Чтение онлайн

Все паруса были подняты, и под давлением каждого фунта пара, который могли выдать наши котлы, "Ледяной король" рванулся вперед, как испуганный олень, словно осознавая надвигающуюся гибель. В течение нескольких часов мы сохраняли эту безрассудную скорость. Пена ослепительными брызгами летела через борта корабля и создавала широкую белую полосу. Свист ветра в такелаже и равномерное пыхтение двигателей создавали на борту ощущение столпотворения.

Это действительно была гонка на выживание, и в своем взволнованном состоянии я наслаждалась волнением, отчаянно надеясь, что она завершится катастрофой. С мужеством отчаяния я спокойно наблюдала за происходящим и делала свои записи, время от времени помогая капитану Ганоэ за штурвалом. Это была первая реальная опасность, с которой мы столкнулись, и беседа с капитаном придала мне безрассудную смелость, чтобы встретить ее без содрогания, что представляется почти чудом.

Мы продолжали стремительный бег, а две огромные ледяные стены, насколько хватало глаз, все еще противостояли друг другу, и открытая водная гладь становилась все более узкой. Вскоре нам пришлось отклоняться от курса, чтобы избежать столкновения с неровными линиями льда, но не было никаких признаков того, что, когда они сойдутся, появится открытое пространство, достаточное для безопасности корабля. Мы были вынуждены снизить скорость, а льдины все сближались, и наконец мы были вынуждены пробираться по узкому извилистому каналу между двумя огромными ледяными горами, которые зачастую возвышались намного выше грот-мачты Ледяного короля.

Перспектива была отчаянной, но лед по правому борту перестал приближаться, и на мгновение показалось, что мы сможем выбраться на открытую воду. Но не тут-то было. Наш путь был закрыт. Перед нами высилась ледяная гора, и мы остановились. Вероятно, именно она сдержала продвижение подвижного ледяного покрова и спасла нас от жестокой "удавки", которая погубила так много незадачливых судов в этих опасных водах.

"Ледяной король" лежал между двумя огромными нависающими ледяными горами, которые возвышались над нами. Впереди находился огромный айсберг, который препятствовал сближению с ледяной стеной. Канал, в котором мы находились, мог быть закрыт только в результате разрушения ледяных полей позади нас, и мы не видели причин, почему это должно произойти. Если бы ледяные поля оставались целыми до замерзания канала, то никакого столкновения не произойдет, и мы до поры до времени будем в безопасности.

Сильно похолодало, и нам уже начало казаться, что опасность миновала, когда раздался зловещий рев и резкие звуки ломающегося льда, предупредившие о единственном, чего нам следовало опасаться. Сильное землетрясение приводило океан в ярость, и ледяной покров был расколот на бесчисленные фрагменты, которые в сильнейшем беспорядке бились друг о друга. Капитан Баттелл крикнул со смотровой площадки, на которой он расположился:

– Спасайтесь, если можете. Канал закрывается и корабль потерян.

Я подняла голову, и в этот момент мне показалось, что высоченные ледяные горы, между которыми мы лежали, падают прямо на нас, и в то же время мощный удар бросил меня на палубу с такой силой, что я, должно быть, на несколько секунд потеряла сознание.

Глава

III

Первое, что я помню после того, как меня швырнуло на палубу, – это глубокая тишина и сознание того, что в нашем окружении произошла какая-то грандиозная перемена. Я открыла глаза. Палуба была окутана полумраком, и вместо громовых раскатов ломающегося льда и волн, разбивающихся в пену о ледяные преграды, до меня доносилось лишь мягкое шуршание моря, бьющегося о борта корабля. Я испытывала сильное потрясение, и воспоминания об ужасных картинах, через которые мы прошли, нахлынули на меня, как яркие образы и фантастические сцены какого-то жуткого сна.

В момент столкновения, под впечатлением полного убеждения, что все потеряно, я обернулась, чтобы схватить Рафаэля в объятия, чтобы погибнуть с ним вместе, и, когда я пришла в себя, первая мысль была о нем. Я вскочила на ноги и в неярком свете увидела, как что-то скользит от меня к краю палубы, и инстинктивно схватилась за это, так как оно вот-вот должно было упасть за борт. Это оказался капитан Ганоэ. Он был жив, но без сознания. Неустойчиво стоя на ногах, я на мгновение испугалась, что мы оба вылетим за борт, но тут возникла вспышка света, и Баттелл схватил меня за руку, воскликнув:

– Слава Богу, вы оба живы! Я звал вас, но так как вы не отвечали, я боялся, что вас обоих убило падающим льдом. Счастье, что вы успели схватить капитана в тот момент, когда это произошло, иначе он наверняка бы погиб.

