Чтение онлайн

– Я тотчас тебя признала! Ну вылитая покойница-мать... И после стольких лет пришла проведать старую тетушку Хокс!

Она заключила ее в благоухавшие пачулями объятия, затем, отступив на шаг, снова принялась ее разглядывать.

– Ну вылитая мать! Ты ведь была совсем крошкой, когда тебя забрали, а теперь совсем взрослая! Столько же было твоей бедной матери - Боже, упокой ее душу...
– Достав из квадратного выреза белоснежный платочек, она промокнула им глаза и громко высморкалась.
– Когда позвонили из департамента, меня чуть удар не хватил. Подумать только, сколько лет пролетело! Но входите же, входите.., в ногах правды нет.

Она широко распахнула дверь. Когда она посмотрела на Дэва, в ее глазах зажегся живой интерес.

– Твой муж?

– Нет, приятель, - смущенно ответила Элизабет.

– Пусть входит... Поглядим на него поближе. А вы, выходит, приятельница?
– спросила она Касс, которой оставалось только молча кивнуть головой.
– Заходите, заходите. У меня чайник давно на плите.

– Только после вас, - Дэв одарил миссис Хокс такой улыбкой, что та смущенно зарделась. Миновав тесную квадратную прихожую, они оказались в просторной гостиной с окнами на обе стороны и дверью на кухню. Она была заставлена тяжелой эдвардианской мебелью, среди которой возвышался гигантский буфет с бесчисленными вазочками, картинками, чашками и статуэтками. Посередине комнаты, несмотря на ранний час, стоял накрытый для торжественного чаепития стол.

Взяв с электрического камина очки, миссис Хокс снова принялась разглядывать Элизабет, точно должна была удостовериться в увиденном.

– Подумать только, - размышляла она вслух.
– После стольких лет! Но я рада тебя видеть... Я часто вспоминала о тебе и твоей бедной матери. Сиди, сиди!

Еще успеешь находиться. Я только заварю чай.
– Она вперевалку прошла на кухню, но и оттуда доносился ее голос.
– Ко мне не часто заходят гости. Не то что на старой улице, хотя ты, верно, не помнишь. Но раз уж ты ко мне зашла, после стольких-то лет, значит, хоть что-нибудь да осталось в памяти. Тот человек из департамента сказал, что ты жила за границей.

Элизабет прокашлялась и хрипло сказала: "Да", затем, подумав, что, быть может, миссис Хокс ее не слышит, повторила: "Да".

– Я думала, ты исчезла с лица земли, когда мисс Келлер увела тебя с собой.

Элизабет уселась на краешек зеленого плюшевого кресла с наброшенной на спинку бежевой шелковой салфеткой. Касс с ошарашенным видом опустилась на такой же диван, а Дэв остался стоять, с любопытством разглядывая набитую вещами комнату.

На стенах с ярко-розовыми обоями висели грязно-бурые изображения жеманных эдвардианских нимф.

В углу располагалась этажерка с комнатными цветами в зеленых глазированных горшках, у двери - горка с остатками того, что некогда считалось "лучшим" фарфором, такая же посуда стояла на столе, от одного взгляда на который Касс выпрямилась и сделала стойку. Блестящий красный нейлоновый ковер, почти такой же яркий, как платье миссис Хокс, гармонировал с искусственными занавесками, висевшим поверх других, из ноттингемских кружев.

Голос миссис Хокс доносился сквозь шум льющейся воды.

– После того, как тебя забрали, я ничего о тебе не слышала.., хотя я просила мисс Келлер сообщить нам...

Но мы так и не дождались никаких известий, ну ни словечка..

Она вернулась в комнату с чайником, на котором восседала кукла в виде китаянки в большой узорчатой шляпе.

– Давайте-ка попьем чайку, - предложила миссис Хокс, - из моего праздничного сервиза на праздничной скатерти... Ее вышила для меня твоя мать. Редкая была мастерица.

– Можно мне взглянуть?
– тут же спросила Касс.

Миссис Хокс метнула на нее острый взгляд.

– Вы американка?

– Да.

– Смотрите на здоровье, - фыркнула миссис Хокс, - но эта скатерть не продается.

