Чтение онлайн

— Погоди, — я предупредительно выставил ладонь. — Я ещё не закончил, Тилль.

Он молча кивнул, глядя на меня.

— Среди тех, кто сидит в подвалах, — продолжил я, — следует отобрать семейных людей. Отцы и мужья, ненавидящие нас всем сердцем, не рискнут совершить предательство, если будут бояться за своих детей и жён.

— Жёстко, — оценил решение Тилль. — Не ждал от тебя такого.

— Я и сам от себя такого не ждал… — пробормотал я, морщась. Решение было непростым, но разве в нашем положении приходится церемониться?

Дальше мы вкратце обсудили, какие именно изменения я должен произвести в телах подопытных — после чего я вновь отбыл в измерение магии, претворять всё решённое в жизнь.

Однако, сказать было куда проще, чем сделать.

Да, мы уже и раньше делали это. Преобразовывали людей во что-то иное, более сильное и не всегда похожее на человека. Кончилось это моим собственным преобразованием. Но…

Элементали, горгульи и прочие преобразованные таким образом сильно зависели от магии нашего мира — а она, как я уже знал, плохо воздействовала на демонов. Даже я сам не мог атаковать их со всей мощью — на защиту сил хватало, а вот на атаку…

Поэтому мне нужно было сделать кое-что иное, отличное от того, что мы делали раньше. Нужно было поменять людей на изначальном уровне. Внести изменения в саму их суть, так, чтобы самое сильное магическое ослабление не могло повлиять на их.

Приведу пример. Огненный элементаль — это всё тот же человек, только «подключённый» в элементу огня. Его пламя создано магией, и, когда демоны или, допустим, фанатики Клораса воздействуют на него — пламя гаснет, а сам элементаль слабеет и, в конечном итоге, умирает.

Мне же предстояло создать такое существо, которое не черпает огонь (или иную стихию) из источника — а которое само ей является!

Зартага не было видно, когда я очутился в измерении магии. Почему-то я был уверен, что древний хитрец где-то неподалёку, видит всё, что я делаю, а если даже и не видит — то, во всяком случае, сможет узнать потом. Но я не спешил его звать. Слишком уж себе на уме был этот маг… без его советов мне не обойтись, да и избавиться не выйдет, но сейчас я предпочёл бы одиночество.

Для начала мне должны были отобрать шесть десятков пленников — три группы по двадцать человек в каждой. И для каждой группы я приберёг свои изменения.

Мощь первой базировалась на Отрицании. Да, слабый фон этой силы должен был проявляться и у остальных двух — но эта группа будет Отрицателями во всей их красе. Мощнейшая аура, излучаемая 24\7, возможность не только «стрелять» Отрицанием, но и «заряжать» им предметы (а возможно, и людей). Нет, заряженный предмет вовсе не становился артефактом. Заряд быстро рассеивался… и всё же меч, заряженный Отрицанием, эффективнее рубил демонов, чем обычный.

Вторая группа — Неубиваемые, как я назвал их. Здесь я сделал ставку на мощнейшую регенерацию. Забрать душу живого врага демоны не могли (именно потому зомби были особенно перед ними уязвимы), а убить такого ещё нужно постараться! Вдобавок в регенерации, я добавил им небывалую силу и ловкость.

И третья группа… пожалуй, это самое жуткое, что я вообще делал с людьми за всё время. Я впервые оказался готов убить чью-то волю.

Из третьей группы — Роботов — должны были быть извлечены все их эмоции. Только разум и инстинкты, только выполнение приказа. Зачем? Это было предположение Виштара. Он считал, что душа содержится в эмоциях, а раз так — демоны будут слабы перед тем, в ком нет души.

Вдобавок к этому кошмарному изменению разума я прилагал стальное тело — такое же, как у меня — и кой-какие технологии Древних. Да, я впервые задумался над тем, чтобы соединить их с магией, а точнее — слить с людьми.

Ха, неожиданно подумал я, глядя на Кузницу Магии и на то фантастическое пламя, что горело в ней. А ведь если третья группа окажется самой удачной, если она и правда начнёт побеждать демонов…

Смогу ли я решиться на то, чтобы проделать то же самое со своими? Лишить их эмоций, превратить в бездушные машины?

И если я всё-таки решусь на такое — смогу ли я потом, после победы, отменить эти изменения и вернуть их в норму? Пожалуй, это было куда сложнее, чем любые преобразование человеческих тел.

Помимо «стандартных» изменений, я сумел внести в наших подопытных ещё одно. Правда — оно было основано всё же на магии и могло ослабеть со временем, но… Я надеялся, что оно проработает какое-то время прежде, чем это случится.

Я создал первые в этом мире камеры. К каждому из шестидесяти подопытных был прицеплен магический «маячок», выводящий на экран всё, что он видел. Зачем? Ну, всё же Ильфат теперь был карантинной зоной, и даже теневым духам не рекомендовалось его посещать. Больше тысячи демонов — не шутка! А за испытаниями следить было необходимо.

Итак, когда всё было готово — а на создание таких изменений у меня ушли почти сутки, если считать временем реального мира — мы осторожно открыли три портала на границе Вельговии и Ильфата и выпустили туда все три группы.

Следить за каждой группой, не отрываясь, были поставлены сразу несколько человек — в такую «команду» обязательно входили два офицера, маг и гонец, чтобы найти нас в случае чего-то срочного. Мы же с Тиллем и Колтри курсировали между всеми экранами и пытались быть в курсе происходящего сразу у трёх групп.

Итак, первая. «Отрицатели». С ними поначалу всё было чудесно, и встреченные демоны сами шарахались от них — уж слишком велика была концентрация Отрицания, исходящая от целой группы. Впрочем, и пленники тоже не спешили лезть в бой — просто ходили по территории и ждали, что же будет.

— Может, поторопить их? — предложил Тилль, видя, что они в очередной раз присели на полянке и отдыхают. — Кажется, они забыли, что их семьи всё ещё находятся у нас в заложниках!

— Не стоит, — охладил я его пыл. — Нельзя винить людей в том, что они не хотят умирать. Погоди немного, если они ещё полдня проходят вот так среди демонов и останутся невредимы — это будет значить, что мы получили идеальную защиту от них.

Тилль пожал плечами. Кажется, он придерживался иного мнения по этому вопросу, но что ж теперь.