Чтение онлайн

В последних словах прозвучала такая безоговорочная любовь к мужу, что Соня невольно ощутила грусть. Странную тоску о том, чего у неё никогда не было и, скорее всего, не будет. Любимый и любящий человек, дети, свой очаг…

Прежде Соня без малейших сомнений и сожалений готова была отвергнуть эту часть жизни. И даже не считала, будто отказывается от чего-то очень важного, ценного. Но вот теперь картина чужой идиллии заставила на миг усомниться в правильности своего выбора.

Утро началось совсем не так, как ожидалось. Соня ещё дремала, когда раздался телефонный звонок. На экране высветился номер матери, но, ответив, она услышала незнакомый голос.

– Здравствуйте. София Лапина?

– Д-да, - с неизвестно откуда взявшимся заиканием проговорила Соня.

Сердце заколотилось, как сумасшедшее. В голове в один миг пронеслись десятки вариантов несчастий, которые могли случиться – понятно ведь, что чужой человек не станет звонить с материнского телефона, чтобы сообщить нечто хорошее.

– Из пятнадцатой городской больницы вас беспокоят. Галина Антоновна Лапина – ваша мать?

– Да…

– Она просила вам позвонить. Вы можете подъехать?

– А что случилось? Что с мамой? Она давно у вас? Почему сама не позвонила? – первый ступор прошёл, и Соня торопливо забросала собеседника вопросами.

– Доставили вчера вечером на скорой.

– Что с ней? – повторила Соня.

На том конце раздался недовольный вздох. Собеседник явно не хотел терять время на объяснения по телефону, но, видимо, что-то в её голосе заставило ответить.

– Перелом правой кисти со смещением, перелом нижней челюсти, трещины в двух рёбрах, сотрясение, гематомы, - монотонно перечислил врач. – Женщина говорит, что поскользнулась и упала с лестницы.

– Что?..

Соня потрясённо застыла посреди комнаты, сжимая телефон до боли в пальцах. Врач ещё что-то говорил, но слова пролетали мимо сознания. То, что она уже услышала, никак не укладывалось в голове.

В падение со ступенек Соня не поверила ни на миг. Сама не знала, почему. Такое ведь вполне могло случиться, и насколько она знала, тут всё зависит от везения. Можно отделаться парочкой синяков, а можно и шею сломать. Если так, то почему нельзя переломать подобным образом несколько костей?

И всё же она чувствовала, знала без малейших сомнений – никакого несчастного случая не было. Но тогда что? Если бы речь шла о нападении случайных грабителей, матери незачем было бы скрывать правду.

Отчим? Но это чудовище сейчас не в том состоянии, чтобы кого-то избить! И за что?! Ему ведь нужна её мать, которая даже теперь продолжает о нём заботиться.

– Вы слышите? – вклинился в поток её сумбурных мыслей голос врача.

– Да… Да, я сейчас приеду! Обязательно! Сейчас…

Уже завершив разговор, она вспомнила, что не узнала, надо ли что-нибудь привезти. Впрочем, не важно. На месте всё узнает и сразу купит. Сейчас главное – как можно скорее увидеть мать. Убедиться, что не случилось ничего совсем непоправимого, что она поправится.

Соня торопливо, путаясь в рукавах, натянула первый попавшийся под руку свитер, брюки на голую ногу. Не став расчёсываться, кое-как подколола волосы и выбежала из спальни и направилась к комнате Молотова. Раньше она никогда бы по доброй воле не стала вторгаться в обитель хозяина дома, но сейчас было не до смущения и не до церемоний.

– Да, - совершенно не сонным голосом отозвался тот на её решительный стук. – Можно.

Соня приоткрыла дверь, просунула голову в образовавшийся проём. Молотов сидел перед раскрытым ноутбуком и сосредоточенно стучал по клавиатуре. Сейчас он снова был тем человеком, каким она привыкла его видеть. Непроницаемым, строгим, невозмутимым. Даже странно было представить, что вчера он казался совсем другим.

– Извините… Я на минутку.

– Заходи.

Молотов не до конца опустил крышку ноутбука и откинулся на спинку дивана, выражая готовность слушать.

– Глеб Юрьевич, - Соня запнулась, собираясь с духом.

Она никогда не любила просить, и уж тем более нелегко было обращаться к Молотову. Запоздало подумала, что лучше было поговорить с Валентиной Григорьевной, но теперь отступать было поздно.

– Вы не могли бы дать мне машину? Мне очень нужно в город! Пожалуйста! Я к обеду вернусь, это ненадолго, но мне очень надо, прямо сейчас…

Сбивчивая взволнованная речь прозвучала истерично, но Соня ничего не могла с собой поделать. Эмоции захлёстывали, лишали контроля над самой собой.

– Что случилось? – ровно поинтересовался Молотов, окинув её изучающим взглядом.

Соня стиснула руки, боясь, что он заметит колотящую её нервную дрожь и решит никуда не выпускать.

– Я… Мама в больнице. Мне надо к ней…

– Что-то серьёзное?

– Да… Нет… Я не знаю! Её привезли вчера вечером… с приступом, - она не знала, почему в последний момент решила не говорить правду. Сработало какое-то чутьё, догадка, что тогда она может не увидеть маму в ближайшее время. – Мне надо её увидеть. Прямо сейчас. Узнать, насколько всё серьёзно, поговорить… Пожалуйста!

Молотов коротко побарабанил пальцами по столу, о чём-то размышляя. Соне показалось, что он глянул на неё с подозрением, но наверное дело было в расшалившихся нервах.

– Я вызову водителя, - наконец пообещал мужчина – по-прежнему ровно, без всякого выражения, так что оставалось только гадать, о чём он мог думать во время недолгой паузы. – А ты иди оденься нормально. На улице мороз, босиком из дома не выйдешь. Давай-давай, всё равно раньше, чем через час, за тобой никто не приедет.

Время тянулось невыносимо медленно. Снизу доносились беззаботные детские и взрослые голоса, но Соня не могла заставить себя спуститься и разговаривать с кем-нибудь, как ни в чём не бывало. Оставалось ждать у себя, снова и снова меряя шагами комнату и при каждом доносящемся с улицы звуке бросаясь к окну.

Наконец водитель объявился. Ждать действительно пришлось немногим больше часа, хотя Соне казалось, что прошёл по меньшей мере целый день. Она выскочила во двор, на ходу запахивая пальто. Молотов как раз отдавал какие-то распоряжения уже знакомому ей хмурому мужчине, но Соня успела расслышать только ответ того:

– Понял, Глеб Юрьич. Сделаю.

Соня вопросительно взглянула на хозяина дома, догадываясь, что речь шла о намечающейся поездке, но Молотов лишь кивнул ей, разрешая сесть в машину.

Как и в прошлый раз, охранник следовал за ней по пятам. Соня попыталась настоять, чтобы тот подождал в холле больницы – не хотела, чтобы видел, в какое отделение она направляется. Он, конечно, доложит обо всём Молотову, тот поймёт, что она выдумала приступ и скрыла настоящую проблему, и не надо быть предсказательницей, чтобы предугадать – её выходка одобрения не получит.