Непокорное сердце
Шрифт:
Грубо выругавшись, Торн вскочил на ноги. Никогда в жизни он еще не испытывал такого негодования! Граф хотел наказать девушку, но тоска, явная боль, уязвимость, отражавшиеся в ее глазах – все это заставило Торна отказаться от жестоких намерений и даже погасить свою ярость.
– Черт вас побери, принцесса! – сердито ругал он ее. – Будьте вы прокляты вместе со своей ложью и хитростью!
В глазах Шаны появились слезы. Когда граф увидел это, у него защемило сердце, хотя он и пытался ожесточить себя проклятиями. Терзаемый угрызениями совести, испытывая сильную душевную боль, Торн встал перед девушкой на колени и прикрыл платьем ее наготу.
– Шана… – проговорил он, убирая прядь волос с ее виска и подняв девушку на руки.
От его прикосновения последние силы оставили принцессу, и она отчаянно разрыдалась.
Шана все еще тихо всхлипывала, когда граф положил ее на кровать в комнате. Подтянув ноги к груди, девушка легла на бок, роняя слезы на подушку. Торна охватило странное всепоглощающее желание взять принцессу на руки и крепко обнять, надежно укрыв своим телом. Граф еще раз дотронулся до Шаны, но, в конце концов, его рука безвольно упала.
Де Уайлд плотно сжал губы. Он горько ругал себя за то, что не мог сдержать сегодня свою страсть. Шана не будет рада его объятиям. Она не захочет, чтобы он ее успокаивал, ей не нужны его чувства…
Ей хотелось только одного – освобождения.
ГЛАВА 12
Громкое пение петуха вывело Шану из состояния дремоты. Девушка лежала очень тихо, слушая глашатая нового дня… Дня ее свадьбы.
В груди все сжалось так, что стало трудно дышать, когда принцесса подумала о своем возлюбленном Барисе. Его черты предстали перед ее мысленным взором: черные вразлет брови, глаза цвета морской волны, чувственные губы, которые доставляли ей такое несказанное наслаждение…
Душа разрывалась от сильной тоски и боли. Если бы только можно было выбросить из памяти те муки, которые Шане пришлось испытать за последние несколько недель, словно их вовсе никогда не было! И она снова могла бы оказаться рядом с Барисом, в его крепких нежных объятиях, ощутить их покровительственную силу, почувствовать еще раз прикосновение его губ.
Девушка в отчаянии зажмурила глаза. Нет, сегодняшний день не принесет ей радости. Она больше не испытает счастья с человеком, любовь к которому хранила в своей душе. Вместо этого Шана навсегда будет соединена с тем, кто не вызывал у нее ни малейшего чувства, с человеком, у которого к тому же черствое и жестокое сердце.
Никогда еще принцесса не чувствовала себя такой беспомощной и одинокой.
Стук в дверь прервал ее мысли, и полдюжины служанок заполнили комнату. Шана, сжавшись в комок, неподвижно лежала в своей кровати и смотрела, как вносили деревянное корыто и наполняли его горячей водой. Смеясь, девушки вытащили принцессу из-под одеяла. Ее волосы и тело вымыли каким-то душистым ароматным мылом. И пока две служанки расчесывали спутанные волосы новобрачной, другие занялись ее одеждой. Когда волосы высохли, Шане через голову надели мягкую, чудесно сотканную, полупрозрачную рубашку. Принцесса стояла, как вкопанная, когда ей начали надевать свадебное платье.
Наконец, невеста была полностью готова. Одна из служанок, маленькая и толстенькая, с яркими, как вишни, щеками, захлопав в ладоши, со вздохом умиления сказала:
– О, миледи, вы похожи на ангела, спустившегося с небес на землю.
Как странно, подумала Шана, и ее сердце сжалось от боли. Ведь она собиралась ступить на тропу, которая приведет ее прямо к огнедышащим вратам ада.
Развеяв мрачные мысли, маленькая служанка подтолкнула девушку к зеркалу на стене.
