Чтение онлайн

Это становилось большим, чем примитивная жажда обладания. Упоительно было сознавать, что именно он впервые разбудил в девчонке чувственность, приоткрыл перед ней неведомый ей прежде мир, и только он поведёт её дальше, заставит раскрыться полностью. Древний, хищный инстинкт завоевателя и не менее древняя человеческая тяга к созиданию соединились в одуряюще острую смесь.

Стоило вылезти из-под остужающих струй, и тело сразу взбунтовалось, снова напомнило даже не о желании – о мучительной потребности. Если бы он мог, без малейшего сожаления перемотал бы время, приближая вечер. О том, что девочка может в очередной раз ускользнуть, даже думать не хотелось.

Нет, в этот раз он попросту не позволит ей подобного. Заставит потерять голову.

Попеременно то предвкушая скорое свидание, то пытаясь отвлечься, чтобы не выдать себя, Глеб спустился в столовую.

– … так что если захочешь перебраться в тёплые края, даже не сомневайся, - донёсся до него голос Инги. – Такие люди мне всегда нужны.

Не нужно было слышать разговор с самого начала, чтобы догадаться – зарвавшаяся нахалка Зеленцова, точнее, теперь уже Ветрова – предлагает его куколке работу в своём кафе или гостинице. Полагает, что той нужна защита от него? Путь к отступлению?

Глеб даже не заметил, когда они успели подружиться.

Его охватило смешанное чувство раздражения и беспокойства. Как хищника, из-под носа у которого захотели увести добычу.

– Принцесса, с каких пор ты начала переманивать ценных сотрудников не у конкурентов, а у друзей? – усмехнулся он, не выдавая накативших эмоций. – Это нечестная игра.

Соня улыбнулась ему, застенчиво взглянув из-под полуопущенных ресниц. Похоже, всерьёз она предложенный вариант не рассматривала. От сердца сразу отлегло.

– А что такого? – без тени неловкости пожала плечами Ветрова. – Возможность выбора – залог эволюции.

Глеб послал ей не самый добрый взгляд и решил перевести тему.

Ветровы собирались сегодня уезжать. Дела требовали присмотра, и надолго затягивать каникулы не получалось. Хотя в аэропорт нужно было ехать лишь после обеда, завтрак уже проходил в атмосфере скорого расставания.

Валентина Григорьевна с повышенным вниманием суетилась вокруг детей, стараясь больше побаловать напоследок. Те капризничали наперебой, чувствуя, что сегодня им можно всё. Ветровы в который раз напоминали, что летом ждут всех у себя.

Инга снова принялась о чём-то шушукаться с Соней, и вот это немного напрягало. Конечно, логических причин для такой реакции не было. Но всё же Глеб привык думать, что куколка совсем одна, и никуда от него не денется без разрешения, даже если очень захочет. По счастью, она уже вроде как и не хочет, но это не избавляло от неприятного ощущения, что ситуация может выйти из-под контроля. А такого Глеб не любил.

Впрочем, стоило признать, что в целом визит друзей сработал в плюс, и обстановка в доме изменилась к лучшему. И Соне отступать уже поздно.

С этими мыслями он проводил Ветровых в аэропорт, потом без особой необходимости заехал с проверкой в клуб – чтобы отвлечься от ожидания вечера.

Дома за ужином жадно поглядывал на девчонку, не слыша и половины того, о чём говорит мать. Та, кажется, после отъезда гостей – а главное, их ребятни – заскучала и завела любимую тему о внуках, которых никак не дождётся. Когда-то его раздражали подобные разговоры и нежелание матушки понять, что он категорически не семейный человек и становиться таковым не собирается; потом начали забавлять своей упрямой неизменностью. Сейчас же слова были не больше, чем фоном.

Соня задумчиво ковыряла вилкой рыбу и тоже по большей части отмалчивалась. Смущённо отводила глаза, ловя на себе его взгляд, но тут же сама посматривала в его сторону – взволнованно, несмело.

Она переоделась к ужину, явно приняв во внимание его слова о чрезмерно закрытых нарядах. Теперь на куколке было лёгкое домашнее платье на бретелях, с неглубоким, но заманчивым треугольным вырезом. Глеб смотрел на неё, и от мысли, что девочка постаралась для него, внутри поднималась непривычная тёплая волна.

Соня долго не шла. Томительно-сладостное предвкушение успело смениться тревожным сомнением, а потом и злым разочарованием. Передумала? Испугалась?

Глеб бесцельно бродил из угла в угол, не находя себе ни места, ни занятия. Ехать в клуб и снять напряжение с какой-нибудь левой девкой решительно не хотелось, несмотря на неугасающий зов тела. Даже думать об этом почему-то было тошно. Словно ему показали стол с деликатесами, а потом предложили комкастую остывшую манку.

Пить тоже не хотелось. И драться в тренировочных целях. Пожалуй, если бы начал, то сегодня вовремя бы не остановился, и кому-то пришлось бы совсем не сладко.

Если бы девчонка не жила по соседству с его матушкой, он бы без малейших сомнений и мук совести пошёл к ней. Не позволил так просто и нечестно пойти на попятную, выудил из её скорлупы…

Стрелки часов уже подбирались к двенадцати, когда он услышал тихий стук в дверь. И сразу же, не успел он ответить, створка приоткрылась. Соня проскользнула в комнату и нерешительно остановилась, переминаясь с ноги на ногу. Даже на расстоянии было заметно – или он просто почувствовал – как нервно подрагивают её колени.

– Я… - смятённо начала она.

Глеб в несколько шагов преодолел разделяющее их пространство, порывисто обнял девочку со спины, тесно прижав к себе.

– Заставляешь ждать, - выдохнул ей на ухо.

Жадно прошёлся ладонями по животу, скользнул выше, нетерпеливо сжав грудь. Соня вздрогнула. Напряглась, негромко что-то пролепетала.

– Ну что ты?.. Моя девочка… Хорошая… Не бойся меня… - бессвязно зашептал он, лишь бы не дать ей вставить слово, не позволить убежать.

Руками продолжил бродить по телу, желанному, нежному, сладкому. Очертил линию талии, плеч; губами прижался к беззащитно открытой шейке, нежно прикусил тонкую кожу. Ощутив под губами бьющуюся жилку, провёл вдоль языком, втянул трепещущую кожу.

– Пойдём… - настойчиво оттеснил девочку от двери, чтобы уж точно не передумала и не попыталась сбежать.

Она прильнула, поддаваясь; порывисто повернулась и спрятала лицо у него на плече.

– Свет… - прошептала так тихо, что он не сразу понял смысл. – Можно выключить?

Один только факт, что она просит, спрашивает его разрешения, прострелил новой вспышкой восторженного желания.

Глеб стиснул руки в кулаки, стараясь прийти в себя, сохранить самоконтроль. В непослушной, опустевшей вмиг голове пульсировала одна мысль – не упустить, не испугать. Ему нужна, жизненно необходима сейчас эта куколка – вот такая, томная и податливая, поддающаяся напору, слабеющая от его ласк…