Я держала капитана Ганоэ на руках, а Баттелл энергично растирал ему руки. Через мгновение он очнулся, словно от глубокого сна, и, выпрямившись, в изумлении воскликнул:

– Боже правый, Джек, что случилось? Где мы? Неужели я потерял сознание?

– О, мы просто зажаты во льдах, – сказал Баттелл. – Я боялся, что вас раздавило той огромной глыбой льда, которая была так близка к тому, чтобы снести как раз ту часть палубы, где вы стояли. Если бы Джек не поймал вас и не вытащил обратно, рискуя собственной жизнью, вы бы сейчас были на дне моря.

Капитан Ганоэ, уже окончательно пришедший в себя, с первого взгляда оценил ситуацию и, схватив меня за руку, воскликнул:

– Джек, мой спаситель! Последнее, что я помню, это то, что ты повернулся, чтобы схватить меня в объятия. Это действительно было очень опасно. Но почему ты рисковал своей жизнью, чтобы спасти мою?

Я практически не произнесла ни слова с тех пор, как тревога прервала нашу беседу в каюте, и чувствовала, что если сделаю это сейчас, отвечая на такой вопрос, то выдам свою слабость и, возможно, свою тайну, которую я решила охранять как никогда тщательно. Однако, к счастью, он не стал дожидаться ответа, а со свойственной ему заботой об экипаже и безопасности корабля спустился вниз, сказав:

– Пойдемте, мои синяки не так уж серьезны, и мы должны позаботиться о матросах, осмотреть корабль и выяснить, насколько это возможно, в каком месте мы находимся.

Как раз когда мы спустились на палубу ниже, нам встретились Пол Хьюстон, инженер, Пэт О'Брайен, второй помощник, и Майк Галлахер, юнга из кают-компании. Они отлично поняли, что произошло, и опасались, что мы были ранены или убиты ледяным потоком, обрушившимся на верхнюю палубу. Они сообщили, что с экипажем все в порядке и что судно, по-видимому, не пострадало.

Мы прошли вокруг корабля, внимательно осматривая стены нашей ледяной тюрьмы с помощью мощного прожектора, который высвечивал каждую щель. Мы находились в замкнутом пространстве, которое давало судну более чем достаточно места, чтобы развернуться при осторожном управлении. Мы убедились, что огромные нависающие ледяные горы, между которыми мы лежали и которые грозили нам мгновенной гибелью, на самом деле были нашим спасением. Когда землетрясение раскололо два больших ледяных поля, эти горы одновременно начали обрушиваться на корабль и, встретившись далеко вверху, образовали массивную арку, которая предотвратила закрытие канала в этом месте. То тут, то там в ледяной крыше появлялись прорехи, но в основном сталкивающиеся массы тесно прилегали друг к другу. Единственным уроном для корабля стала глыба льда, упавшая так близко от капитана Ганоэ. Судя по количеству осколков весом от одного до нескольких фунтов, которые были разбросаны по верхней палубе, было удивительно, что нам удалось спастись без серьезных травм.

Когда осмотр был завершен, мы вернулись в библиотеку, чтобы обсудить сложившуюся ситуацию. Обращаясь к Баттеллу, капитан Ганоэ спросил:

– Каково ваше мнение о ситуации?

– Я не вижу непосредственной опасности, – ответил капитан Баттелл. – Через несколько часов при нынешнем сильном холоде этот ледяной массив превратится в одну сплошную глыбу. Но если нас не раздавит льдом, одному Богу известно, когда мы выберемся. Что касается настоящего момента, то мы находимся в самом удачном положении. Лучшего места для зимовки в этом холодном краю не найти. Мы хорошо защищены от холода, и рыбалка будет хорошей, поскольку это отличное место для продыха, где рыба будет собираться, чтобы подышать воздухом. Мы сможем заготовить достаточное количество корма для собак, и я склонен полагать, что мы сможем поймать кита и заготовить жир для топлива.