторанчика.

— Есть такое хорошее выражение — зараза к заразе не липнет.

— Я смотрю, вы настроились на перемирие, — ехидно заметил Артем Сергеевич.

— Во всем оружии просто.

Мы уселись за стол и принялись молча изучать меню.

— А давайте проще поступим, — вдруг захлопнул толстой книжкой по столу Кологривов. — Будьте добры! — махнул он рукой. — Водки, пожалуйста. Лосось, овощную нарезку и грибы.

Я удивленно похлопала глазами. Артем бросил на меня насмешливый взгляд.

— Еще скажите, что не пьете, видел я, как вы у «Власова» с девушками выпивали.

— Тогда был повод.

— А мир — это всегда повод, — его зеленящие, как молодая трава, глаза весело поблескивали. — Кстати, — будто невзначай бросил Кологривов, — а Лариса Александровна свободна?

Я едва не подавилась заказанным ранее соком.

— Да, к сожалению, замужем.

— Действительно печально, — погрустнел Артем Сергеевич.

И тут меня переклинило.

— А что, разве для вас это препятствие? — закатила я глаза.

— Конечно, это безнравственно, — вполне себе серьёзно сообщил мне Кологривов.

— Вы издеваетесь что ли? — взвилась я. — Вы вытащили на общее обозрение ради фирмы частную жизнь соучредителя вашего отца. О какой нравственности вы можете говорить?

— Э… вы тут не правы. Я на такое пошел исключительно с согласия самого соучредителя.

— То есть вы святой? — скривилась я.

— Нет, иконечно. Но в разорении чужих гнезд смысла не видел.

— А если это гнездо, простите, на сопле держится?

— Но держится же, вот как развалится, тогда и можно.

Водка оказалась приятно прохладной. И совсем не такой горькой, как слезы, что я лила весь день. Одно ясно, Артема Сергеевича я до сего момента не знала, это позволяло думать о нем исключительно плохо. И обвинять его в собственных ошибках было гораздо проще.

— Вас подвезти? — спросил мой собутыльник, едва мы вышли из ресторана.

На улице уже царствовала ночь.

— Я в этом доме живу.

— Дом длинный, — выдал глубокомысленную фразу Кологривов, оглядывая здание.

Мы, конечно, рук друг другу не пожимали на прощание, но и ненависти к нему я не испытывала больше.

— Спокойной ночи, Артем Сергеевич.

— И вам, Злата Викторовна.

Когда его такси растворилось вдали, я тоже вызвала машину и поехала на Мытнинскую набережную. Хорошо, маму предупредила заранее, что не буду их с Сашкой беспокоить.

— А вы можете поехать по дамбе? — спросила я у водителя.

Тот удивленно обернулся.

— Так до Мытнинской-то километр остался.

— Я знаю, просто не хочу домой.

Он окинул меня насмешливым взглядом.

— Девушка, любой каприз за ваши деньги. В Кронштадт заезжать?

— Нет, просто покатайте меня.

Телефон, звук на котором я предусмотрительно отключила перед встречей с Кологривовым, был завален сообщениями, в том числе и от Ярослава. Он беспокоился, спршивал, что у меня случилось, нужна ли помощь…

Мы в это время ехали уже по дамбе, тонущее в ночи море с поблескивающими огоньками на далеких берегах, ровная прямая дорога, стройные ряды мачт освещения. Все это было, а меня будто не было…

А никто и не говорил, что правильные решения должны легко даваться.

— Злата! — послышался в трубке любимый голос. — Как ты?

— Все хорошо! — заверила я. — Ярослав, я сейчас еду на квартиру. Заберу вещи.

Повисло молчание. Ярослав глупым не был.

— Прилечу завтра.

— Не надо! — попросила я — Это рано или поздно должно было закончиться, пусть это закончится так.

— А обо мне ты подумала? — яростно прошипел мужчина.

Да я только о тебе и думаю!

— Да, потому и решилась на это, — честно призналась я. — Ты любишь Лару, Лара хочет ребенка. Все остальное значения не имеет.

Все остальное тлен. Мое сердце — тлен.

— Да вы просто молодец, Злата!

Кологривов взирал с благоговением на стопку бумаг на столе перед собой.

— Это еще даже не начало, Артем! Вы уверены, что эта формула стоит таких денег?

— Абсолютно!

— Как скажите. Это пакет документов для учреждения юридического лица в Чехии. По срокам, я полагаю, вы и так знаете, что получение патента за рубежом не одного года дело. Но главное — подать заявку с формулой.

— Как ни печально, знаю. Кстати, как Лариса Александровна поживает? Давно ее не видно.

— Отлично поживает, — я собрала бумаги, которые директор «Норд-Ала» только что подписал, и сложила их в стопку, добавив ей высоты. — И очень нескоро появится. Так что вы будете иметь дело со мной, — кровожадно заметила я.

— Вы ее убили? — округлил глаза Кологривов.

— Беременна она.

— Эх, а какая приятная была девушка!

Я промолчала, но по моему виду и так было понятно, что я о нем думаю.

— Шутка это. Надо вас опять в ресторан вести. Задабривать.

— Только без водки.

— Ну, а я-то уж решил, что нашел настоящую боевую подругу.

— Вот знаете, Артем Сергеевич, вы иногда такой милый, а потом рот открываете.

— Ой, какая вы некультурная, Злата!

Два месяца прошло с того момента, как я сказала Ярославу, что наши отношения пора заканчивать. И я ему была очень благодарна за то, что он не звонил и не прилетал. До заживания этой раны было еще очень далеко (там корочкой едва покрылось, я бы сказала!), да и хорошо с ней. Работалось по крайней мере отлично. Особенно, с учетом того, что через три дня после разговора с Ярославом от Лары пришел пакет документов, где она назначала меня, на минуточку, директором. А уж такого доверия я просто не могла предать.