Чтение онлайн

– Еще как, милый. А теперь помолчи. Тут говорится про три равных союза, основанных на совпадении размеров. Смотри, вот диаграмма. Мужчина-заяц и женщина-слониха – неравный союз.

– Звучит разумно. Как в том анекдоте про слона и блоху.

– Мне читать дальше или нет?

– Конечно, – говорит Гарри, поглаживая ее бедро. – Читай.

– Тут сказано, что лучший союз – тот, в котором мужчина превосходит женщину размером.

– А мы кто?

– Я олениха, а ты конь.

– Я бы предпочел быть слоном.

– Замолчи.

Волосы падают ей на лицо, и она отводит их рукой. Они недостаточно длинные, чтобы удержаться за ухом.

Внезапно на столике у кровати, как сигнал тревоги, звонит телефон, низко и длинно, разбивая вдребезги тишину.

– Черт, – бормочет Гарри, перекатываясь по кровати. – Милая, – говорит он слишком громко, – прости, что не позвонил. Тут дурдом.

Гарри сидит на краю кровати голой спиной к Клэр. Их разделяет узкая полоса белой простыни, непреодолимая преграда.

– Нет, нет, просто задремал. Как ты? Как Джонни? Расскажи, что у вас нового.

Клэр замирает, ей слишком страшно, чтобы шевелиться. Она едва дышит. Возникает ощущение, будто Мэдди стоит за дверью. Но Гарри даже не оборачивается, чтобы прижать палец к губам или как-то еще попросить вести себя тихо. Он забыл о Клэр. Словно ее не существует. Они больше не в одной комнате, не на одной постели, не в одном мире. Они больше не любовники, готовые предаться страсти. А может, он, как Лотова жена, не хочет оглядываться, чтобы не превратиться в соляной столп?

Клэр смотрит ему в спину, не зная, что делать. На мгновение ей хочется зашуметь, чтобы Гарри как-то отреагировал, даже если испугается. Это было бы просто. Слово. Звук. Захлопнутая дверь. Это бы все открыло. Но она ничего не делает. Вместо этого Клэр лежит и слушает о его домашних делах, прислонившись к подушке, думая, прикрыться ей одеялом или нет. Она смотрит на свои ноги, на часы, на позабытую вдруг книгу, которая так много обещала недавно.

– Я буду дома в пятницу, – произносит Гарри. – Да, да. Я тебя тоже. И я тоже скучаю. Поцелуй от меня Джонни. Ciao, bellissima.

Это его маленькая шутка.

Он кладет трубку, но продолжает сидеть неподвижно, лицом к стене. Клэр больше не может ждать. Черта пересечена, момент ушел. Она ничего не говорит, просто быстро встает с постели и уходит в ванную, закрывая за собой дверь. Через несколько секунд выходит одетая, причесанная. Останавливается, словно собирается что-то сказать, но молчит. У нее сильно колотится сердце. Гарри наконец поворачивается.

– Ты куда? – спрашивает он.

– Мне нужно на воздух. Вернусь позже, – отвечает Клэр, берет пальто и выбегает из номера. Большая тяжелая дверь хорошо подогнана, не хлопает.

– Подожди! Вернись! – кричит Гарри.

Она не слышит его слов. Пойдет ли он следом? Клэр представляет, как Гарри второпях натягивает брюки, ищет носки, и ускоряет шаг. Проходит через холл отеля и оказывается на улице, посреди цивилизации. Есть что-то привычное, даже утешительное, в вывесках магазинов, в словах газет, в долетевших обрывках чужих разговоров. Она здесь не чужая. Как русалка, может жить и на суше, и в море.

Моросит мелкий дождь. Темнеет. Дождь мешается со слезами. Клэр очень зла на Гарри. Зла, что он ответил по телефону, когда они собирались заняться любовью, зла, что перестал ее замечать, зла, что так легко и естественно говорил с Мэдди, зла на себя за то, что предала Мэдди, и зла на то, в каком положении теперь оказалась.

Клэр пересекает оживленную улицу и заходит в Тюильри. Скамейки пусты. Под ногами хрустит гравий. Весь мир возвращается домой. Вдали в сумерках видна элегантная мощь Лувра, в мириадах окон горит свет. «Я дура, – думает она. – Это машина, несущаяся к краю пропасти. Выпрыгну я прямо сейчас или останусь в ней?»

Через час Клэр возвращается, у нее мокрые волосы. Швейцар приветственно улыбается ей.

– Мадемуазель, – говорит администратор у стойки.

– Что?

– Мсье Уинслоу оставил для вас сообщение на случай, если вы придете раньше его.

Он протягивает ей конверт из толстой бумаги с эмблемой отеля на обороте, и Клэр открывает его: «Пошел искать тебя. Если вернешься раньше меня, жди в номере. Прости. Гарри».

Клэр направляется в номер. Здесь, как на месте убийства, все осталось так же, как было, когда она убежала: простыни скручены, подушки смяты. «Камасутра» лежит там, где Клэр ее уронила.

Через четверть часа является Гарри.

– Слава богу, – произносит он, подходя к Клэр и обнимая ее. Руки и лицо у него мокрые от дождя. – Я беспокоился. Зачем ты это сделала?

– Прости. Психанула из-за звонка Мэдди.

– Ну, я сам психанул, – смеется он, снимая пальто.

Клэр улыбается вымученной полуулыбкой.

– Мне это не пришло в голову. Конечно, тебя это тоже встревожило. Просто мы были вместе, и момент особенный, и вдруг ты просто отключаешься и говоришь с Мэдди, а обо мне как будто забыл. Мне никогда в жизни не было так одиноко.

– Я понимаю. Но Мэдди – моя жена. Я люблю ее.

Она опускает голову.

– Знаю.

– И было бы странно, если бы я был в отъезде и не беседовал с ней по телефону. Мы же не хотим, чтобы она что-то заподозрила. Это бы все разрушило.

Клэр кивает:

– Да.

Гарри целует ее, и она ему позволяет. Ее злость исчезла, но страх остался.

– У тебя ледяные руки, – замечает Гарри. – Хочешь, закажем в номер чаю?

Клэр поднимает голову и улыбается. Она никогда так не хотела его, он никогда не был ей так нужен.

– Нет, у меня идея получше, – говорит она и тянет Гарри к кровати. – И на сей раз не бери трубку.

Вечером они едут на такси в Марэ, оставляя позади мерцающие огни и богатые улицы Первого округа. Район здесь немодный, улицы узкие. Это Париж дешевых гостиниц и ободранных афиш. Такси останавливается у ресторана без вывески. Его простой фасад отделан темным деревом, интерьер скрывают занавески в красно-белую клетку. На окне написано: «Restaurant a la carte foie gras a la mode des landes».

– Не пугайся того, как он выглядит, – улыбается Гарри, открывая дверь.

Они входят. Зал хорошо освещен, но запущен. В нем около двадцати столиков, но все заняты. Клэр кажется, будто в углу сидит известная кинозвезда. Она присматривается и понимает, что не ошиблась. Они садятся за столик. Официант приносит меню.

– Тут почти невозможно заказать столик, – сообщает Гарри и заказывает шампанское.

– Что это за место? – шепчет Клэр.

– Лучший ресторан Парижа.

– Шутишь?