Чтение онлайн

Если только я не говорил «нет».

К счастью, такое случалось нечасто.

Я поднял Анжелу, держа на руках обеих своих дочерей. А затем наклонился и поцеловал жену.

– Привет.

Она просияла, положив руку мне на грудь.

– И тебе привет. Надеюсь, ты голоден. Анджела настаивала, что ты будешь ужасно голодный, поэтому нам пришлось сделать много сэндвичей.

– Да. Я умираю с голода.

Она подмигнула мне.

– Почему-то я не удивлена.

Я рассмеялся. Теперь я всегда был голоден. Холли была отличным поваром, и за эти годы я успел раздобреть. Мои плечи и грудь стали шире, а талия толще. С моей работой, моими девочками и жизнью в целом мое тело изменилось - стало крепче, так же как моя решимость и уверенность. Мне нравилось. Я чувствовал себя сильным и всемогущим - защитником своей семьи.

Холли любила мои мускулы и регулярно выказывала им свою признательность.

Мне это тоже нравилось.

Порыв ветра пронесся по деревьям, ветви раскачивались и сильно сгибались, сухие листья, оставшиеся с осени, падали и кружились в воздухе.

– Пора возвращаться, - объявил я, глядя на сгущающиеся тучи.
– Мы можем побыть в студии некоторое время.

– Ты можешь разжечь огонь, папа?
– спросила Анджела.

Она любила маленькую буржуйку, которую я поставил в углу студии. Она излучала много тепла, делая комнату уютной, даже обогревая мастерскую внизу. Мои девочки любили быть в тепле.

– Да.

Войдя внутрь, я закрыл за собой тяжелую дверь, после того как поставил Анжелу на пол. Она побежала наверх, Холли последовала за ней, а я понес Ханну. Она прижалась к моей груди, ее маленькие пальчики сжимали мою рубашку, как она всегда делала. Она любила, когда ее обнимали и прижимали к себе, и я знал, что если позволю ей это, она останется такой на весь наш обед.

С этим у меня проблем не было. Я никогда не отказывал своим детям в любви. Я знал, каково это - расти без объятий и любви. Мы с Холли были очень щедры в своей привязанности к нашим девочкам и друг к другу. После стольких лет это не изменилось.

Поднявшись наверх, я зажег огонь, затем закрыл дверь, как только пламя лизнуло растопку и бумагу, и тепло начало нарастать.

Обернувшись, я усмехнулся зрелищу передо мной. Ханна ждала меня на полу, где я ее усадил, ее пухлые маленькие ножки нетерпеливо дергались, и она взволнованно махала руками. Я подхватил ее с размаху, наслаждаясь ее смешками. Она сунула кулак в рот, грызя костяшки пальцев. У нее поздно начали резаться зубки, но она быстро наверстывала упущенное.

Посреди комнаты были расстелены одеяла, Холли распаковала принесенный обед, а Анджела принесла подушки из кучи в углу, устраивая их удобнее. Я опустилась на пол рядом с Холли, устраивая Ханну у себя между ног.

Она тут же указала на контейнер с крекерами в виде животных, и я протянул ей один, забавляясь тем, как она схватила его, жадно жуя, как будто ее не кормили неделями.

С прорезыванием зубов и ее аппетитом, у нее постоянно что-то было во рту в эти дни. Я провел рукой по ее растрепанным кудрям и поцеловал в макушку. Ее единственным ответом было рычание, которое заставило нас с Холли хихикать. Ханна была серьезна, когда дело касалось еды, и полностью сосредоточилась на ней.

– Буфет выглядит прекрасно, - заметила Холли, протягивая мне еще одно печенье для Ханны.

– Я выкрашу его на следующей неделе, а потом покрою лаком. Закончу к концу месяца.
– Я взглянул в окно, когда стекло задребезжало от сильного порыва ветра.
– Надеюсь, солнце все высушит. Он будет достаточно тяжелым, чтобы нести его, не беспокоясь о лужах.

Холли усмехнулась, проводя пальцами по моему бицепсу.

– Ты справишься.

Ее прикосновение заставило мое тело напрячься. Так было всегда. Похотливо подмигнув, я наклонился и поцеловал ее. Ее полные губы были мягкими под моими, а на вкус она была как кофе и что-то сладкое и пряное.

– Ты сегодня пекла?
– нетерпеливо спросил я.

Анджела устроилась рядом со мной, разложив повсюду подушки.

– Мы сделали тыквенные кексы, папочка!

– И печенье с изюмом, - добавила Холли.

– Два моих любимых, - промурлыкал я. – Потрясающе.

Холли закончила распаковывать еду, и я держал тарелку, пока Анджела делала свой выбор. С Ханной было легко, когда дело касалось еды – она любила все, что мы ей давали.

Анджела была более привередлива. Несколько крекеров, кусок сыра и бутерброд с арахисовым маслом. Мясо ей не нравилось, как и большинство овощей, хотя она любила морковь. К счастью, Анджела любила фрукты и йогурт, и наш педиатр сказал нам расслабиться, когда я выразил свое беспокойство по поводу ее ограниченной диеты.

– Она здорова и растет. Она получает много белка с ее выбором. Пусть девочка сама узнает, что ей нравится, и не заставляйте ее. Ее симпатии будут расти вместе с ней.- Она похлопала меня по руке.
– Ты хорошо справляешься, папочка. Вы оба.

Я, как и Ханна, любил все, и наполнил свою тарелку бутербродами и всеми добавками, которые приготовила Холли. Я кормил Ханну кусочками, слушал болтовню Анджелы и сидел рядом с женой, переполненный чувством удовлетворения. Мне нравилось проводить время с семьей.

Огонь согревал комнату. Картины Холли висели на стенах, а холсты были аккуратно сложены, готовые к использованию. Я был не единственным, кто считал ее талантливой, и в разгар туристического сезона один местный магазин регулярно распродавал ее картины.

Я был невероятно горд за нее.

– Папа, я скоро пойду в школу!
– объявила Анджела.

Я посмотрела на Холли, не зная, что ответить.

«Школа?»

Она понимающе улыбнулась.

– Мы видели миссис Андерсон в городе раньше, - объяснила она.
– Анджела пойдет в подготовительный класс в сентябре.

Я сглотнул.

«Подготовительный класс? Куда, черт возьми, убежало время? Только вчера Анджела была ребенком у меня на руках, а теперь школа?»

– Уже?
– прохрипел я.

Холли похлопала меня по руке.

– Только на половину дня, папочка.

– Мы все еще можем оставить Ханну дома, - настаивал я, крепче обнимая свою малышку.

Холли рассмеялась, откинув голову назад, забавляясь.

– Мы можем оставить их обоих. Это всего лишь несколько часов в день.- Она встретила мой взгляд, ее глаза блеснули.
– Это часть взросления, Эван.

Анджела вскочила со своего места.

– Я буду проводить время со своими друзьями, папа. Карли тоже идет! Я могу научить тебя всему, когда вернусь домой!

Карли была лучшей подругой Анджелы, и я знал, что она была в восторге.

И все же мне пришлось выдавить из себя улыбку.

– Это будет потрясающе.

Анджела нетерпеливо подпрыгнула.

– Время поиграть в «Змеи и лестницы» (п.п.: настольная игра)!

Я отодвинул тарелку, мой аппетит внезапно пропал.

– Ладно, ангелочек. Неси коробку.