Касс подошла к столу, подняла угол густо вышитого Дамаска и, внимательно разглядывая тонкую работу, сказала:

– Да, никакого сомнения. Это вышивала Хелен.

Миссис Хокс остолбенела.

– Вы знали ее мать?

– Да. Очень хорошо.

– Ну надо же! И ни одна душа не приходила ее проведать - конечно, если не считать мисс Келлер.

– Мы.., потеряли связь, - нашлась Касс.

– Слава Богу, вы установили связь со мной!
– счастливо воскликнула миссис Хокс, обращаясь к Элизабет.
– Ведь ты рассталась с нами совсем крошкой.

В жизни не забуду того дня, - мрачно прибавила она.
– Когда мисс Келлер прямо с порога сказала мне, что твоя бедная мать попала под автобус, у меня все внутри оборвалось. А ты.., бедная крошка! Как же ты убивалась!

Никак не могла успокоиться, когда твоя мама не пришла домой с мисс Келлер, как обычно. Никогда, ни до, ни после, я не видела ребенка в таком отчаянии. Господи, как же ты кричала и плакала... Никто не мог тебя успокоить. Понимаешь, вы были неразлучны, ты и твоя мама. Ты обожала ее, а она - тебя, вот так-то.., она всегда называла тебя "мое сокровище". Платочек вновь был извлечен на свет.
– Она была настоящая леди. Как только Хокс ее увидел, он сразу мне сказал: "Вот настоящая леди, которая попала в беду". Она ведь привыкла совсем к другому, и ей туго приходилось. Но ни слова упрека... Такая молодая и уже вдова. Муж не вернулся с войны.., вернее, погиб сразу же после.
– Платочек был возвращен на обширную грудь. Ну что ж, прошу к столу.

– Вы столько всего наготовили, - сказал Дав, отодвигая стулья сначала для Касс, а потом для Элизабет.
– Мы доставили вам кучу хлопот.

– Какие там хлопоты! Ко мне теперь уже никто не заходит.., с тех пор, как умер Хокс.

– Когда это случилось?
– участливо спросил Дэв, передавая Касс чашку крепчайшего чая цвета бычьей крови. Касс поглядела на нее с таким ужасом, что Дэву пришлось отвернуться.

– В этом октябре исполнится десять лет. Пошел, как всегда, попить пивка в "Короля Эда". И только поставил кружку на стол, как его не стало... Что, слишком крепко?
– спросила она Элизабет, которая застыла, поднеся чашку к губам и закрыв глаза.

– Нет.., нет.., все хорошо.

Миссис Хокс с восторгом оглядела сидящих за столом.

– Чудесный денек, должна я вам сказать. Я просто обожаю гостей и до смерти рада видеть мою маленькую Элизабет... Аж голова идет кругом. Ее друзья - мои друзья.., хотя я даже не знаю, как вас зовут.

– Простите, - спохватился Дэв.
– Это Касс ван Доорен, а меня звать Дэв Локлин.

– Очень приятно, - ответила миссис Хокс.
– Вы ирландец?

– Да.

– Я так и решила. По глазам.
– Миссис Хокс хихикнула и, пытаясь скрыть смущение, протянула ему тарелку с толсто намазанной маслом пшеничной лепешкой.
– Совсем свеженькая. Я испекла ее пять минут назад.

– Благодарю вас.
– Он откусил кусок.
– Вкусно.

– Я всегда хорошо готовила, - заметила миссис Хокс с наивной гордостью.
– Выучилась, когда была в прислугах.
– Она откусила от своей лепешки.
– А теперь расскажи-ка мне, что было до того, как ты надумала меня отыскать. Где ты жила все это время?

Элизабет, которая слушала, затаив дыхание, ответила:

– Меня поместили в приют.

Миссис Хокс едва не подавилась лепешкой.

– Как в приют? Быть того не может! Что это им вздумалось? Я бы за тобой присматривала... Я так и сказала мисс Келлер. Конечно, у твоей бедной матери никого не было, но в приют!
– Миссис Хокс была потрясена до глубины души.
– И сколько ты там пробыла?