Негасимое пламя
Шрифт:
Алан не понимал, почему это обычное, в сущности, происшествие так возмутило Дейдри. Но он также видел, что она в любой момент может опять сорваться, и решил отложить объяснение с ней на другое время. Он несколько театрально всплеснул руками и сказал:
– Ладно. Я прошу меня простить. Больше этого не повторится. Может быть, все-таки вернемся?
Было заметно: Дейдри колеблется, подозреваем, что его извинения просто тактический ход. Однако она все же кивнула и пошла за ним.
Алан в душе проклинал дурацкое происшествие. Он так надеялся, что ему удастся увезти Дейдри в Корнуолл. Но теперь все рухнуло, она наверняка захочет проучить его и, конечно, никуда с ним не поедет. Больше того, она и сегодня будет на него все время дуться. Он судил по опыту отношений с другими женщинами. Но Дейдри еще раз сумела доказать, что она действительно не похожа на прочих. Когда они вернулись обратно к столику, она улыбалась ему, будто ничего не случилось. Они выпили по стаканчику; Алан рассказал ей пару анекдотов. И снова Дейдри так смотрела на него, что Алан чувствовал себя единственным мужчиной в целом мире. Его ничуть не удивляло то, что старый дурак полез к Дейдри, но вот мысль о том, что этот хрыч и он сам для нее чуть ли не одно и то же, доводила его до бешенства.
Алан почувствовал себя на верху блаженства, когда Дейдри пригласила его зайти в ее квартиру и даже приготовила ужин. Они ели при свечах, стол стоял возле окна, и можно было ощутить свежий вечерний воздух. После трапезы он перебрался на диван, а она поудобнее устроилась возле него. Дейдри положила голову ему на плечо, и они стали слушать пластинку с какой-то симфонией. Но эта идиллия продолжалась недолго. Алан приподнял голову и добрался до губ. И сразу же в его крови заполыхало пламя, поцелуи становились все более требовательными и страстными. Пальцы Алана торопливо искали пуговицы ее блузки и, справившись с ними, перешли к застежкам легкого кружевного лифчика.
Каждый раз, дотрагиваясь до Дейдри, он постанывал от страсти, дыхание его стало горячим и сбивчивым. Никогда еще желание не было таким болезненным, никогда прежде он не чувствовал такого голода по женщине. Прихватив губами ее сосок, Алан ощутил желание его сжать. Он готов был расцеловать каждый сантиметр ее тела, обласкать все его укромные уголки. Руки Алана скользнули вниз по ногам девушки, таким красивым, длинным, с ровной, шелковистой кожей. Он гладил ее лодыжки, потом поднялся к коленям и наконец, добрался до бедер. Лицо Алана покрылось бисеринками пота, горячее дыхание обжигало горло и губы. Он сжал ладонями нежные бедра и стал пламенно целовать их, при этом шепотом хрипло повторяя на все лады ее имя:
– Дейдри! Боже мой, Дейдри, как сильно я тебя хочу! Я больше не могу так! Ни секунды! Я схожу с ума по тебе…
Он услышал ее задрожавший голос:
– Алан, я…
Он не стал дожидаться конца фразы.
– Да понимаешь ли ты, что творишь со мной? Понимаешь? – Поймав руку Дейдри, он подтянул ее к тому месту, которое сейчас причиняло ему такие мучения. – Ты не можешь… не должна быть такой жестокой! Не должна!
Ловко освободив свою руку, Дейдри поднесла ее к лицу Алана, заставив посмотреть на ее ладошку. Глаза девушки в полутьме сверкали точно у кошки. С хитрой улыбкой она спросила:
– Ты действительно считаешь меня жестокой?
Алан, простонав, с трудом выговорил:
– Мы знаем друг друга уже два месяца. И если этого времени тебе не хватило, чтобы меня узнать… – Прервав эту фразу, он отчаянно воскликнул: – Что тебе еще надо знать обо мне, Дейдри? Скажи, ради бога!
Буквально скатившись с дивана, она вскочила и пристально посмотрела на него. Распущенные волосы падали ей на плечи и ласкали ее маленькую грудь. Пряди нежно касались розовых сосков. Чтобы удержаться от непреодолимого желания схватить ее и повалить, Алан до крови впился ногтями себе в ладони.
