Неизбежный
Шрифт:
Смотрит на меня своими прекрасными зелеными глазами, и я прижимаю его лицо к своему.
— Отдай мне все. Я хочу всего этого. Хочу тебя.
Его последние остатки сдержанности рассеиваются, и он в ярости захватывает мой рот, вколачиваясь в меня без остатка. Одной сильной рукой он опирается рядом со мной на матрас, чтобы приподняться, другая скользит вниз по моему телу, его пальцы впиваются в мое бедро, сжимая его, пока он входит и выходит, входит и выходит. Его наказывающий ритм жесткий, быстрый и грубый, и именно такой, какой мне нужен.
— Грэм… — Стону его имя, снова и снова, по одному за каждый день, что мы не были вместе, за каждый раз, когда думала о нем, за каждый удар моего сердца в его отсутствие.
— Я чертовски сильно люблю тебя, Эва. Очень. Блядь. Сильно.
Агония, благоговение и потребность кружатся в его глазах, когда он смотрит на меня сверху вниз. Он задыхается, кожа блестит от пота, мышцы подрагивают и сокращаются. Самый красивый мужчина, которого я когда-либо видела.
Он подтягивает мои ноги к груди, погружаясь так глубоко, как только может, и я кричу, умоляя о большем, умоляя его, умоляя о вечности.
— Всегда, — обещает он. — Ты моя. Мы больше никогда не расстанемся.
И когда я кончаю, Грэм падает за край вместе со мной, мы оба взываем друг к другу, мое естество сжимается вокруг него, когда он наполняет меня своим освобождением.
Он прижимает меня к себе и укачивает в своих объятиях, лаская мою кожу, целуя лоб, мои щеки, нос и губы. Мы наслаждаемся тишиной, прикасаясь друг к другу, наслаждаясь ощущением того, что находимся именно там, где нужно.
Усталость постепенно берет верх, и мы засыпаем, вплетенные друг в друга, полностью насытившиеся и довольные.
Я вздрагиваю, когда луч солнца пробивается сквозь высокие здания в городе, освещая квартиру Грэма. Его ровное дыхание касается моего затылка, когда он спит позади меня; одной рукой он обвивает мою талию, прижимая меня к себе, наши ноги переплетены друг с другом. Я отодвигаюсь еще дальше, наслаждаясь ощущением того, что меня поглощает его тело.
— Если ты продолжишь так извиваться, я тебя трахну, — говорит он, его глубокий голос хриплый и сонный.
Ухмыляюсь и еще немного потираюсь об него задницей.
С его губ срывается низкое рычание, и он прикусывает зубами мое плечо.
— Я хочу этого каждое утро.
— Секс?
— Тебя. В своей постели. Чтобы ты просыпалась со мной каждый день.
— Я тоже этого хочу.
Его рука скользит по моему бедру, вниз и снова вверх.
— Так давай сделаем это.
Я выгибаю спину и стону на выдохе, когда его ладонь поднимается вверх по моему животу и обхватывает грудь.
— Это значит «да»? — спрашивает он, обводя большим пальцем мой приподнятый сосок.
Я беру его руку и провожу ею вниз между своих ног, скользя пальцами по моей влажности.
— Да, — выдыхаю я.
— Переезжай ко мне, Эва. Позволь готовить тебе ужин каждый вечер и заниматься с тобой любовью каждое утро. Давай строить нашу жизнь вместе.
— Да.
Он скользит своей растущей эрекцией внутрь меня, пока я покачиваюсь под его пальцами.
— Мне все равно, где мы будем, — шепчет он мне на ухо. — Главное, чтобы ты была здесь, со мной.
— Да, — повторяю я.
Его поглаживания сзади медленные и глубокие, а пальцы двигаются томными кругами, дразня меня, поклоняясь моему телу.
Он не торопится.
Мы никуда не спешим.
Мы в начале вечности, и ничто и никто нас не сдерживает нас.
Больше нет.
Никогда.
КОНЕЦ