Чтение онлайн

Адекватность ко мне начала возвращаться, когда я поднялась на борт самолета. Мозг стал изучать устройство салона, это помогло немного отвлечься. Черные кресла, расположенные по два рядом, напомнили мне электричку, на которой я ездила к подруге в Ростов Великий. Поэтому, было решено обманывать себя таким вот образом: убеждать, что я еду в электричке.

Но такое убеждение действовало ровно до того момента, пока не объявили взлет. Тогда и началось самое страшное... Самолет начал разгоняться, в иллюминатор я видела стремительно убегающие назад очертания деревьев. Потом грудную клетку начало сжимать, словно в тиски, сердце ухнуло вниз, как на самом страшном аттракционе, перестало хватать воздуха и, совершенно не соображая, что делаю, я зажмурилась и вцепилась в руку сидящего рядом Александра. Он, кажется, вообще не удивился такому моему поведению.

– Какой раз вы летите на самолете?
– спросил, явно улыбаясь. Улыбка, как ни странно, угадывалась по тому, как звучат его голос.

– Первый. Я никогда раньше не летала, - замотала головой, облизывая пересохшие губы.

– Почему сразу не сказали правду?

– Простите. Глупо получилось.

– Лиза, у вас есть уникальная возможность впервые увидеть город с высоты. Это невероятно красиво, поверьте мне, - Александр говорил спокойно, а еще... Еще он поглаживал большим пальцем мою ладонь. И от этих движений теплая волна разливалась по венам, поднималась по руке, согревая плечи, шею, грудь, всю меня, полностью.

– Верю... Но глаза открыть не могу.

– А вы попробуйте. Если станет очень страшно, снова закроете.

Я послушалась. Сначала приоткрыла правый глаз, увидела в иллюминаторе, как отдаляется земля, а потом и второй глаз открыла.

Пожалуй, этот момент можно было записать в число самых ярких, запоминающихся и совершенно фантастических!

Такая красота открывалась передо мной, что дух захватывало, от восторга я забыла как дышать.

Неотрывно разглядывала вечернюю Москву, которая внизу искрилась огнями. Они становились все меньше и меньше, вид теперь напоминал карту звездного неба. Темное полотно, усыпанное яркими звездочками.

Ко всему прочему, Александр все еще не выпускал моей руки из своей. Или это я держалась за его ладонь, было не особо понятно. Одно я знала точно: такие удивительные и ни с чем несравнимые ощущения вряд ли когда-то повторятся.

Долгожданное расслабление накрыло меня и теперь я могла наслаждаться полетом.

Невероятно!

Глава 7

После перелета меня еще немного потряхивало, а в целом я себя вполне неплохо чувствовала, и аппетит появился - в самолете было не до еды. Есть хотелось так, что сводило желудок от голода, правда оказалось, в гостинице ночью питание не предоставляется. Поэтому я, как только зашла в номер и разместилась, тут же залезла в интернет. Круглосуточные службы доставки еды в таком крупном городе точно имеются. К моему счастью, нашла несколько довольно известных сетей, в том числе обожаемую мною пиццерию и, ничуть не сомневаясь, заказала пиццу "Цезарь" и клюквенный морс.

Где-то в подсознании слабенько звучал голос совести, призывающий подумать о фигуре, о вредности поедания пиццы в три часа ночи, но, увы, голод оказался сильнее. Я успокаивала себя тем, что фактически пропустила ужин, могу со спокойной душой перекусить пиццей в счет вечернего приема пищи.

Успела только в душ сходить, и мне уже позвонил доставщик. К номерам его не пустили, он ожидал меня внизу, в холле гостиницы. Недолго думая, решила спуститься в спальном комплекте, не стала даже заморачиваться, все равно люди в такое время спят. Нацепила футболку, натянула пижамные штаны, взяла чип-карту от номера, и, предвкушая наслаждение сочной, ароматной пиццей, вызвала лифт.

Дверь соседнего номера открылась именно в тот момент, когда кабина лифта подъехала на мой этаж. Вот блин! Деваться было некуда, створки еще не разъехались, а бросаться обратно в свой номер без толку - все равно не успею.

– Лиза?
– заспанным, хрипловатым голосом произнес Александр Дмитриевич, выходя в коридор.
– Вы куда собрались?

– Я... Прогуляться, - ляпнула первое, что пришло в голову, и прозвучало это очень глупо, ведь я была одета в спальный костюм.

– В таком виде?

– Ну да. На улице тепло. Лето.

Ни за что не хотела признаваться, куда направляюсь на самом деле. В принципе, я редко комплексовала из-за своей фигуры, но вот как раз сейчас был тот самый случай. Появилась неловкость, дискомфорт, я зачем-то футболку одернула. Вдруг захотелось как по взмаху волшебной палочки превратиться в стройняшку, которая может себе позволить лопать пиццу по ночам.

"Ты и так собралась лопать пиццу!" - напомнила мне совесть.

– Вы так кабину сломаете, - Александр кивнул в сторону лифта.
– Двери уже несколько раз открылись и закрылись. Поедете?

Как же по-идиотски я себя чувствовала. Вот надо же было курьеру именно сейчас приехать, чуть-чуть бы попозже. Ладно, будем действовать по ситуации. Остается надеяться, что мой босс собрался на ночной променад по городу, может, он вызвал такси и уедет в клуб, в ресторан, в бар - да куда угодно. Одет вполне соответствующе: синие джинсы, черная футболка, облегающая широкие крепкие плечи, синие брендовые кроссовки. Не очень привычно было видеть его в подобном образе, но зато в таком виде Александр нравился мне намного больше. Никакой напыщенности или официоза.

Мы вместе с ним спустились на первый этаж, в холл и я уже хотела сделать вид, что не замечаю курьера с пиццей, собиралась пройти мимо, улизнуть на свежий воздух. Как вдруг молодой парень обратился к моему начальнику:

– Подскажите, номер триста двадцать рядом с вашим? Оттуда тоже пиццу заказали, но никто не спускается.

– Триста двадцать?
– Александр многозначительно глянул на меня.
– Давайте я оплачу заказ, передам сам.

– Точно передадите?

– Не сомневайтесь.

Меня окатило горячей волной смущения, стыда, неловкости, еще много разных эмоций и ощущений сейчас мной завладели. Опозорилась просто невероятно! Уж лучше бы честно призналась, чем разыгрывать спектакль, пытаться сбежать, и оказаться пойманной вот так вот.

Курьер ушел, а босс протянул мне коробку с пиццей:

– Ваша?

Деваться было некуда. Можно, конечно, продолжать играть, делать вид, что не понимаю, о чем речь, только так я себя еще более глупой выставлю.