Неизвестный
Шрифт:
Картина, конечно, убогая. Будто детский трактор перекопал всё вокруг. Это как же меня так накрыло, что я телом всё так перепахал. Вещи раскиданы во все стороны, хорошо ещё, что хотя бы не загорелись. Ещё Вжух ветром своим помог, шороху навёл.
Вещи я собрал быстро, а вот с землёй и кустиками пришлось повозиться. Само собой до состояния «как было» я всё не поправил, но основные ямы прибрал и кустики, как мог, посадил, подпитав их от парка энергией.
На разминку меня не хватило. Не смотря на то, что тело себя чувствовало хорошо, общее состояние и настроение никак не способствовало тренировке. Просто поднял сумку и пошел домой. Нужно выспаться и морально отдохнуть. Чувствую себя выжатым, хуже тряпки.
Доковылял до дома, обругав себя по дороге всеми словами, которые знал. Когда-то давно, в «первой жизни», батя мне говорил одну мудрую вещь: «В жизни очень трудно быть идиотом». Как же он был прав. Очень трудно.
В кровать рухнул, только скинув верхнюю одежду, без задних ног и мгновенно отключился.
***
В здании городской стражи было пусто, порядок в городе, как и всегда, царил практически образцовый. Все, кто был замечен за мало-мальски преступной деятельностью, давно были высланы из города или отбывали наказание в карьерах, ворочая валуны в попытках добыть руду. Тех, кто приходил в город с меткой заключённого, разворачивали сразу, не зависимо от того, какое преступление он совершил. С таким подходом, поддерживать порядок в городе было не трудно, мало кто захочет менять даже окраины крупного, чистого города с не плохой инфраструктурой, на общие посёлки или деревни, где и на ворьё нарваться можно и ходить по улицам с ароматами жизнедеятельности «транспорта». Народ ценил предоставленные условия. Бывали, конечно, редкие случаи, когда жадность или ненависть в людях побеждали, но эти дела возникали редко и решались не долго.
Правда, последний случай был выдающимся, люди долго еще обсуждать будут, как «пустой» парнишка за несколько секунд упокоил роэна, но тот был в своём праве, чему была масса свидетелей. Рынок место людное.
Тем удивительнее было дежурному стражнику принимать посетителя посреди ночи, да еще и с такими бредовыми просьбами.
— Давайте вы расскажете мне, в чём заключается суть вашего дела, а я разберусь, требуется здесь внимание руководства или нет. — который уже раз подряд повторил стражник.
Выполнять просьбу этого посетителя ему категорически не хотелось. Лишний раз попадать во внимание к надзорной службе не хотели даже законопослушные граждане империи. Даже представители власти.
— Да поймите же меня, не могу я ничего вам сообщить! — начал переходить на крик посетитель. — Мне нельзя обсуждать эту информацию ни с кем, кроме представителя незримых!
Стражник же, зевая, размышлял: «Принесло же в ночь дурака. Хотя, впервые вижу такое рьяное желание схватить себе проблемы на ровном месте. Безликие, ведь, шуток не понимают, сами могут здорово пошутить. Только юмор их обычно никто не любит, своеобразный у них юмор».
— Уважаемый, поймите правильно, просить прийти представителей этой структуры, если ваше дело не имеет достаточно весомой для этого причины, не самый разумный поступок. — снова попытался достучаться до посетителя дежурный, но опять безрезультатно.
Новый виток спора остановила приоткрывшаяся, будто бы от сквозняка, дверь. Когда стражник уже на нервах собрался рявкнуть, на того кто посмел зайти без стука, в проём шагнула подтянутая фигура с прекрасной выправкой. На доброжелательном лице проглядывалась приятная располагающая улыбка, но дежурный стражник проглотил готовое уже вырваться негодование по поводу двери, и не отводил взгляд от нашивки незримого.
— Доброй ночи, уважаемые, — безукоризненно вежливо кивнул он обоим присутствующим, — я слышал, что здесь требуется наше внимание и решил полюбопытствовать, что у вас стряслось.