Словно прочитав его мысли, Дейдри коротко хмыкнула и сказала:
– Ладно. – На секунду ему показалось, что она согласна, она уже готова отдаться ему прямо сейчас, на этом диване. Сердце его наполнилось ликованием, но она так закончила фразу: – Ладно. Я поеду с тобой в Корнуолл.
– И там…
Она кивнула. В ее глазах, когда она скользнула взглядом по его джинсам, мелькнуло озорное выражение. Дейдри, дотронувшись до них кончиками пальцев, продолжила:
– И там я решу, что же мы можем сделать с этим…
– Когда?
– Можем поехать в этот уик-энд.
– В пятницу. Она улыбнулась.
– Хорошо, поедем в пятницу.
– Господи, как долго еще ждать до пятницы…
– Целых два дня, – поддразнила она.
– Ты ведьма, Дейдри, настоящая чертовка из ада.
Алан пришел домой, чувствуя, что у него появилась цель в жизни. Утром он первым делом позвонил соседке, которая приглядывала за коттеджем, и попросил ее привести дом в божеский вид к пятничному вечеру.
– Пожалуйста, припасите побольше еды, – умолял он женщину. А чтобы у нее не возникло ненужных вопросов, добавил: – Это на случай, если испортится погода.
Про себя он рассмеялся, потому что синоптики предрекали хорошую теплую погоду еще как минимум на три недели. И только Алан знал, что попытается не только добиться от Дейдри взаимности, но удержать ее у себя как можно дольше.
В пятницу Дейдри явилась к нему с объемистым чемоданом. Через плечо была перекинута внушительных размеров сумка. Увидев, что машина уже наготове, она спросила:
– А это зачем?
Алан объяснил, что на машине они доберутся вдвое быстрее. Подойдя к нему, Дейдри на миг прильнула к его груди. Алан чуть не сошел с ума от этого. А она еще и добавила:
– Я целиком отдаюсь в твои руки.
Если бы Алан знал ее хуже, то мог бы подумать, что она действительно потеряла власть над своими страстями. Конечно, ему очень хотелось в это поверить. Во всяком случае, он надеялся, что это так. Он полагал, что если уж Дейдри, наконец, решится вручить себя ему, то более страстной и чувственной женщины на земле найти будет нельзя.
Они забросили ее чемодан в багажник, а сумку Дейдри поставила на заднее сиденье. Через минуту они уже пробивались сквозь запруженные автомобилями улицы к шоссе. Ехать оставалось еще несколько часов. С величайшим трудом, Алан заставил себя отогнать все мысли о Дейдри и о том, что им предстояло, и сосредоточиться на дороге. Он каждую секунду ощущал, что, протянув руку, может дотронуться до ее коленки. И знал, что, если сделает это, она только улыбнется ему и в ее глазах появится выражение, обещающее незабываемую ночь блаженства. Алан уговаривал себя, что лучше уж потерпеть, чем погибнуть в катастрофе на самом пороге счастья.
Бензина ему должно было хватить до самого Корнуолла. Он не собирался останавливаться для заправки. Они проехали уже почти две трети пути, когда Дейдри внезапно приказала:
– Остановись на минутку.
Алан притормозил у какой-то деревушки. Выскочив из машины, Дейдри побежала к телефону-автомату.
Он терпеливо ждал десять минут, пока она разговаривала. Но лицу Дейдри было заметно, что она взволнована. Алан гадал, что же могло случиться и кому она вдруг ринулась звонить.
Наконец Дейдри положила трубку и решительно зашагала к машине. Забравшись на сиденье, она мрачно поглядела ему в глаза.
– Алан, послушай меня. Мне надо срочно вернуться. Очень срочно.
– Что, опять твоя чертова программа? Ты никуда не поедешь! – приказал Алан. Все в его душе перевернулось. Неужели она опять от него сбежит?
– Нет, не связано с работой. Я позвонила Стейси. Я обещала ей позвонить сегодня и чуть не забыла. Я должна понимаешь, должна – сейчас быть с ней. Ей очень плохо. Нэд ушел от нее…
– Может быть, я скотина и эгоист, но мне на это наплевать. Ты никуда не поедешь! Ты останешься здесь, и мы отправимся в Корнуолл!