Лучшего Шана и желать не могла, даже если бы ей пришлось обойти всю Англию в поисках подходящего платья. Ее подвенечный наряд был ослепительно красив. Бледно-голубая парча, прошитая серебряными нитями, переливалась на солнце. Лиф платья плотно облегал плавные очертания ее груди, подчеркивая изящную талию. Модные широкие рукава доходили почти до локтей, а юбка мягко касалась носков туфель.
Волосы остались распущенными и свободно спадали густыми роскошными волнами до самого пояса. Прозрачная изящная вуаль только усиливала это великолепие.
Но на лице Шаны не появилось никаких признаков радости. Принцесса грустно смотрела на свое отражение в зеркале.
Послышался стук в дверь, и вскоре одна из служанок быстро вошла в комнату.
– Посмотрите, миледи! Это свадебный подарок графа, который нужно прикрепить к вашему платью.
Она принесла серебряный пояс, украшенный сапфирами. Сложный узор был поистине потрясающим, тем не менее, Шана не оценила ни его красоту, ни чувства, которые скрывались за этим дорогим подарком. Принцесса хотела закричать на девушку, чтобы та унесла пояс назад, что ей ничего не нужно от этого брака и от человека, приславшего подарок! Вес пояса, казалось, лишней тяжестью лег ей на сердце.
Утро пролетело слишком быстро, и наступило время, когда Шане пришлось покинуть свое убежище.
Церковь была переполнена людьми. Ноги не слушались принцессу, когда она шла по проходу между рядами. Король Эдуард ожидал невесту, сидя на первой скамье. Он сконцентрировал все свое внимание на девушке, когда она проходила рядом. Шана постаралась взять себя в руки, чтобы скрыть печальное настроение. Господи, она не знала, кого больше и сильнее ненавидела, графа, чьей женой должна стать, или короля, разыгравшего этот фарс с браком!
Принцесса перевела свой взгляд на Торна. Де Уайлд стоял перед алтарем высокий и гордый, держа прямо свою могучую спину. В богатом одеянии красного цвета, отороченном мехом горностая, он ни в чем не уступал знатному лорду, гордившемуся своим происхождением. Черная мантия, наброшенная на плечи и скрепленная брошью, еще больше подчеркивала великолепие его фигуры. Лицо, словно застывшая маска, не выдавало никаких чувств.
Вместе они предстали перед священником. Шана готова была закричать, когда граф взял ее за руку. Как все могло быть по-другому, если бы на его месте находился Барис! Девушка беспомощно устремила свой взгляд на человека, стоявшего рядом. Торн словно почувствовала это, и посмотрел ей в глаза. Принцесса задрожала, так как на какую-то долю секунды, перед тем, как он перевел взгляд на священника, она безошибочно почувствовала, что глаза графа страстно блеснули.
Венчание длилось бесконечно долго. На Шану напало странное оцепенение. Девушка чувствовала себя так, словно кто-то другой стоял на ее месте, а она наблюдала со стороны.
Затем свадебная церемония закончилась. Как в тумане, принцесса услышала слова священника, провозгласившего их мужем и женой.
Господи! – с болью в душе подумала Шана. Она вышла замуж за бастарда. И теперь уже сам король, даже если бы и захотел, не мог спасти девушку от этого. Принцесса почувствовала, что вот-вот рассмеется истерическим смехом, смехом, который она не в состоянии будет сдержать. Но в следующее мгновение граф притянул ее к своей груди и запечатал рот девушки страстным поцелуем.
Шана взглянула на Торна всего один раз – его глаза горели недобрым огнем. Де Уайлд сердился, она почувствовала это по его властному поцелую. Девушка заставила себя не думать об этом, но все же поцелуй был возбуждающим. Убаюкивающее тепло медленно обволакивало принцессу, и она уже не в состоянии противостоять графу. Шану обуревали самые противоречивые чувства, когда Торн отпустил ее. Но, заметив победный блеск в глазах графа, девушка захотела закричать.
А затем был пир веселый и оживленный, с музыкой и людской толкотней. Шана изумилась, заметив, что король Эдуард путешествовал со своими собственными травами, специями и другими продуктами. Не меньше ее удивило количество слуг и помощников, входивших в свиту – Эдуард захватил с собой даже своего виночерпия. У девушки, глядя на всю эту толпу, сложилось такое впечатление, что все королевство нагрянуло в Лэнгли.