Неизбежное
Шрифт:
— Окей… я не стану спорить. Хотя, получив по морде, я успел протрезветь. Да и выпить я толком не успел.
— И всё же. — Похлопав его по груди, я отвернулась, чтобы отомкнуть замок. — Тебе тоже лучше выспаться.
— Во сколько тебе в больницу?
— В десять нужно быть там.
— Я отвезу тебя. — Его рука легла на дверную ручку поверх моей, и я застыла, прикусывая губу.
А ведь каких-то там пару недель назад, я бы не придала этому прикосновению никакого значения. Что изменилось? Его отношение? Его взгляд? Что изменилось во мне?
Я всё ещё не понимала.
— Не надо. — Я повела плечами и осторожно высунула свои пальцы из-под нежного пресса его руки. Оглянулась через плечо, натягивая на лицо улыбку. — То есть… папа обещал со мной съездить.
— А… ну, раз ты будешь под присмотром… в общем, тогда я спокоен.
Телефон в сумочке коротко завибрировал, оповещая о том, что такси уже на месте. И я, взволнованно закивав, широко улыбнулась.
— Но ты можешь проводить меня до такси. Если хочешь?
— Я бы даже не спрашивал…
Заскочив в домашние тапки, Артём открыл дверь и выпустил меня из квартиры.
Мы молча спустились и так же молча прошли к автомобилю. И уже перед тем как сесть внутрь, я потянулась к его щеке. По привычке. Машинально.
Но в последнюю секунду Артём подставил вовсе не щёку. Мои губы вскользь коснулись его губ, и я испуганно отстранилась. Широко распахнутыми глазами посмотрела на него и сжала пальцы в кулак, слыша как они захрустели.
— Это… — Слова затерялись на кончике языка.
— Напиши, как будешь дома. — Произнёс он, улыбаясь. Запахнул на моей груди пиджак, скрывая кожу, усыпанную мурашками, от холодного ветра.
— Да. Хорошо. — Я кашлянула, чувствуя сухость в горле. — Пока.
Мои пальцы впились в сумочку с такой силой, будто я готова была разорвать её в клочья. Голова разрывалась от мыслей, что лихорадочно искали себе место. Шок не отпускал. Сердце гулко стучало в груди, не давая продыху ни себе, ни мне.
Я провела кончиком языка по губам и закрыла глаза в попытке разобраться в том, что чувствую. Но ни черта не получалось. Кажется, я только сильнее загоняла себя в угол.
Нравится ли мне Артём? Я не понимала, где стёрлась та грань, через которую мы старательно не переступали на протяжение четырёх лет. Но я что-то испытывала. Это было так очевидно.
Но что делать с теми приступами панической атаки при виде его брата?! Испытывала ли я что-то к Егору?
Чёрт возьми, да!
И это сводило с ума!
Я ненавидела его и одновременно теряла голову при его приближении. Я ненавидела себя за то, что попала в подобную ситуацию. Это выбивало из колеи настолько, что хотелось потерять память.
Лифт протяжно запищал и приятный женский голос назвал мой этаж. Вздохнув, я открыла глаза. И, расправив плечи, шагнула вперёд, как только двери разъехались в стороны.
— Наконец-то дома. — Тихо произнесла я, опустив голову, и потянулась в сумочку за ключами.
— Наконец-то дома. — Послышался грубый мужской голос в тишине.
Замерев, я вскинула голову и обомлела. Мой взгляд замер на тусклом проёме лестничной клетки, куда почти не попадал свет. Я едва не выронила ключи.
Я ведь думала, что этот вечер, наконец, закончился.
Потерянно моргая, я стиснула ключи крепче. Тяжело сглотнула. Дурное предчувствие вновь подступило к глотке.
Что он здесь делает?! Какого чёрта притащился сюда?!
— Стой где стоишь! — Выпалила я, выставляя руку перед собой.
Мои плечи напряглись, когда Егор сделал шаг вперёд, подставляясь под тусклый свет. Внутренности сжались. Я застыла напротив своей квартиры, сжав губы.
Несколько секунд мы молча смотрели друг на друга. А на языке вертелось так много слов…
— Где ты была? У Артёма? — негромко спросил он, замирая перед моей вытянутой вперёд рукой.
— Тебя это не касается. — Произнесла я дрожащим голосом. Мне стало страшно.
Не знаю, чем был вызван этот страх, но он буквально впился длинными с присосками пальцами мне в шею. Сжимал, стягивал, душил. Лишал обретённого спокойствия.
— Давай поговорим? — Так же тихо спросил. Приподнял козырёк кепки, открывая глаза. Твёрдый и категоричный взгляд пригвоздил меня к месту. Ноги налились свинцом.
— Нам не о чем говорить, Егор. И я не хочу. Я устала и хочу спать. — Мои губы почти не шевелились. Я говорила очень тихо и, возможно, из-за этого казалась не уверенной в своих словах. Но было слишком поздно для громких выяснений отношений. Тем более, на лестничной клетке.
— Просто скажи, что я не прав. Или я прав? — Звучало слишком требовательно.
В груди медленно зарождался гнев, и я, скрипнув зубами, процедила:
— Думай как хочешь. Мне плевать.
Сделав шаг, я вплотную подошла к двери и вставила ключ в замочную скважину. Но провернуть не получилось. Я задергала ключом, но снова ничего не вышло.
— Блин! — нервничая, задышала чаще.
— Дай сюда. — Вздохнув, сказал Егор и коснулся моей руки.
— Я сама! — Дёрнувшись, я толкнула его своим плечом. — Отойди!
— Я просто помогу! — Зарычав, Егор напористо оттеснил меня от двери и с лёгкостью открыл замок, нажимая на ручку. Распахнул передо мной дверь и отошёл в сторону. — Давай поговорим, Русь.
— Ты… — задыхаясь, выдавила я. — Отвали от меня! Понял? Хватит! Что ты хочешь от меня услышать? Я уже всё тебе сказала.
— Я просто хочу понять… — нависая надо мной, произнёс он.
— Тут нечего понимать. Я не связываюсь отморозками вроде тебя. Что тут непонятного?! — Зашипела я.
— Ты уже связалась.
— Я повторюсь: это была ошибка. — Выплюнула я, сжимая зубы.
Он покривился перед тем как натужно усмехнуться. Посмотрел на меня так, словно я самое большое разочарование в его жизни. И стало почти больно. Будто сковырнул наболевший гнойник…
— Серьёзно? — на его губах застыла сардоническая улыбка. И, спустя пару секунд, Егор шагнул ко мне, вынуждая меня попятиться и вжаться в угол стены. — Ошибка? Поэтому тебя так трясёт? Ты же даже говорить без дрожи в голосе не можешь. Сомневаюсь в том, что это страх.