Неоправданная ставка
Шрифт:
Затем поместил к червонной двойке поваренка Криса, а к двойке пик – писаря Жака. В достоинстве других героев Майкл сомневался, потому заносить их в квадратики пока не стал, а записал с другой стороны листа на месте предполагаемой карты. Услышав голос отца, мальчик поспешно свернул таблицу и засунул её под матрац.
– Майкл, мы давно ждём тебя к завтраку. Если ты думаешь, что ты младше всех, и мы должны тебя ждать, ты глубоко ошибаешься. Я знаю, на что способен мальчик в тринадцать лет. В твоём возрасте я уже занимался конезаводом, и вполне успешно.
Когда Майкл спустился, отец, Эдвард и Рэм уже сидели за столом.
– Привет книжным червям! – выкрикнул Рэм и получил подзатыльник от отца.
Майкл сел за стол и, взяв кружку обеими руками, стал потягивать горячее молоко.
– Ты почему не ешь? – спросил отец.
– Я не голоден, – не поднимая головы, ответил Майкл.
– От еды ты волен отказаться, а вот от работы нет. Сегодня мы будем заниматься тем же, чем занимались вчера. Эдвард будет сортировать корма на конезаводе, Рэм поедет на плантацию, а Майкл будет заниматься книгами в библиотеке, – произнёс Ричард Эпштейн, оглядывая по очереди своих сыновей. – Иногда у меня складывается впечатление, что вы, как и все наши работники, работаете за плату, а не стараетесь на благо семьи. Никто из вас не проявляет интереса к семейным делам. Всё делается из-под палки. Сделал то, что я сказал, и на этом всё закончилось. Вы должны сами находить себе занятие, потому что у нас много дел, и один я не в состоянии за всем уследить. Бог дал мне троих сыновей для того, чтобы к старости у меня были продолжатели, а не прожигатели жизни. Если сегодня со мной что-то случится, завтра некому будет управлять: никто из вас не проявляет рвения к познанию всех тонкостей управления капиталом. Начиная с завтрашнего дня, один из вас по очереди будет ездить в банк, присутствовать со мной на деловых встречах и в некоторых ситуациях принимать самостоятельные решения. Если вы не знаете, как поступить, это ещё не значит, что за советом необходимо обращаться ко мне.
Думайте сами и делайте так, чтобы я увидел вашу самостоятельность и деловую хватку. Окружающий мир не терпит слюнтяев, и немного найдется желающих протянуть руку помощи. Я не лишаю вас права на ошибку, но каждая ошибка будет учтена. Капитал неделим, и управлять им будет один.
– А если достойными будут все? – спросил Рэм.
– Боюсь, это нам не грозит, – пристально глядя на сына, ответил Эпштейн.
– Вы поедете со мной, – добавил он, обращаясь к Эдварду и Рэму, – а ты продолжай заниматься библиотекой. Поменьше спи над каждой книгой, иначе просидишь там ещё месяц.
Про себя Эпштейн отметил пристрастие Майкла к литературе и в глубине души гордился сыном. Как он завидовал в детстве дочке мистера Сандерса, у которой была большая библиотека, и весь мир был открыт перед ней. Один раз он набрался смелости и попросил одну из книг. Когда Ричард получил вожделенный томик, его радости не было предела. Отец долго искал его и грозился побить, а Ричард с упоением читал книгу, спрятавшись на чердаке. Самое страшное произошло вечером, когда мальчик решил тайком попасть на кухню. Там он столкнулся с отцом. Узнав причину отсутствия, отец бросил томик в камин, а Ричард, обжигая руки, вытащил книгу из огня. Вернуть её он уже не мог и с тех пор не обращался к Мэри Сандерс с подобными просьбами, но поклялся себе, что, когда вырастет, соберёт огромную библиотеку. Он никогда не жалел денег на книги, но на чтение не хватало времени.
Тайком просматривая те книги, которые читает Майкл, Ричард был немало удивлён, что у них с сыном общие литературные вкусы: их интересуют одни и те же книги. Он как бы случайно оставлял на видном месте приключенческие романы или исторические хроники, которые, по его мнению, должны были привлечь внимание сына.
Свою первую, заветную, ту самую, с обгоревшей обложкой, Ричард отдал мастеру, и через несколько дней в доме появилась книга с позолоченным кожаным переплётом, которая с момента своего появления заняла место на его прикроватной тумбе.
Работа в библиотеке не мешала Майклу размышлять. Его работа заключалась в составлении тематического каталога. В специальные карточки следовало записать, на каком стеллаже, в каком ряду и на какой полке находится та или иная книга.