Оба спорщика мгновенно замолчали и смотрели на вошедшего.
— У меня не так много свободного времени, поэтому хотелось бы услышать причину, по которой вы столь сильно желали встречи. — обратился мужчина к просителю.
Тот только молча сглотнул и бросил взгляд на стражника.
— Да, Аверий, вы не оставите нас на пару минут, я абсолютно уверен, что мне здесь ничего не угрожает, а вопрос, видимо, довольно деликатный для всеобщего обсуждения. — обратился гость к дежурному по имени, отчего тот исчез из кабинета, кажется, еще до того как гость закончил произносить свою просьбу.
— Итак, уважаемый, чем я могу быть вам полезен? — изобразил абсолютное внимание гость.
— Понимаете ли в чём дело, — замялся посетитель, — недавно я совершенно случайно стал свидетелем действий одного из ваших коллег. Я, в некотором роде, узнал, возможно, совершенно лишнюю для меня информацию, которую, само собой никому не передавал и ни с кем не обсуждал!
Хм… кто же это так грубо у нас стал работать, интересно? Или молодняк стали хуже обучать? Люди к страже приходят, обсудить нашу работу. Дожили. С этим надо разобраться:
— Расскажите, пожалуйста, поподробнее, с самого начала, — по-прежнему, будто сама вежливость, попросил незримый.
— Я вёл дежурство по проверке запрещённых к ввозу товаров на постоялом дворе…
***
Проснулся я от того, что меня тряс за плечо Гвен. Вставать не хотелось категорически. Тяжесть и напряжённость в моей энергетической составляющей никуда не делась, разве что, стала какой-то притуплённой, но по-прежнему тяжёлой.
А вставать придётся, дела надо заканчивать. Состояние отвратительное, но разминку никто не отменял. Сейчас нужно будет выжать максимум из тела, перед последним занятием, да и там придётся выложиться по полной, чтобы потом было, на чём по памяти практиковаться.
Наставник приехал еще затемно. Но с разминкой и лёгким завтраком, спасибо Гвену, мы успели справиться. Как и с умыванием, ради «допинга».
Говорить тренеру про то, что это наше последнее занятие я не стал. Как закончим, поблагодарю за науку и отдам коготь, как договаривались. Зачем давать человеку лишние поводы для размышлений, тем более, достаточно алчному, человеку.
— Скажите, учитель, а то, что вы показывали в последний раз, это пик мастерства? Поймите меня правильно, мне трудно представить что-то более сложное, но хотелось бы иметь представление о том чего можно добиться на пути мастерства. — хорошо бы вытянуть из него весь возможный максимум сегодня.
— Пошли во двор. — а он по-прежнему не многословен.
Таким ранним утром на улице было еще прохладно и я накинул куртку. Выстирать её я еще не успел, но от основной грязи уже почистил.
Выйдя на улицу, мастер достал два аналогичных моим клинка и начал плавный танец, постепенно переходящий в стремительную схватку с одними ему ведомыми противниками.
На улицу мы вышли не зря. В зале ему бы негде было развернуться.
Когда работает мастер своего дела, на это всегда приятно посмотреть, неважно мастером чего конкретно он является, повар ли это, штукатур, теннисист или, как в данном случае, мастер меча. Всё же меч, его основное направление, хотя и в других видах оружия он тоже крайне не плох.
Ни одного лишнего движения, но в то же время, будто специально делает всё красиво, хотя это на самом деле не так. Просто гармония всегда смотрится красиво.
А темп движений всё нарастал, переходя уже совсем в другую плоскость боя. Стремительнее, резче, жёстче, смертоноснее. Похоже, все что было в начале, было просто разминкой. Сейчас, глядя на него уже не возникало желания полюбоваться, скорее возникала опаска, если не сказать, тревога. А скорость всё увеличивалась, даже мне уже становилось труднее воспринимать весь комплекс его движений, перенос центра тяжести, довороты туловища, коленей, локтей, запястий, напряжения мышц и связок, нужно было запомнить всё, чтобы потом не ошибаться в собственных тренировках.