Не так давно отец купил большую библиотеку у разорившегося аристократа, проигравшего в казино всё своё состояние. Работники сложили книги в контейнер, особо не задумываясь о тематике, и теперь это собрание большого количества авторов находилось в хаотичном состоянии. Приходилось пролистывать каждую книгу, читать оглавление, просматривать иллюстрации, чтобы сообразить, в какой раздел ее поместить.
Однажды в руках Майкла оказалась толстая потрёпанная книга без обложки. С порванным переплётом, и потрепанными первыми страницами, она представляла собой жалкое зрелище. На тёмно-зелёном, чудом оставшемся корешке, едва просматривалась некогда красивая золоченая надпись – «Жизнь вдвойне, или невероятные приключения Сэмуила Хэмпфила». Майкл прочитал несколько первых страниц и забыл о работе – события, описываемые в приключенческом романе, полностью поглотили его…
Глава III.
КНИГА. «ЖИЗНЬ ВДВОЙНЕ ИЛИ НЕВЕРОЯТНЫЕ ПРИКЛЮЧЕНИЯ СЭМУИЛА ХЭМПФИЛА»
В год рождения будущего короля Уильяма, в небольшом портовом городке на юге страны в семье священника отца Доминика, слущившего в местном соборе, родился мальчик. Отец назвал его Сэмуил, в честь свого деда, посвятившего жизнь служению церкви. Священнослужителями были все мужчины рода Хэмпфилов на протяжении полутора веков, и как предполагалось, отец прочил мальчику духовную карьеру.
Однако с ранних лет мальчуган начал проявлять бунтарский характер, что абсолютно не соответствовало намерениям его родителя. Наказания на какое-то время исправляли ситуацию, но через три-четыре дня, малыш опять брался за старое, не задумываясь о наказании. Стоило упустить его из виду, как он тут же исчезал в неизвестном направлении, а появляясь категорически отказывался рассказывать, где находился.
Как-то раз отец Доминик решил проследить за сыном и, сделав вид, что уходит на службу, решил подождать, спрятавшись в одной из дворовых построек. Спустя десять минут на пороге дома появился малолетний путешественник, и весело насвистывая, что категорически запрещалось отцом, вприпрыжку направился в сторону порта. Священник, стараясь не выдавать своего присутствия, последовал за ним. Мальчик пришёл на пристань к одному из пришвартованных кораблей под названием «Аполло», проворно взбежал по трапу и исчез из поля зрения.
Отец Доминик хотел уже подняться на борт, но услышал окрик.
– Что вы хотели, святой отец? Я капитан этого корабля, – сказал бородатый моряк, подошедший со стороны пристани.
– Прекрасно, вы то мне и нужны господин капитан. Только что к вам на борт забежал мой сын, и мне очень бы хотелось узнать, что он там делает?
– А, Сэмуил! – добродушно рассмеялся бородачь, – Да, святой отец, к вашему большому несчастью, из этого мальчика не вырастет добрый прихожанин, он болен морем. Я первое время прогонял его, боясь навлечь на себя неприятности, но он приходил снова. И когда я понял, что ему нужно, разрешил находиться на борту. Вы знаете, – восторженно произнёс он, – да простите святой отец, я не прдставился, капитан Брю. Так вот ловкости этого ребёнка, может позавидовать бывалый матрос. Он взбирается на верхнюю мачту со сноровкой обезьяны быстрее чем любой из членов моей команды. Уже умеет вязать все морские узлы и абсолютно точно знает название каждой снасти корабля. Мои ребята искренне полюбили его, и каждый готов научить тому, что умеет сам. Я видел на своём веку немало юнг, но ваш сын, поразил меня своим неуёмным желанием знать каждую мелкую деталь корабля, и для чего она служит. Вам не стоит противиться его желанию, потому что из него вырастет настоящий моряк, и, бьюсь об заклад, он станет капитаном.
– Он должен учиться, и искать божественное благословение господин Брю, а не слушать брань разбитных матросов, лазая подобно обезьяне по снастям вашего корабля – возразил священник.
– Боюсь, святой отец, что такую напористую натуру и неукротимое упрямство наставить на путь истинный вам не удастся. Для примера расскажу вам один случай, произошедший недавно с Сэмуилом. За то, что он с усердием и старанием помогал матросам драить палубу, я дал ему три монеты. Он подбросил одну из них щелчком, как это делают бывалые моряки, но не рассчитал силу броска, и уронил монету за борт. Что вы думаете? Он тут же прыгнул за монетой в воду. За ним следом попрыгали мои матросы, но через минуту он вынырнул сам, держа монету в зубах, а ведь здесь достаточная глубина. У этого ребёнка сильная волевая натура, святой отец. Его жизнь – море. Думаю, через год он попросится ко мне юнгой, и вам придётся дать своё благословение, иначе он уйдёт в море без вашего ведома. Команда очень полюбила Маленького Сэма, как зовут его матросы, и примет в свои ряды с распростёртыми объятиями.